Война Сердец (ЛП)

Тея скрестила руки на груди и насмешливо ответила:
— Я не должна ничего тебе рассказывать, Волчонок.
Его взгляд стал ледяным.
— Моя сестра у Эшфорта, — сказал он, шагнув к ней. — Мне нужно знать, подвергаю ли я её опасности.
Пыл возмущения пропал. За льдом в его глазах скрывалось бессилие. Такой взгляд был у девочки, когда она поняла, что её отец застрял в машине. И Тея была уверена, что таким было и её лицо, когда она смотрела на огонь, испепеляющий её родителей.
Семья — это всё.
Даже Тея с её проблемами понимала это.
— Коналл… — Она покачала головой, переживая за него и его сестру. — Не стоило тебе заключать сделку с Эшфортом.
На его щеке задёргался нерв.
— Он сделал это с твоей спиной?
Она ещё слышала свист хлыста, опускающегося на её плоть, ощущала мучительную, жгучую боль от каждого удара, чуяла запах крови, стекающей на пол и по которой скользила ногами. Помнила, как наступала тьма. И когда поняла, что смерть не придёт и не принесёт облегчения. Это не самое худшее, что он делал с ней… но единственное, что приносило физическую боль.
— Да, — выдавила она.
— Как?
Слова застряли в горле. Она хотела довериться кому-нибудь, хотела доверять Коналлу, но не могла.
— Я не могу рассказать.
— Почему?
— Потому что это моя единственная слабость.
В комнате воцарилась тишина. Наконец Коналл раздраженно фыркнул.
— И ты не доверяешь мне.
Тея пронзила его кратким взглядом.
— Ты везёшь меня к Эшфорту. К тому, кто сделал это со мной. С какой стати мне доверять?
Коналл сердито посмотрел на Тею, опускаясь на кровать. Напряжение усиливалось между ними, время ужасно замедлилось. Ощущая жар на лице, она подняла взгляд и обнаружила, что Коналл пристально разглядывал её. Тея попыталась подавить трепет.
— Что? — Она нахмурилась.
— Расскажи мне, — тихо сказал он. — Расскажи, Тея. Твою сторону истории.
Тея с горечью рассмеялась.
— Чтобы ты мне не поверил? Нет, спасибо.
Коналл нахмурился.
— Думаешь, я не могу притвориться, что ты — плохая, а он — хороший? Могу. И спокойно отдам тебя, чтобы спасти сестру и забыть обо всём этом грёбаном кошмаре.
Обида, которую она ненавидела, подняла голову.
— Давай, Волчонок. Я не помешаю.
— Я видел твою спину, так что уже не поведусь на это. Ты не дашь мне отвести тебя к нему. Я не знаю, что ты задумала, но ты точно не собираешься возвращаться к человеку, сделавшему с тобой такое. — Он склонился к ней. — Вот, что я знаю. Ты спасла мою жизнь, потому что я закрыл тебя от пуль во Вроцлаве. Ты не обязана была делать это, ведь мы оба знали, что я не спас твою жизнь.
— Ты думал, что спасал мою жизнь, когда закрывал собой.
— Да. И ты была убеждена, что в долгу передо мной. — Он мрачно посмотрел на неё. — Ты сломала мне шею, чтобы убежать… но не убила меня. А мы оба знаем, что должна была.
Раздражение Теи росло, она становилась уязвимее.
— И что?
Он проигнорировал едкость.
— Ты не пыталась убить тех вампиров в Праге, потому чуть не погибла сама.
— Нет… сначала я пыталась не убивать, а потом убила одного перед тем, как появился ты.
— Они все были бы мертвы, реши ты сразу убить их. Но вместо этого они чуть не убили тебя.
— Но ты спас меня.
— Разве? — Коналл с подозрением посмотрел на неё. — Тея, ты была в опасности?
Она сглотнула и отвела взгляд.
— К чему ты клонишь?
— Ты вернулась за девочкой… зачем? Она напомнила тебя? Когда твои родители умерли?
Тея так резко повернула к нему голову, что хрустнул сустав. Откуда он знает? Она сердито посмотрела на Коналла.
— Хватит.
Он покачал головой, и Тее не нравилась жалость в глазах.
— Ты рисковала нами, чтобы спасти ту семью, а потом спасла меня от пуль. Я пытаюсь убедить себя, что это манипуляции, чтобы я перешёл на твою сторону…
— Так и было, — поспешила перебить она. — Именно так, Коналл. Я сделала вид, что ты нужен мне как телохранитель. Мы оба знаем, что не нужен.
Он криво улыбнулся.
— Точно. Я ещё никогда не ощущал себя таким слабаком, как когда ты толкнула меня в амбаре.
Она закатила глаза.
— Ты обезглавил вампира голой рукой. Рукой!
— Точно, — отметил он. — От этого мне немного лучше.
Тея невольно рассмеялась. Коналл пристально смотрел на неё.
— Почему ты не хочешь, чтобы я был на твоей стороне?
Она пожала плечами.
— На это есть две причины: первая — произошедшее со мной настолько нереально, что никто не поверит мне, даже ты. Я бы ни за что не стала делиться этим дерьмом. А вторая… — Она посмотрела ему в глаза, видя лишь желание спасти сестру. — Это не изменит факта, что ты отдашь меня ради спасения сестры.
Коналл медленно покачал головой.
— Я не знаю будущего, и что нужно сделать, чтобы спасти Калли, и понимаю, что ты ничего не должна мне, но начинаю думать, что Эшфорт — настоящий враг. Это я пытался объяснить. Я сомневался на его счёт с нашей с ним первой встречи, но мне нужно спасти Калли. Встретив тебя… Инстинкты мне всё подсказывали, Тея, но я сопротивлялся им. — Он положил руки на колени и утомлённо склонил голову. — Я должен знать, на что он способен, и кого я отдам ему, чтобы спасти сестру.
Слёзы навернулись на глаза, и Тея быстро отвела взгляд, чтобы он их не заметил.
— Зачем? Что это изменит?
— Зависит от того, что ты расскажешь, — мягко настоял он. — Но скажу тебе, что я не могу отдать невинную женщину мучителю, чтобы спасти семью. Калли тоже не сможет с таким жить.
Надежда опасное чувство. Тея давно и жестоким образом это поняла. И покалывание надежды в груди пугало. Тея повернулась к Коналлу и заметила, как его лицо смягчилось при виде её слёз.
— Если я расскажу… — Она встала с кровати и посмотрела на него сверху вниз. — Если расскажу, и ты всё равно отдашь меня Эшфорту, я убью тебя, Коналл. В этот раз точно.
Он медленно кивнул.
— Хорошо. Я тебе верю, малышка.
  
Глава 14
 
Нью-Йорк, шесть лет назад
Белые стены были увешаны плакатами и фотографиями, отражавшими, кем была Тея до того, как началось это безумие. Тея знала, что Аманда терпеть не может рок-группы, но позволяла ей их слушать. Ещё висели вырезки Калеба Фоллоуилла [2] и Райана Гослинга [3] из журналов. И плакат мультфильма «Вверх», на котором Тея за первые десять минут выплакала все слёзы. К ним крепились снимки одноклассников с двенадцати до пятнадцати лет.
Тея часто гадала, что Эшфорт рассказал о ней в школе и её друзьям. Как объяснился с её психотерапевтом. Как-то она набралась смелости спросить у Девона, и тот рассказал, как папа сообщил всем, что Тея вернулась в Англию к семье матери. И никто не засомневался. Никто не спросил ничего у Эшфорта. От этого она смеялась две секунды, а потом смех превратился в истерические всхлипы. Никому не было дела до того, где она. Никто не придёт за ней.
Даже при наличии шкафа книг и DVD-дисков, а ещё старого телевизора и проигрывателя в углу, Тея редко покидала большую кровать. Все предметы в комнате были пропитаны веществом, которое обжигало при прикосновении, и от постоянного пребывания вблизи него Тея ощущала себя слабой, как при простуде. Так ей казалось, что ощущают себя при простуде.
Услышав щелчок замка, Тея повернула голову и наблюдала, как открывается тяжёлая бронированная дверь. Вошёл Девон, а за ним — страж-оборотень, который встал у закрытой двери. Когда приходил кто-то из Эшфортов, оборотень или вампир всегда защищали их.
В прошлом месяце Эшфорт забрал столько крови у Теи, что она не могла даже открыть глаза от слабости. Один страж — человек — попытался воспользоваться этим. Он к ней в кровать ночью. Тея не знала, где нашла силы отбиваться, но в страхе и гневе пробила дыру в его груди. Он — первый, кого она убила. Эшфорт убрал всё, словно проблемы не было. А затем по-отечески ей улыбнулся и похвалил за силу. Аманда и Девон были в ужасе, и он пообещал всем, что такое не повторится. Но всё продолжалось, пока Эшфорт держал её тут. Пленницей. Научным экспериментом. Жертвой пыток.