Глубь 2 (СИ)

Стоило закончить погрузку, как машины едва слышно загудели и, выстроившись колонной, в которой мы оказались вторыми, а мех замыкающим, двинулись в сторону ворот ангара.
Как только мы тронулись, освещение в десантном отсеке погасло, но почти сразу же стены и потолок стали терять очертания, постепенно становясь прозрачными.
Возникло ощущение полета на низко летящем самолете, хотя скорость была еще небольшая. Но похоже мое чувство восторга окружающие люди не разделяли. Едва стоило нам выехать за пределы лагеря, как они тут же достали свое оружие и расположили его так, чтобы можно было незамедлительно пустить вход, при первой же необходимости. Их лица скрывали шлема на подобие моего, но я ощущал, как напряжены бойцы да редкие разговоры давали понять, что выдвижение за пределы лагеря для них тоже неожиданность.
Покинув ангар, мы свернули налево, в ту сторону, где должен был располагаться корабль, до которого, будем надеяться, Алин с детьми все же добрались.
Спустя пол часа блуждания по местным лабиринтам, конвой, по словам Кадма, пересек границу секторов Е12 и Д12. Каких-либо существенных отличий я не заметил, лишь скорость движения замедлилась, а из отсеков на крышах взлетели точно такие же дроны, которые принялись кружить в округе.
— Мля, только не этот сектор — застонал сидящий напротив меня солдат, над чьей головой в тонкой рамке светилось имя Влад.
— Да ладно, тогда же все живыми выбрались — ответила ему Лара. Именно с ней тренировался в рукопашном бое Камд.
— Ага, то еще удовольствие, просидеть в обстреливаемом со всех сторон здании, в ожидании, пока командование удосужиться прислать подмогу.
— Вы то хоть в каком-то укрытии были, а мне пришлось лезть на шпиль и изображать из себя кусок покрытия крыши, пока эти уроды проходили подо мной — присоединился к разговору штатный снайпер с именем Рас.
— Не, ну потом то мы отлично им в тыл зашли. — хохотнул Кас, четвертый член отряда и протянул кулак в сторону снайпера. Тот в ответ стукнул по нему сверху, и они рассмеялись.
Стены, образующие тоннель, стали снижаться, а потолок резко взмыл вверх, и дорога вывела нас на центральную площадь этого сектора Станции. Размеры ее нельзя было определить точно, так как вокруг нее было полно мелких домиков, имеющих от одного до трех этажей. Всё это пространство накрывал черный купол, чей свод находился примерно на высоте пятидесяти метров, если верить данным поступающих от дронов.
Один из разведчиков улетел осматривать окрестность, а мы же пока стали тихонько двигаться вдоль стены к очередному тоннелю. Внезапно бойцы похватали свое оружие, но почти сразу же успокоились.
— На дрона какая-то летающая живность напала, — произнес Кадм, заметив, как я заерзал на кресле — На диких территориях открытые пространства одни из самых опасных. Никогда не знаешь откуда нападут.
Наконец обойдя площадь, мы поехали дальше, и вновь замелькали однообразные стены. Лишь изредка дорогу перебегали представители местной флоры или фауны, из-за скорости и непонятных очертаний созданий, толком было не разобрать.
Дорога постепенно начала подниматься, образуя двухуровневую развязку. Нижние ответвления уходили куда-то вглубь сектора, и терялись во тьме, наш же путь пролегал между крышами невысоких домов.
— Интересно, когда здесь последний раз проживали люди? — произнесла Лара, глядя на проплывающую мимо местность, но ее вопрос так и остался без ответа.
Поездка стала меня утомлять, и я уже подумывал вздремнуть, насытившись однообразными пейзажами за бортом, как внезапно машина остановилась.
— Внимание! — раздался голос Бачо — Дроны засекли впереди аномалию. Сейчас посмотрят, как лучше ее…
Что он хотел сказать, разобрать мне не удалось, так как прозвучал взрыв и первую машину подкинуло в воздух. Следующие хлопки раздались уже в конце конвоя, и под мехом стало разрушаться дорожное покрытие, увлекая того вниз.
Система обнаружения завопила о приближающейся угрозе, и перегруппировала дронов в своеобразный щит, но слишком уж много залпов ракет было совершенно с дальних крыш.
 
Водитель нашего броневика постарался уйти из-под обстрела, но взрывная волна от пробившихся свозь заслон снарядов перевернула машину. Транспорт, скрежета по покрытию, еще немного проехал на боку и замер. Лишь благодаря ремням, я не болтался по всему отсеку, пересчитывая все углы.
— Быстрее! Все на выход! — скомандовал командир, первым освободившийся от ремней и открывший люк.
Тут же послышались щелчки расстёгивающихся карабинов, и ближайшие бойцы стали выбираться наружу, ведя огонь по появившемуся на визорах противнику.
— Да что ж такое-то? — Борт машины у которого я сидел, после приземления превратился в потолок. Зависнув в непонятном положении, попытался дотянуться до застежек, но те никак не поддавались.
Неожиданно ремни поддались, и я приземлился на другой борт. Рядом со мной стоял один из последних бойцов, что еще оставался внутри. Дернув меня вверх, он бесцеремонно толкнул к выходу, чуть-ли не тыча оружием в спину.
— Наконец-то, а я уже подумал, что ты решил остаться там — произнес Кадм, увидев, как я вываливаюсь из люка броневика.
Ползком скрывшись за грузовиком, я наконец смог прийти в себя. Вокруг раздавались выстрелы бойцов конвоя, что перестреливались с противником, расположившимся на крышах, с одно стороны дороги. Именно благодаря этому наш пострадавший транспорт послужил укрытием от шквального огня.
— Кто это такие? — спросил Кадма, ведущего прицельный огонь по перебегающим от укрытия к укрытию врагам.
— Доберутся, спросишь сам — отмахнулся от меня парень, точным выстрелом перебив бегущему противнику ногу. Следующий заряд разнес бедолаге голову.
Система коммуникации между солдатами работала отлично, и мне было прекрасно видно кто где находится. Из живых в головной машине оставалось трое, но их системы показывали, что они находятся в критическом состоянии. Да и сам транспорт из-за взрыва почти ушел вниз, лишь каким-то чудом застряв в провале.
Третий бронетранспортёр уже валялся где-то под нами, пробив ограждения и вывалившись за край. Там почти все выжили, но судя по количество замеченных на их уровне врагов, что приближались, используя дома в качестве укрытий, оставалось им спокойно сидеть недолго.
— Реддок, что у вас? — спросил Бачо, периодически вешая метки на особо зарвавшихся бандитов.
— Скорее плохо, чем хорошо. Нас отсекают от вас — прозвучал хриплый голос командира пилотов.
Наш мех крутился где-то внизу, благополучно пережив падение и пару попаданий из каких-то ручных гранатомётов. Противники прекрасно понимали основную опасность, заставляя его пилотов постоянно передвигаться, чтобы не попасть под скоординированный залп. К сожалению, именно по этой причине наша главная ударная сила и не могла добраться до наших позиций.
— Рас, сними этих гребанных ракетчиков! Лара и Кас, подготовиться к спуску. Кадм, гражданский на тебе — раздались указания Бачо.
Рас подкинул своего дрона вверх и направил его в сторону атакующих. «Малыш» просуществовал не долго, но видимо этого было достаточно, так как, пока дрон еще летал, боец распаковывал, что-то похожее на компактный миномет.
Быстро дособирав оружие, он подал команду активации и из ствола вверх вылетел снаряд, что, поднявшись над нами на высоту десяти метров, распался на сотни металлических шариков. Всё это рукотворное облако на мгновение застыло, а затем устремилось на позиции нападающих.
Судя по разрушениям, которые спровоцировали эти мини-снаряды, они все же были снабжены какой-то взрывчаткой. На месте разрушенных домов, что рухнули вместе с находившимися на них врагами, стали подниматься столбы пыли. Но видимо результат не удовлетворил Раса, и запустив очередной снаряд, он проложил целую просеку из разрушенных строений, перетирая противника в мелкую крошку.
— Пока достаточно, дождемся ответного хода — произнес командир.
Завеса из пыли застилала поле боя, не позволяя рассмотреть, что же там творится. Кадм, достав из подсумка магазин, сменил тот, что стоял, и сделал несколько выстрелов в разные стороны. Картинка на шлеме преобразилась, показывая новые детали, полученные от выпущенных сканеров. Преобразуя поступающую информацию из различный источников, он создавал цельную картинку, и она мне совершенно не нравилась. То там, то тут можно было заметить шевеление обломков, из-под которых стали выползать выжившие.