Джо 2 (СИ)

В общем, стандартный семейный выход «в люди», кончающийся тем, что сидящие вечером на грудах барахла банкроты весьма нелестно думают о себе и своей финансовой грамотности, причем, опять-таки вслух и без цензуры. Ну, по крайней мере, я имею в виду Аранью, так как ушедшая в лес со своим барахлом эльфийка (покупки плыли за ней по воздуху, как за порядочной волшебницей) звуков достаточно громких, вроде бы, не издавала, но мы почему-то были уверены, что её сейчас душит жаба.
  
— А себе ты что купил? — задала очень неправильный вопрос Аранья, поднимая со стола голову с ухоженной гривой и вопросом в глазах, адресующимся любимому мужу.
— Бамбу… — оскалился в почти доброй улыбке Санс, щуря единственный глаз.
— Оно нам хоть пригодится? — выпятила нижнюю губу гоблинша.
Ну, хоть не я один совершаю ошибки. Отгадайте загадку? Небольшое, зеленое, душит женщину! Подсказка — нет, не жаба.
Оставив супругов выяснять отношения, я решил совершить легкий моцион по Липавкам. Сбежал? Кто сказал «сбежал»? Просто проявляю тактичность, я же не Шайн, который с радостью взялся подливать бензинчику в развивающийся скандал! Нет, мы люди интеллигентные, к тому же, мне нужно подумать.
Информация, полученная из закромов старушки Лонкабль, многого не прояснила. Говорят, что отсутствие результата — тоже результат, но это обычно потому, что прослеживается какая-то логика. А её, родимой, не было. Волшебники рождались с самыми разными наборами Талантов и Причуд, никак не складывающихся в стройную картинку. Примеры тех же Крэйвена и Озза это ярко подтверждали, эти люди боролись со своими Причудами всю жизнь, а значит, никакой предрасположенности к ним быть не могло. С Талантами была та же история. Даже если у мага был Талант, скажем «омнимансера», позволяющего с невероятной легкостью запоминать любое заклинание, это вовсе не значило, что из него вырастет великий маг. Отнюдь, таким Талантом обладал весьма заурядный Мастер…
И, при этом, существовал я. Талант видеть магию, Причуды «внутреннего кота», «неунываемости» и «бывшего святого». Совершенно обоснованное всё, кроме Таланта. И вот здесь…
Здесь порылась одна очень необычная собака, потому что я, в отличие от других разумных, родился тут целенаправленно. Я, сидя в красивом кресле со всем возможным комфортом, выбрал Орзенвальд, выбрал родиться магом, а затем, после этого действа, выбрал момент, который перенес меня в новую жизнь. Силы, что обеспечили это, обладали властью над большей частью мироздания, но следовали правилам, как и положено любым высшим силам. Так… что изменилось?
Выходит, что всё дело в магии.
Остановившись возле входа в деревню, я поднял руки, обернув их ладонями к себе, а затем призвал магию. Голубоватая прозрачная дымка окутала мои конечности, замерев так и там, где её ограничила моя воля. Волшебство на кончиках пальцев… но.
Но! Я и раньше был магом. Умел колдовать. Да, далеко не так впечатляюще, как в этой жизни, но во второй из них я был бродяжником, мелким колдуном-приключенцем, зарабатывающим на избавлении людей от их мелких (а иногда и не очень) неприятностей. Никаких огненных шаров, драконов, подметающих метел и летающих кастрюль, но та магия несла куда больше вреда, пусть и по другим законам.
— Неунывающий, внутренний кот, святой… — пробормотал я задумчиво, — Три Причуды. Три… окна в душу… для магии? Или это приветы из прошлой жизни, наследство души, которое души приносят в Орзенвальд? Но если бы было так просто, то каждый житель мира щеголял бы подобным, однако, нет. Это присуще только волшебникам.
Если я прав, то Освальду Оззу вообще невозможно помочь. Никак. Удалить Причуду — это означает закрыть ему магию. Возможно ли это вообще?
— Вряд ли… — прошептал я себе под нос, чувствуя, что наполовину разгадал загад…
Ох. А вот это была неожиданная мысль, но мы её проверим, чуть позже. Всё, хватит думать! От этого морщины появятся. Мне, конечно, хочется, чтобы Вермиллион был мне должен, но не за счет того, что я разгадаю для этого старпера секреты космогонического уровня!
— Ты чего тут встал, человек⁈ — донеслось из-за спины сварливое, — Не пройти, не проехать!
Обернувшись, я увидел расстроенную, хоть и с новой прической, эльфийку. В новом платье, ага. Она стояла надув губы, и смотрела на меня, как на врага народа, хотя худощавый волшебник ну никак не мог помешать еще более худощавой девушке пройти мимо него.
— А ты чего это тут? — удивился я.
— А что, нельзя⁈ — в глазах остроухой женщины, волокущей довольно увесистый мешок на плече, читался отчетливый и яростный позыв забыть про путешествие в город, сладкую жидкую дурь, которой её угощали, лютый вояж по магазинам и все прочее хорошее, связанное со мной. Чтобы мстить, мстить и мстить!
— Да не-не, проходи, чего уж там, — миролюбиво посторонился я, начав догадываться об очередной собаке, которая тут неподалеку порылась.
— Хм! — норовисто вздёрнув голову, эльфийка гордо прошагала в человеческий поселок, населенный простыми смертными, которых эльфам предполагалось игнорировать и презирать.
Я, ухмыляясь, смотрел ей вслед. Суду всё ясно. Остроухая всрала вообще все деньги, которые у неё только были. До копейки! Разумеется, что теперь тот, кто потратился строго по делу, для неё является врагом номер один! Точнее, потратился исключительно на нужное, а не так, как две мадам, добравшиеся до цивилизации. Зато они теперь модные, с прическами, хорошо пахнут… да и, если судить по тому, что я вижу в тылу уходящей девушки — еще и в новом нижнем белье!
Так, кстати, почему я занят разной ерундой, вместо того чтобы придумывать новый план по овладеванию нужной мне книгой, на страже которой стоит четырехликий цербер? Непорядок! Тем не менее, раз уж я тут, надо навестить Знайду.
Неторопливая разумом девушка, бывшая лучшая подруга Шайна (пока тот не нашел себе рыбонесущую эльфийку), жила свою счастливую незамутненную жизнь ровно так, как раньше, но за одним небольшим исключением — когда я увидел эту одаренную многим особу, стоящую у плетня, то рядом, к своему искреннему удивлению, обнаружил рядом с крестьянкой целую аристократку перворожденных, её только-что-побывавшее-в-городе высочество, саму Наталис Син Сауреаль, которая о чем-то трепалась со Знайдой, причем делая вид, как будто бы они не просто лучшие подруги, а вообще выросли в этой деревне вместе!
Мешать женской дружбе я не стал, а благоразумно пошёл к старосте, узнавать, чем сейчас дышит деревня, да и вообще, с каких это пор у них тут эльфийки носятся с мешками, как у себя дома. Выяснилось, что с недавних, но этому жители Липавок очень рады, потому как упомянутая эльфийка не ворует, быков не тиранит, парней не портит, зато невероятно хорошо знает все возможные травы, включая и аграрного характера, дает советы, а денег за них не просит.
— А что просит? — прищурился я.
— Гвозди, сыр, куриц, — начал загибать староста заскорузлые пальцы, — Вина немного. Хотя, как-то раз, пришла злая, просила, чтобы мы вас в вашей башне сожгли, господин маг, кричала много. Но Знайда её по голове шлепнула, а потом к себе, беспамятную, унесла. Даже подружились, вон…
О как. Вот тебе и дружба народов, начинающаяся с подзатыльника. В принципе, опыт СССР, как цитаты товарища Сталина, действуют в любой реальности. Впрочем, опять меня не туда унесло.
— Скажи-ка дядя… — вкрадчиво обратился мысленно матерящийся на себя же я к старосте, — А не знаешь ли ты — тут осел говорящий нигде не пробегал?
— Чего… не было, того не было, — мотнул головой озадаченный мужик, — А что? Потерялся? Как фея та?
  
— Как фея, но не как фея, — подумав, ответил я, — Осел этот та еще преступная сволочь, его поймать надо. Поймавшим заплачу золотым, одним… а тебе, за то, что весть пустишь, баньку подновлю. Годится?
— А это… он опасный-то? Осел этот твой, волшебный? — прищурился староста.
— Разве что укусит или лягнет, — подумав, доложил я, — Простой осел, но говорящий. Его можно как Знайда эльфийку, да. Лишь бы живой остался.