Война Сердец (ЛП)

— Попытаешься сбежать, и я уничтожу стаю твоей пары. Каждого члена. Я не блефую, Тея. Ты знаешь, у меня есть средства, чтобы растерзать мир на куски. Некоторые будут рады узнать, что владелец виски «GlenTorr» становится псом каждое полнолуние. — Она оскалилась. — Боже, ты стала, как они. — Гнев вспыхнул в глазах Эшфорта. — Как он посмел забрать то, что принадлежит мне.
Тея поёжилась.
— Что бы ты ни делал со мной, я тебе не принадлежу.
Он хмыкнул.
— Ты ведь не будешь устраивать проблем?
Если так она защитит стаю, позволит Эшфорту так думать. Выждет и убьёт его.
— Я не буду устраивать проблем. — Она оскалилась. — И всё из-за того, что ты хочешь открыть врата.
Эшфорт приподнял бровь.
— Похоже, за шесть лет разлуки ты кое-что узнала.
— Я знаю, что ты думаешь, будто я могу сделать это.
Он выдвинул стул и сел рядом с ней спокойно, словно они садились ужинать. А она хотела оторвать ему голову.
— Ребёнком, — сказал Эшфорт с мрачным видом, — я был бессилен. Мне приходилось смотреть, как отец бил мать каждый день. Когда мне было десять, он обвинил её, что она спала с соседом, и изнасиловал на кухонном столе на моих глазах. — Ужас невольно наполнил Тею. Эшфорт разглядывал её. — С возрастом я стал бороться, но отец был крупнее, и, несмотря на то, что я моложе, никогда не побеждал. Тогда и решил, что одолею его иначе — найду другую силу. Я учился, окончил школу, стал использовать все доступные возможности. Всё прошло не зря. Моим планом было стать богатым и влиятельным, дать матери дом, свободу, задавить отца под каблуком. Но он убил её. — Глаза Эшфорта наполнились слезами. — И я не успел её спасти. — Он заморгал, вновь натягивая каменное выражение лица. — Я убедился, чтобы он умер в тюрьме. Но я проиграл, да? Не смог победить. Я поклялся, что этого не произойдёт снова. Если стану непобедимым, никогда не буду слабым и беспомощным. — Он хмуро и с ненавистью посмотрел на неё. — Я восхищаюсь и презираю тебя за то, что ты рождена с дарами, за которые не благодарна. Тебя почти невозможно убить, и ты не умрёшь от старости, Тея. Бессмертие. Тогда, я и не знал, но теперь понял, что хочу этого. И, пока не получу, пустота во мне не пропадёт. Я не жду, что ты простишь меня, но надеюсь, что поймёшь, почему я это делаю. Может, если бы я объяснил это годы назад, всё сложилось бы иначе.
Тея вздохнула, сердце колотилось от его признания.
— Не выйдет, — сказала она, и слова разносились эхом в большом зале. — Вместо ста лет пустоты, тебя ждёт… вечность с ней.
— Нет. — Он встал из-за стола. — Ты не понимаешь. Потому что мало знаешь о мире фейри. Они живут вечно… Чего не было бы, не имей они всего, чего нет в этом мире.
Тея и до этого знала о том, что Эшфорт безумен. Но, слушая его… бредни о месте, о котором и не подозревал, Тея поняла глубину его безумия. И испугалась, что это началось задолго до того, как она узнала его.
— Эйрик убил троих, знаешь? Ты не сможешь открыть врата.
— Одного мало. — Эшфорт покачал головой. — Судя по моим исследованиям. Я не только на тебя охотился шесть лет.
Её сердце дрогнуло.
— Ты нашёл кого-то ещё?
Он ухмыльнулся.
— Почти.
— И как открываются врата?
— Интересно, да?
Тея не скрывала ненависти к нему.
— Это того стоит, да? Стоит всех смертей… смерти Аманды?
— Не произноси её имя, — рявкнул он в редкий миг вспыльчивости.
— Она тебя боялась. И не ушла со мной только из-за Девона.
Эшфорт кивнул кому-то за ней, и через две секунды ладони сжали её шею. Миг жжения, громкий треск, и мир потемнел.
* * *
Тея недолго была без сознания — быстро исцелялась, даже если ломали шею. Она села в незнакомой спальне, потёрла шею, хоть та и не болела. Но Тея скривилась. Перелом неприятен. Она забыла, насколько. Ей вдруг захотелось извиниться перед Коналлом за то, что она ломала шею ему.
Коналл.
Тея потёрла ребра, в груди болело. Она посмотрела на новые шрамы на запястьях.
«Ты не сможешь избавиться от следов, которые я оставил в твоей жизни».
До того, как Эшфорт сказал об этом, Тея носила шрамы как воин. Из-за Коналла. Он заставил её гордиться ими, заверив, что они — доказательство всего, что она вытерпела. Она гордилась шрамом на запястье, которое разрезала железом, спасая жизнь Коналлу.
Теперь тот шрам скрывал широкий след от оков Эшфорта. Такие же отметины он оставил и на спине и животе. Он лишал шрамы значения, превращая в путы. И теперь, если выживет, Тея застрянет в этом, и всегда будет помнить, кто сделал это с ней.
— Ты проснулась.
Она вздрогнула и оглянулась. Спальня была маленькой, кирпич скрывали картины и гобелены, как и в главном зале.
А на пороге комнаты стоял Девон Эшфорт.
Тея смотрела на него, ощущая волны ностальгии. Она видела, как они бегали по поместью Эшфорта, играли в океане, смеялись вместе в школе. Конечно, Девон стал старше. Его челюсть уже не была мягкой, а приобрела угловатость и щетину. Светлые волосы оказались растрёпаны, что подходило стилю, не такому примерному, как шесть лет назад. Он был одет в потёртые голубые джинсы и свитер, облегающий тело, над которым Девон явно работал. Твёрдость мускулатуры совпадала с безжалостным взглядом. Не такого Девона она оставила.
Тея медленно встала и повернулась к нему.
— Я не убивала её.
Мышца на его челюсти дрогнула, но, к её облегчению, он кивнул.
— Знаю. Отец думает, что я идиот. Но я подкупил стражей, которые были там… Я знаю, что она умерла, помогая тебе сбежать, и что один из его людей выстрелил ей в голову.
Несмотря на радость, что Девон знал правду, Тея не могла понять, почему он здесь. И почему смотрел на неё так, словно она ничего ъ не значила, если когда-то он любил её как сестру.
— Тогда почему ты тут?
— Я сказал, что хотел посмотреть, как он заставляет тебя страдать за её смерть.
Тея отпрянула на шаг.
Девон покачал головой и открыл дверь шире.
— Я просто хотел закончить то, что она начала.
— Девон, — прошептала Тея.
— Покончи с этим, Тея, или он не остановится. — Он поднял руку, в которой сжимал пистолет. С глушителем. — Я разобрался со стражей в этой части замка. Они собираются, чтобы забрать тебя отсюда, пока стая не попробовала спасти, так что они отвлечены. Я сказал, что присмотрю за тобой, но отведу тебя в зал, а потом заманю туда отца. Одного.
Тею мутило. Вот оно.
Время пришло.
— Уверен, что хочешь участвовать в этом, Девон? Ты не знаешь, как это отразится на тебе?
Гнев мелькнул на его лице.
— Мою мать убили, и виноват он. Его одержимость привела к этому. Идём.
Два мёртвых стража лежали у комнаты, и у каждого дыра в голове. Девон хорошо управлялся с пистолетом. Тея с отчаянием отвела взгляд. Что Эшфорт сделал со своей семьёй? Мучил приёмную дочь, убил жену и сделал сына хладнокровным убийцей. Это ужасно трагично.
Девон с Теей быстро прошли по узкому тёмному коридору без окон, добрались до винтовой лестницы в конце, и Девон прижал палец к губам. Тея послала энергию, и тень укутала их тишиной. Девон не ощущал это, как человек, но так их не услышат, пока они спускались по неровной винтовой лестнице на первый этаж. Слева была арка, ведущая к кухням. К счастью, там оказалось пусто. Справа — несколько кладовых, забитых едой. Тёмный коридор был пустым, и они тихо двигались по нему до лестницы, которая вела вверх до площадки, а после вниз.
Девон остановил Тею, где слева из проёма лился свет. Прохладный ветер донёсся до неё, Девон повернулся и шепнул:
— Выход. — Затем указал на проём, а потом махнул вперёд и шепнул: — Зал.
Тея кивнула, и они пошли, но голоса снаружи заставили остановиться. Казалось, голоса приближались
— Я буду рад убраться отсюда, — послышался низкий мужской голос с американским акцентом.
— И я. Надоело быть так близко к вампирам.