Сёрфер. Вкус холода (СИ)

– Когда у тебя самолёт? Утром? Днем?
– В пять вечера.
– Успеешь собраться. Завтра. Я тебя отвезу. Прошу тебя, поехали! Я не выдержу ещё неделю!
***
Дождь, не переставая, лил всю ночь. Этот мужчина занимался не сексом, он занимался любовью – с первой близости, сразу. Он не брал меня, он отдавал мне себя. Он стремился успокоить, расслабить, наполнить. Я купалась в его страсти и нежности, но ответная страсть во мне не проснулась. Проснулись нежность, желание, потребность довериться и благодарно отдать его нежность обратно. Мои эмоции к нему были для меня чем-то новым. Волшебного чувства единства я не испытала, но ведь это была наша первая близость, поэтому я решила, что оно со временем придёт. Для меня было важнее, что я, наконец-то, снова в полной мере наслаждалась близостью с мужчиной. Засыпая в его объятиях мне было тепло, спокойно и хорошо, впервые за последний год. Действительно хорошо!
Следующим утром, ближе к полудню, Вадим отвёз меня домой, собраться. Пока я складывала вещи в чемодан, он с интересом разглядывал мою подборку книг и дисков с фильмами в книжном шкафу, периодически интересуясь моим мнением о том или ином фильме или книге. Спрашивал о том, что ему не знакомо, был удивлён внушительным собранием русской классики, а также книг по психологии и эзотерике.
Я застегивала молнию на чемодане, когда услышала, как он читает вслух аннотацию к фильму, который завоевал прочное место на полке моего шкафа и в моём сердце: «История древних вампиров Адама и Евы, которые видели ещё татаро-монгольское иго и инквизицию. Адам – талантливый андерграундный музыкант, живёт в мрачном  Детройте, одевается в стиле 60-х и не выходит днём из дома. Он не в восторге от того, куда катится мир, и подумывает о способах самоубийства. В тёплом  Танжере живёт его жена Ева, жизнерадостная вампирша постарше, которая стильно одевается, обожает поэзию … Хмммм… Голодные вампиры выходят на улицы Танжера… ».
– Что это за нуар 18? – рассмеялся он.
– О! Это очень стильный, чувственный и местами агрессивный нуар! – хихикнула я.
Оставив в покое чемодан, направилась к нему, остановилась напротив.
– Фэнтезийная драма Джармуша 19. Артхаус 20. Музыка потрясающая! Я обожаю этот фильм! – глядя в его глаза, я с улыбкой призывно облизнула губы краешком языка и загадочным голосом очень медленно озвучила последние слова аннотации, – «Исход ситуации предсказать не в силах никто – выживут только любовники?»
Он заинтересованно приподнял одну бровь, не глядя, положил диск на одну из полок, одновременно наклоняясь, чтобы поцеловать. Я же отступила на шаг назад, ускользая от поцелуя, и с хитрой улыбкой потянула его за руку на диван.
Несколько часов спустя он проводил меня в аэропорт. Я уехала в отпуск расслабленная, насыщенная и довольная, словно кошка, объевшаяся сметаны. Мы каждый день переписывались и перезванивались, в основном по вечерам, и каждый раз он интересовался, как прошёл наш с подругами день.
Нас было трое. Первая, моя соседка по квартире Маша, почти сразу ушла в отрыв. Вторая, Таня, верная жена и мать, просто отдыхала от домашних забот, не желая окунаться в сомнительную романтику курортных отношений с мужчинами. Мне же это было просто не нужно – в моей жизни появился Вадим.
В один из вечеров мы вдвоём с Таней после ужина болтали за вином. Маша где-то зависала. Таня делилась новостями о муже и детях, и в какой-то момент, зная, как я не люблю рассказывать о своей личной жизни, осторожно спросила о наших отношениях с Вадимом. Именно на дне рождения её мужа мы с ним познакомились. Вадим – его хороший друг. И я поделилась, какой он оказался интересный, заботливый и нежный. На это она заметила.
 
– Оленька, я Вадима знаю давно и уверена – такой человек как он, если полюбит, будет тебя на руках носить и пылинки сдувать. Он относится к редкой в наше время категории настоящих мужчин – сильных и надёжных.
– Да? Интересно, почему же такой мужчина до сих пор не женат? Он вообще был женат, не знаешь?
– Женат не был. Девушки, конечно, были. Некоторых я видела и у него хороший вкус, но, видимо, пока не сложилось. Может быть, ему не везло с ними. А может, просто ещё не нашёл ту, единственную.
И вот я вернулась в Москву, а он встречал меня в аэропорту. Я с радостной улыбкой шла к нему по залу, и когда до него оставалось несколько шагов, он раскрыл мне свои объятия, призывая в них, а я, слегка ускорив шаг, преодолела оставшееся между нами расстояние и утонула в его руках.
Вадим крепко поцеловал меня и сказал: «Я так по тебе скучал!»
– Я тоже скучала.
– Знаешь что? Переезжай ко мне. И вообще, выходи за меня замуж!»
– Это официальное предложение или шутка? – рассмеялась я.
– Никаких шуток. Я люблю тебя! Ты согласна?
Это было так неожиданно!
Я удивлённо посмотрела в его глаза и увидела, что они светятся любовью. И тогда во мне что-то щёлкнуло, словно он переключил какой-то важный тумблер внутри на совершенно другой режим моей жизни.
– Согласна, – просто ответила я.
***
Через три месяца мы скромно и не торжественно расписались в одном из московских Загсов, а через два дня, субботним вечером, собрали ближайших друзей и родственников в одном из ресторанов Москвы отметить это событие.
Мы оба не сторонники шумных и пафосных праздников и видели так много классических свадеб (особенно я), что нам обоим не хотелось ничего в таком духе. Но всё же, конечно, было желание, чтобы этот день запомнился нам и нашим близким.
Ресторан мы выбрали в классическом стиле с легким воздушным интерьером. Зал в мягких пастельных тонах, с большими окнами, украшенными струящимися многослойными шторами, стройными белыми колоннами, картинами в резных деревянных рамах, огромным белым камином, который был искусственным, но добавлял атмосферы роскоши и комфорта, уюта и покоя. Хрустальные люстры рассеивали мягкий приглушённый свет. На столах стояли массивные подсвечники с горящими свечами. Единственным ярким цветовым акцентом были цветы, которые украшали стол молодожёнов – низкая, широкая, белая ваза, была полна чёрно-бордовых роз Black Baccara 21. Моих любимых.
Музыкальным сопровождением нашего праздника была классика, рок и джазовые композиции, исполняемые приглашёнными музыкантами.
Я была одета в струящееся в пол шифоновое платье в стиле Бохо нежно пепельного цвета, с широкими рукавами длиной три четверти и открытой спиной. На груди и рукавах оно было расшито изысканной вышивкой. Это платье до сих пор висит в чехле в нашей гардеробной – мне жалко с ним расставаться, хотя я понимаю, что уже вряд ли когда-нибудь его снова надену. Волосы я собрала в ассиметричный небрежный пучок. На Вадиме был чёрный костюм, белая рубашка, пепельная жилетка и бордовый галстук. В петлице фрака у него красовался такой же цветок, что и в моих волосах над правым ухом – роза Black Baccara. Свадебный букет состоял из тех же роз.
Праздник был весёлым и душевным. Тамады у нас не было, так же, как и бесконечных конкурсов. Люди просто отдыхали и веселились в свободном формате, общались между собой, танцевали, произносили тосты. И ещё мы строго настрого запретили всем кричать нам «горько» и вообще заставлять целоваться по команде на публику. Мы и без посторонних с этим прекрасно справлялись.
Апофеозом вечера стал танец жениха и невесты под рок-балладу Metallica «Nothing else matters». Это был очень романтичный и трепетный момент! Вадим неважно танцует под динамичную музыку, но медляки удаются ему хорошо. Я была такая счастливая, когда мы расслабленно покачивались в танце в объятиях друг друга!