Это всё она (СИ)

«Срочно ко мне в кабинет!»
Слово «срочно» в контексте сегодняшнего дня звучало настораживающе, и взволнованная девушка поспешила в кабинет начальника.
Ловить её при входе и целовать уже стало приятной привычкой у Сергея.
— Я соскучился, — прошептал он, оторвавшись, наконец, от губ.
— Мы ж с тобой всё время виделись, как ты мог соскучиться? — смеясь, укорила Рокотова Аня.
— Ты прекрасно понимаешь, что я имею ввиду, — Сергей зарылся носом в распущенные волосы девушки.
— Понимаю… — тихо и проникновенно отозвалась Аня. — Я тоже скучала по тебе…
Обнимаясь, «напитываясь» друг другом, они простояли еще несколько минут, когда мужчина первым нарушил тишину:
— Ань, сегодня поужинаем вместе? Я буду ждать тебя на парковке после работы, хорошо?
Конечно, хорошо! Разве может быть плохо, когда любимый человек хочет проводить с тобой время. Аня счастливо закивала и чмокнув начальника куда-то в район подбородка (куда смогла дотянуться) быстро выпорхнула из кабинета.
__________________________
Сумасшедший день в офисе подходил к концу.
И вот, когда часы показали без четверти шесть, это означало, что пора собираться домой. Все дела были худо-бедно закончены. Сил на новые свершения не было совсем. Хотелось прийти домой, принять теплый, лучше даже горячий, душ и забравшись под одеяло, просто побыть в тишине.
Наведя минимальный порядок на рабочем месте, перед тем, как выключить компьютер, Аня решила проверить почту. Пролистав адресантов и убедившись, что ничего срочного там нет, девушка нажала на выключение. На телефон пришло сообщение.
С.А.: Жду тебя в машине на стоянке.
Аня не смогла сдержать счастливой улыбки. Ждёт…
Теперь главное — не попасться никому из сотрудников АртСтроя. Заранее оглядев стоянку из-за угла, Аня, надев капюшон и не глядя по сторонам быстро пробралась к месту парковки машины своего шефа.
— Оу, сегодня я везу самого Бонда? — засмеялся Рокотов, когда Аня, усевшись на пассажирское сиденье, быстро сложилась пополам, спрятав голову под панель. — Ань, что за шпионские игры? Тебя преследует сицилийская мафия? — Сергей уж не смеялся, а откровенно ржал.
— Может мы уже поедем? Или ты хорошо шутишь только в стационарном состоянии? — язвительно прошептала Аня.
— А мне нравится, — улыбался Рокотов, заводя мотор.
— Что? Компрометировать меня перед всем офисом? — саркастически приподняв бровь спросила девушка, когда машина тронулась с места.
— Нет, мне нравится, как ты разминаешь шею, чтобы остеохондроза не было. Молодец, в старости с тобой будет меньше проблем, — снова засмеялся Сергей. — А вообще, мне нравится наши словесные поединки. Обожаю смотреть, как ты язвишь, пытаясь меня переплюнуть в сарказме, — он хитро посматривал на Аню, которая в это время, скрестив на груди руки, театрально закатывала глаза. — Но можешь не стараться, всё равно тебе меня не догнать в этом искусстве, — и он довольно хмыкнул.
— Ну, конечно, куда ж нам до такой величины, как самый главный стендапер-импровизатор — Сергей Рокотов! Тут даже соваться не стоит — переедет любого катком своего искрометного юмора, — Аня поддерживала эту негласную шутливую перепалку.
— Эй! Это запрещенный прием! — засмеялся Сергей и легонько ущипнул девушку за коленку, а потом накрыл ладонью. Руку убирать не спешил.
— Что? Давать достойный отпор? — словно не заметив его действий, спросила Аня.
— Нет. Запрещенный прием — использовать откровенную и неприкрытую лесть. Я слишком её люблю слушать из твоих уст и теряюсь с остроумным ответом, — машина Рокотова остановилась у его дома, и последние слова он говорил почти шепотом, повернувшись к Ане и открыто «пожирая» ее глазами.
— Запрещенный прием — это заговаривать девушке зубы и втихоря вести её туда, куда она не собиралась, — копируя его интонацию парировала Аня.
— Умница моя, ни одного слова не оставляешь без ответа, — продолжил Сергей, и притянув к себе девушку, уже за секунду до поцелуя, сказал: — Вот за это я тебя и люблю.
58.
 
Аня ощущала себя как после удара током. Руки дрожали, в голове шумело, и через этот белый шум то и дело прорывались слова Сергея «я тебя люблю». Это же ведь ей не послышалось? Он же осознанно произнес эти слова? Или нет? А вдруг это сказано просто для связки слов? Или что-то типа присказки? А может он вообще — издевается!? Продолжает свой юмористический бенефис!
Девушка резко отстранилась и строго посмотрела на мужчину.
— Что? — развел руками Рокотов.
Аня продолжала испытующе смотреть, не зная, как сформулировать вопрос.
— Да. Я люблю тебя, Анна Валерьевна! Скажи еще, что для тебя это новость!
— Ну вообще-то да… — замялась девушка.
— А смысл мне быть с тобой? После твоего вчерашнего заявления я это и понял. Лежал рядом с тобой и думал: «что ты делаешь тут, Рокотов? Разве тебе когда-то были интересны девушки, с которыми в постели ты будешь просто спать в обнимку?». И вот тогда-то я и ответил самому себе, что даже если ты никогда не подпустишь меня ближе, я ни за что на свете, тебя не отпущу, — Аня растроганно смотрела на Сергея и сама потянулась к нему, обвив шею руками, уткнулась носом ему в плечо. — Но я надеюсь, что ты всё-таки когда-нибудь подпустишь… — вернул шутливый тон Рокотов, и Аня засмеявшись легонько стукнула его кулачком в грудь.
— Ты невыносим! И за это Я тебя люблю, — ответила, глядя ему в глаза, девушка, за что получила нежный и сладкий поцелуй.
— Всё это, конечно, очень мило, но может пойдем уже? я такой голодный, что сейчас могу от тебя кусочек откусить, — прервав поцелуй, заговорил Сергей, и они смеясь поднялись в квартиру.
И тут Аню насторожило то, что мужчина не достал ключи. Он позвонил. Позвонил в дверь собственной квартиры…
Спросить она ничего не успела, потому что через несколько секунд с внутренней стороны защелкал замок и на пороге стояла Евгения Ивановна.
— Ну, наконец-то! Я уже второй раз ужин разогреваю, — она «распростерла объятия» и заключила в них сначала Сергея, который стоял ближе, а затем и Аню.
Поприветствовав друг друга и обменявшись любезностями, женщины прошли на кухню, где их в нетерпении ждал Сергей.
— Анют, садись. Давай уже поедим. Мам, посидишь с нами? У нас с Анечкой есть для тебя новость.
«Ну вот! и как теперь есть? мне ж кусок в горло не полезет после такого потрясающего анонса!» — мысленно возмущалась Аня и таранила Рокотова взглядом. Но ему было всё ни по чем. Жульен сейчас волновал его намного больше, чем Анины переживания.
Наконец дожевав остатки ужина, мужчина встал из-за стола и направился к чайнику. Евгения Ивановна в это время делилась с Аней впечатлениями от допроса у следователя. Девушка даже расслабилась. Разговор был непринужденный и они прекрасно понимали друг друга. Но тут их прервал Сергей.
— Дамы, у меня маленькое объявление, — Аня и Евгения Ивановна удивленно посмотрели на оратора. — Ну, во-первых, сегодня мы с юристами проработали бОльшую часть документов и проект официально возвращается АртСтрою. Завтра начнется работа по переоформлению документации и передачи прав, — две пары счастливых глаз озарили пространство кухни и их обладательницы готовы были кинуться с обнимашками, но Рокотов их остановил. — И второе, что намного важнее. Я женюсь, — мама всплеснула руками, а Анина улыбка за секунду сползла с лица. — А Аня замуж выходит! — радостно добавил он. — В общем, мы женимся! Вот теперь можно поздравлять!
Евгения Ивановна кинулась обнимать сына, а через секунду и новоиспеченную дочь. Придушенная крепкими объятиями свекрови, Аня из-за спины глазами расстреливала Рокотова.
 
Уже после отъезда на такси Евгении Ивановны, лежа в обнимку в кровати Сергея, Аня высказала ему всё, что думает о его «сюрпризе».
— И вообще, кто так делает предложение? А вдруг я бы не согласилась?
— Как это? Встречаться значит, она согласилась, спать в одной постели — согласилась, в любви мне в машине признавалась…