Глубь 2 (СИ)
Раз в день меня выводили в процедурную, и я в длинном халате-распашонке подвергался множеству анализов и осмотров. С какой целью их проводили, мне не сообщали, но, судя по всему, привести меня в норму должны были скоро.
Подходил к концу второй день заточения, когда за ужином я вновь встретился с товарищами. Казмер, поприветствовав меня взмахом руки, тут же принялся накладывать себе на поднос кучу. Пришедшая следом за ним Зан при виде нас улыбнулась, впервые за все это время проявив сознательные эмоции.
— Как у вас дела? — поставив на стол свою порцию, обратился я к товарищам.
— Сойдет. Только скучно. Даже почитать ничего не дают, — пожаловался Каз. Девушка же просто кивнула, соглашаясь с ним.
— Хотя, я тут краем уха слышал, что из тех спасателей, про которых говорила регистраторша, никто не выжил. Сейчас там во всю пытаются выяснить в чем причина, — спустя пару минут, пока утолялся голод, произнес Каз. — Но вроде как сказали, что люди посвободнее стали. Так что завтра-послезавтра будут решать, что делать с нами.
После слов Каза разговор совсем не клеился, и, быстро покончив с едой, мы разошлись по палатам.
— Не нравится мне все это. Вот прям очень, — в очередной раз произнес я, ворочаясь в кровати.
И вот теперь сон совершенно не шел. Постоянно возвращаясь к словам парня, я рисовал в голове ужасные картины, тем самым еще больше накручивая себя. Так что, когда за стенами моей комнаты раздались крики ужаса и звуки стрельбы, я даже как-то с облегчением выдохнул.
Глава 12
— Кретин, нашел, чему радоваться! — воскликнул я про себя, скатываясь с кровати и обувая тапочки уже лежа на полу.
Звуки за тонкой дверью затихли, впрочем, крики, как и выстрелы, все равно были слышны где-то вдалеке.
Неожиданно вспыхнул свет, заставляя зажмуриться. Обычно в ночное время освещение в этом крыле лабораторного уровня отключали, оставляя только в коридорах. Видимо, у кого-то хватило ума, что с неведомой напастью разбираться лучше при ярком свете.
Быстро осмотрел комнату в поисках оружия. Бесполезно. Еще при первом посещении я убедился, что ничего подобного тут нет. Квадрат два на два метра, с намертво прикрученной кроватью и пластиковая тумбочка. Вот и вся обстановка в палате. Как из этого соорудить хоть какое-то оружие, непонятно.
Ладно, судя по тому, что стрельба все никак не заканчивалась, скорее даже усиливалась, ждать помощи мне не стоит. Поэтому, наверное, стоит потихоньку выбраться наружу и поискать друзей.
Подбадривая мысленными пинками, заставил себя подойти к двери. Она не имела запорного механизма, но, видимо, обладала сигнализацией, срабатывающей на открытие. В прошлый раз, решив самостоятельно сходить в столовую попить водички, я очутился на полу, придавленный охранником, буквально через пол минуты. Обошлось без травм, но скорость реагирования впечатляла.
Сейчас же, сдвинув дверь в сторону и не заметив мчавшегося в мою сторону бравого охранника, понял, что ждать бесполезно. У них явно есть дела поважнее, чем сторожить меня.
Моя палата была самой последней в широком коридоре. Слева от выхода находилась стена, а справа, если считать мою комнату первой, начиналась череда таких же комнатушек. Большинство пустовало, лишь только три были заняты мной и моими товарищами.
По местным правилам, палаты без пациентов должны были быть всегда открыты, так что прижимаясь к стене спиной я медленно проходил мимо распахнутых настежь комнат. Первая, вторая, темнота… Мля!
Если я сначала надеялся, что это у меня глаза от напряжения лопнули, то чуть позже разглядел подсвеченные линии на полу и огорчился. Видимо, что-то случилось с подачей энергии, ну или кто-то просто специально дернул рубильник. Буду надеяться, что это незапланированная акция.
— Интересно, а если бы нас сейчас пытали, такая ерунда бы случилась? Или все хреновые события в моей нынешней жизни будут стабильно следовать только друг за другом? — мелькнула мысль и затерялась где-то в глубине сознания.
Разноцветные линии на полу, коих я насчитал пять штук, выделялись в темноте, немного разгоняя ее. Особенно ярко смотрелась оранжевая линия, постоянно переливаясь и словно утекая вперед, а позади меня сразу же гасла. На перекрестке она свернула в сторону столовой, вот только мне нужно было идти прямо, к палатам друзей.
Линия настойчиво запульсировала, словно стараясь убедить следовать за ней, но я лишь поморщился и пошел прямо. Тут же линия погасла, оставляя меня наедине со скрывающейся в темноте опасностью.
Обливаясь холодным потом, я шаг за шагом шел дальше. Вот, вот должна показаться дверь в палату Зан. Вроде правильно посчитал. Остальные комнатушки были открыты и, к моей вящей радости, пусты.
Тишина все больше и больше давила на меня, заставляя вздрагивать каждый раз, как я слышал вдалеке звуки. Видимо, из-за охватившего напряжения я и пропустил момент, когда наступил на что-то мягкое.
Чья-та холодная рука схватила меня за ногу, и я больше от неожиданности, чем от реально приложенной силы нападавшего упал на пол, больно ударившись затылком.
Засучив голыми ногами, с которых при падении слетели тапки, почувствовал, как пинаю какое-то тело, уже не подающее признаков жизни. С трудом успокоившись и разжав пальцы руки, стиснувшей ногу, принялся обшаривать найденный труп.
То, что это труп, понял по отсутствующим дыханию и малейшим движениям. Возможно, мои, пускай и не самые сильные, но такие многочисленные удары, послужили последней каплей, добившей беднягу. Не стоило ему так меня хватать, все-таки я последнее время весь на нервах.
После организации массового сожжения, к трупам я особенного пиетета не испытывал, так что почти не смущался, обыскивая бедолагу. Множество кармашков на разгрузочном поясе оказались пусты, и лишь в одном из них я обнаружил небольшую плоскую коробочку. Для чего она служила, так и не понял, хотя и понажимал с разных сторон. Зато перевернув тело, у которого, как оказалось, наличествовала огромная дырень прямо по центру туловища, нащупал, что у него на поясе висит нож.
— Бинго! — мысленно обрадовавшись, пытался расстегнуть пряжку ремня, ставшую скользкой от натекшей крови. Удалось мне далеко не сразу, зато, когда я наконец-то справился, почувствовал приятную тяжесть в руке от оружия.
Дальнейший поиск ничего больше не дал. Какого-либо другого оружия я не обнаружил. Возможно, его кто-то забрал, а может, оно и валялось где-то неподалеку. Вот только искать я его буду до тех пор, пока меня самого не найдут. И гарантий, что это будут хорошие парни, у меня нет.
Еще немного помучившись, все-таки снял трупа пояс и застегнул его на себе. Взял бы еще шлем, в котором обычно щеголяли местные охранники, но на голове его не оказалось. При этом во время обыска выяснилось, что кроме шлема, у бедняги отсутствовали глаза, уши и часть черепной коробки. Когда почувствовал, что руки погрузились во что-то мягкое, меня чуть не вывернуло от осознания того, во что я вляпался.
— С другой стороны, мозги у него целые, — вновь прозвучал внутренний голос.
— Ну, теперь-то я точно спокоен, — ответил я сам себе и, достав нож, пошел к комнате Зан.
То, что дверь в ее комнату была выбита, меня несильно удивило. Все-таки добирался я до нее долго, а судя по трупу в коридоре, здесь была какая-то заварушка. Вопрос был в другом. Мертва ли девушка, или ей и Казмеру удалось сбежать. Все-таки они профессиональные бойцы и должны уметь постоять за себя. Правда одна еще не до конца пришла в себя, а Каз больше по электронным игрушкам, чем по сражению лицом к лицу. Эх, сюда бы Кадма…
— Зан…Зан… — прислонившись к стене, замер у двери и тихонько позвал девушку. Тишина. С одной стороны, глупо шуметь, с другой, лезть в темное замкнутое пространство… Нет уж, спасибо, один раз уже залез, до сих пор с содроганием вспоминаю. Перед глазами промелькнули лица Алин и детишек. Совсем не к месту.
Ответа не последовало. Ни малейшего движения, словно в комнате замер даже сам воздух. Отвратительное ощущение. Чертыхнувшись, я отошел от двери и опять вдоль противоположной стенки направился к палате Каза, благо, была она совсем рядом.