Призыватель нулевого ранга. Том 7 (СИ)

— Так было нужно, — ответил я, садясь за стол. И тут же передо мной на тарелке оказался кусок поджаренного мамой мяса.
Я едва сдержал слюну, чтобы она не стала капать на стол. Вооружился вилкой, ножом и отрезал себе небольшой кусочек.
Затем сунул его в рот и принялся жевать, закатив глаза от невероятно чудесного вкуса, от которого я успел уже отвыкнуть. А затем, глядя на отца, сказал:
  
— Так было надо. Сейчас этот приказ уже отменён, и по всем каналам передано, что я действовал под прикрытием, чтобы вывести на чистую воду сообщников человека, который государственный переворот и задумал.
— Эх, сынок, сынок, — проговорила мать, — лезешь в такие игры, тебя же там сомнут и имени не спросят.
— Ну, не смяли же, — ответил я.
— Но мы вот ещё не слышали, — проговорил отец, глядя на меня. — Что награду за твою голову отменили.
— Вы что, хотите подзаработать? — усмехнулся я.
— Отменили, отменили, — проговорил Рик. — С утра об этом в новостях говорят. Хотите, я переключу на новостной канал?
И он с явным удовольствием взял в руку пульт от телевизора.
— Нет-нет, мы вам верим, — поспешно проговорила моя мать. — Просто вы поймите, последние пару месяцев о Максе постоянно поступают какие-то очень нехорошие вести, и мы сильно волновались. Собирались приехать ещё тогда, но, к сожалению, нас не отпускали. Нужно было отработать определённое количество часов, чтобы с нас не содрали штраф. Нам пришлось остаться. Но потом приходили новости, и каждая всё хуже и хуже. Последняя вот, когда мы уже собирались на поезд. Оказалось, что сам император на тебя ополчился.
— Да не ополчился, мам, — ответил я. — У нас с императором хорошие отношения. Можно сказать, что он меня ценит и доверяет в достаточно серьёзные дела. Я у него, как личный спаситель и защитник.
— Император? — переспросил отец. — Тебе?
— Ну да, — кивнул я. — Мы с ним частенько общаемся, так что я знаю его настоящее отношение ко мне и не раз ему помогал.
— Угу, — проговорил отец и посмотрел на мать.
В тот момент я не понял, что он имел в виду своим высказыванием, но не стал обращать на это внимания.
— Ну ты-то хоть расскажи, как у тебя дела, что это за новости, которые до нас доходили, — проговорила мать. — Успокой родителей. А то мы же места себе не находили в последние месяцы.
— Да, конечно, — кивнул я. И начал свой рассказ.
— Для начала я перенервничал перед инициацией и не смог спать. На самой инициации получил нулевой ранг. Это означало, что я не смогу призвать никакого питомца. И по сути, это означало, что какой из меня призыватель? Да, у меня есть кольцо, есть камень призыва, но всё это совершенно бесполезные побрякушки.
Я даже вспомнил ту горечь, которую чувствовал, выйдя из кабинета инициации.
— Но, несмотря на это, я поехал на следующий день с ребятами в новичковский данж. И там их всех убили. Причём убили не монстры, а люди, действовавшие по приказу мэра, который в свою очередь действовал по приказу того самого человека по имени Старр, который в конечном итоге и попытался провернуть государственный переворот.
— Ничего себе! — мать всплеснула руками. — Это вот настолько всё было связано?
— Конечно, — кивнул я. А затем, не торопясь, делая перерывы, чтобы прожевать очередной кусок вкуснейшего мяса, я пересказал родителям всё, что со мной произошло за последние месяцы, опуская некоторые подробности, считая их не столь уж и важными.
Но когда я рассказывал им что-то, то сразу старался объяснить некоторые моменты, которые для меня самого в то время, когда они происходили, были непонятны полностью. И только сейчас для меня открылась вся картина целиком.
Вот в тот самый момент, когда мы допрашивали Старра, я понял, что с самого первого дня моей деятельности как призывателя я оказался втянут в какой-то глобальный заговор. Более того, этот заговор даже мог бы состояться, если бы в тот самый злополучный день я бы не провалился на уровень ниже и не попался бы на глаза Йониру, а остался вместе со всеми остальными.
Мать во время моего рассказа ахала, прижимала руки к груди, иногда к щекам и качала головой.
Мне было достаточно забавно это видеть, потому что я отвык от её таких эмоциональных реакций. Но с другой стороны, когда мы жили вместе, ничего подобного она не слышала. Её жизнь была достаточно обыденной и скучной.
Когда я рассказывал про то, как был на Островах и как безумный король бросился на мой меч, ахать начал уже и отец. Он ещё иногда сыпал такими фразочками:
— Не может быть! Да ладно! Поверить не могу!
И обычно на это поворачивались либо Йонир, либо Рик и говорили:
— Точно-точно! Это было при нас!
И тогда отец просто беззвучно качал головой.
Затем, когда речь зашла про то, как я приручил морского дракона, оба родителя уставились на меня.
— И он есть у тебя до сих пор? — спросил отец.
— Ну конечно, — кивнул я. — Сейчас находится в камне призыва.
— Ничего себе! Настоящее морское чудовище⁈ — Отец снова делал вид, что не доверяет моему рассказу. — А покажи!
Я вспомнил сквозную дыру в потолке дворца, в которую поместилась шея с головой Элфина, и понял, что в доме его лучше не вызывать.
— Как только окажемся на водоёме, обязательно покажу. Всё-таки он морской дракон, а не сухопутный, — с улыбкой ответил я.
— Ладно-ладно, — проговорил отец и махнул рукой. — Покажи только обязательно!
Затем я уже перешел к событиям последних дней. Рассказал про нападение на императора и о том, что помощник предусмотрел практически всё. У него были подготовлены планы практически на любой случай.
Он старался учесть всё, но не учёл один-единственный фактор — в моём лице. И поэтому проиграл, хотя с самого начала был уверен в том, что выиграл. Но иногда людям надо дать поверить, что они выиграли, чтобы не зарождать у них подозрений и успеть подготовить такой удар, от которого они не смогут оправиться.
— Что же получается? — проговорил отец. — Ты спас императору жизнь?
Он говорил с лёгким налётом недоверия. Честно говоря, я никогда не замечал такого за отцом. Ну и, естественно, никаких подобных событий до инициации со мной не происходило.
Да и виделись мы с ним, откровенно говоря, мало. Я помню его хорошо примерно до тех пор, когда мне было десять лет, а потом он стал ездить на вахту, работать месяцами, а после они уже уехали вместе с мамой.
— Получается так, — кивнул я. — Но, в моём понимании, личность императора сейчас просто равна стабильности в стране. И я вижу, что тот курс, который выбрал наш монарх, правильный и ведёт к процветанию всей страны. Я уверен, что через несколько лет уже не будет нужды таким людям, как вы, ездить на вахты, чтобы зарабатывать деньги. Люди смогут хорошо зарабатывать там, где родились, там, где сосредоточена их жизнь.
— Хорошо бы, — вздохнула мама, — потому что, честно говоря, я уже скоро не выдержу. Ещё два-три года, и у меня больше не будет сил, чтобы работать.
Я хотел ей ответить, но в этот момент раздался звонок. Я посмотрел в видеофон и увидел знакомый автомобиль. Они в правительстве были примерно все одинаковые, но этот я уже отличал от остальных. А за ним небольшой грузовичок с вещами.
Из пассажирского салона, вышла Асакура и помахала в камеру рукой.
— А вот и наши вещи подъехали, — сказал я. — Вы сидите, мы сейчас придём.
Естественно, родителям на месте не сиделось. Они пошли помогать. И хоть разгружали вещи грузчики, всё равно что-то приходилось таскать самим, просто потому что грузчикам доверять какие-то личные вещи не хотелось.
Асакура быстро обошла дом и нашла приглянувшуюся ей комнату. После чего начала туда разгружать свои личные вещи.
  
В какой-то момент отец отвёл меня немного в сторону и сказал:
— Это что, невеста твоя?
— Нет, — я покачал головой и усмехнулся. — Это соратник, близкий друг. Да, но не невеста.
— Да ладно, — проговорил отец и подмигнул. — Родительское сердце не обманешь.