Пламя Эгиды. Книга 3 (СИ)

Когда мы добрались до края поляны, за спиной послышался громкий голос имперского офицера:
— Где вы взяли такого маленького фазана? В нём же закуски на один зуб! И зачем его в клетку засунули?
На миг притормозив, я оглянулся назад, испытывая некоторые сомнения по поводу дальнейшей судьбы птицы. Впрочем, спустя секунду, двинулся дальше. В конце концов, там присутствовала княжна Морозова, которая должна была остановить гусара, если тот всерьёз решит закусить попугаем. Не говоря уже о том, что военный сам должен был чувствовать странность установленных лигат и понимать, что перед ним вовсе не обычная птица. С другой стороны, перепутать фазана с попугаем — отдельный вид искусства. Так что случиться могло всякое. Но, опять же — птицу я оставил с аристократкой. Чьего статуса должно было хватить, чтобы сдержать Бестужева.
  
В качестве дополнительной меры предосторожности я всё же заблокировал попугаю возможность говорить. Сейчас это точно бы стало лишним. Особенно, если учитывать присутствие гусара.
Углубившись на сотню метров в лес, я услышал за спиной тихий голос Велимира:
— Может быть, стоило его взять, господин? Он первый, у которого оказалась выпивка.
Чуть повернувшись, я усмехнулся:
— Никакой выпивки перед боем. Отдыхать будем после.
Тот горестно вздохнул, судя по всему, оставшись искренне расстроенным. Я же присмотрелся к картинке, которую передавали эйдосы. Пока крылатые разведчики не замечали ни одного признака тревоги. Зона заражения распространилась далеко за пределы крепости, охватив всё в радиусе доброго километра. Само собой, навей на этой территории тоже было полно. Тем не менее, пока ими никто не пытался управлять. Живые мертвецы бродили сами по себе. Хаотично, беспорядочно и не пробуя сгруппироваться в отряды.
Остановившись в полусотне метров от линии, за которой начиналась заражённая земля, снял с плеча лук. Оглянулся на своих спутников, которые проделали то же самое. После чего вновь двинулся вперёд — с наложенной на тетиву стрелой.
Шанс выпустить её представился спустя тридцать секунд. Впереди мелькнула фигура нава, и я сразу же вогнал в неё полыхающую золотым сиянием стрелу.
Мертвец тяжело осел на землю. Сзади одобрительно хмыкнул Велимир. А в следующую секунду окрестности огласил яростный вой. Пронизывающий насквозь и бьющий по нервам.
Подняв голову, я посмотрел на стены, что некогда были белыми. После чего обнаружил нечто странное на картинке, которую транслировал один из эйдосов. Долговязую человеческую фигуру, что только что выбралась на смотровую площадку одной из башен цитадели. При этом, двигаясь скорее, как живой человек, а не один из навей.
Я приказал призрачной птице опуститься немного ниже, чтобы лучше рассмотреть противника. Тот, задрав голову к небу, завыл вновь. А спустя несколько секунд издал долгий протяжный крик. В этот раз — вполне разборчивый. Сложно ошибиться, когда кто-то кричит слово всего из четырёх букв. Пусть даже протяжно, визгливо и очень громко.
Замерев, я удивлённо нахмурился, присматриваясь к противнику. А тот, или вернее — та, издала ещё один такой же вопль.
— Бра-а-а-ат!
  
Глава XI
 
Когда крик замолк, я оглянулся назад, поочерёдно посмотрев на каждого из своих спутников.
— Никто из вас случайно не терял на севере сестру?
Вопрос был задан скорее с желанием разрядить ситуацию, но, к моему удивлению, оба задумались. Спустя мгновение послышался голос Родиона.
— Я же и не знаю, сколько у меня может быть сестёр и братьев по отцу.
Следом сразу же пробасил Велимир:
— У меня их всего две. Но где младшая, я сейчас не в курсе. Где угодно может быть пиявка мелкая. Как тому купчишке горло перехватила, так и в бега подалась.
Мгновение помолчав, он посмотрел в сторону крепостных стен и добавил.
— Надеюсь, что не здесь.
Вздохнув, я снова повернулся в сторону крепости. Эйдос показал фигуру, которая, ковыляя, удалялась внутрь здания, а другие разведчики продемонстрировали стремительно собирающуюся толпу навей.
Ждать, пока на нашем пути окажутся абсолютно все живые мертвецы этого Гнезда, я не стал. Вместо этого двинулся вперёд, стремясь пробиться к удобной позиции, которую заметил ещё при первой разведке местности.
Добраться туда оказалось неожиданно легко — врагов пока было немного, и мы успешно отстреливали их практически в упор. Тем более, стрелы сейчас можно было не экономить. Каждый из моих соратников тоже прихватил по громадной сумке, наполненной «боеприпасами» к луку.
Спустя несколько минут мы уже обосновались на лесистом пригорке, окружённом зарослями молодняка. Достаточно низкого, чтобы на его фоне выделялись фигуры несущихся в атаку навей. А дальше началась бойня.
Живые мертвецы пёрли со всех сторон. Сначала пытались ворваться наверх отдельными отрядами. Потом ринулись плотной толпой. Не меньше пятисот особей, которые двигались единым, пусть и крайне беспорядочным строем. Целиться здесь уже не требовалось — достаточно было просто выпустить стрелу в нужном направлении. Тем не менее, расчёт противника был очевиден — задавить нас массой. Если у меня скорости стрельбы в теории могло хватить, то вот соратники подобным похвастаться не могли.
План провалился. Во-первых, из-за Ровера, который получил новые лигаты, укрепляющие тело, и радостно носился под ногами навей, десятками вырывая коленные чашечки. Вскоре пристрастившись ещё к одному методу — тотальному отрыванию голов.
А во-вторых, я несколько раз использовал воздушные комбинации, разом запуская в толпу навей по несколько десятков стрел.
Как итог — добиться успеха у них не получилось. Остатки того «воинства», что штурмовало пригорок, откатились назад в лес. Надо отдать противнику должное — второго такого штурма он устраивать не стал. Вместо этого окружил небольшой холм со всех сторон и принялся ждать, пока мы спустимся вниз.
Идея была простой и понятной — подловить нас среди деревьев, где не будет хорошего обзора, а стрелять получится только в упор. При таком раскладе даже полсотни навей могли стать серьёзной проблемой, тогда как поблизости от нас их сейчас было не менее пяти сотен.
Достав из сумки ещё десяток стрел, я присмотрелся к картинке, которую передавал один из эйдосов. После чего усмехнулся и подбросил деревянные «снаряды» вверх, благополучно подтолкнув их воздушным узором. Через секунду те взмыли в воздухе, а в следующее мгновение рухнули вниз, вонзившись точно в головы десяти живых мертвецов.
Не самый эффектный вариант истребления навей, но весьма неплохой с точки зрения соотношения результата и затраченных усилий. В моём арсенале имелось немало мощных плетений, которые я в теории, мог использовать как минимум один раз за бой, и выглядело это в некоторых случаях весьма внушительно. Тем не менее, я не видел в их применении никакого смысла. Да, это будет красиво и наверняка впечатлит ту часть нашего отряда, что осталась в полевом лагере. Но, с другой стороны, мне придётся потратить немало сил, тогда как результатом станут лишь несколько сотен самых обычных навей, на каждого из которых достаточно простой стрелы.
Время пока тоже имелось, так что у меня не было ни одного резона переходить на более сложный вариант.
К моменту, когда я истребил не меньше полутора сотен мертвецов, противник сообразил, что дела у него идут не очень позитивно. После чего навы отступили глубже в лес, а потом отодвинулись и ещё дальше — сразу после того, как я запустил очередную партию стрел, поразив все намеченные цели.
Столп Изначальной силы слегка раскалился от объёма вливающейся туда трофейной энергии, да и Родион тоже выглядел изрядно взбодрившимся. Единственным, кто пока ничего не получил, был Велимир. Вернее, какой-то объём он поглощал, но совсем небольшой. Я же, погрузившись в события сегодняшнего дня, благополучно забыл разработать для него лигату, позволяющую эффективно усваивать мощь убитых навей.
  
Какое-то время выждав, я дал команду спускаться, предварительно отправив вперёд Ровера — пёс принялся рыскать по лесу в поисках животных. Вроде тех филинов и волков, которые атаковали меня в прошлый раз.