Амалия. Перекроить судьбу (СИ)

— Наверх? — я вздрогнула и посмотрела на мужчину. — Да, наверное, лучше наверх. — Там есть камин, — Нейт словно наслаждался моей стеснительностью. Ничего, это ненадолго. И ведь действительно. Стеснительность ушла практически мгновенно, стоило увидеть то, что я видеть не должна была. Нейт пошел в кабинет, а меня оставил в гостиной осматриваться. Из любопытства заглянула и в спальню.
— Что это? — хрипло спросила, указывая на чехол, висящий на вешалке. 
— Амалия...
Я не слушала. Меня манил белый лоскут, выглядывающий снизу. Подойдя к чехлу, стянула его и отошла назад, любуясь платьем, которое только недавно отдала заказчице.
— Объяснишься? — спросила я, стараясь не смотреть на мужчину. — Это ведь то, о чём я думаю?
— Нет, никакой другой невесты у меня нет, — напряженно отозвался герцог, подходя ближе. — Послушай…
— Сообщил королю о свадьбе, — я принялась загибать пальцы, — купил дом рядом с моим, следил за мной, заказал платье, как я понимаю, мне же. Нейт, ты не маньяк?
— Что? Маньяк? — Нейт растерянно посмотрел на меня, не понимая, почему видит не злость, а улыбку. 
— Именно, — кивнула я важно, подходя к герцогу вплотную. — Ты маньяк, который всеми путями решил сделать меня своей женой. И знаешь что?
— Что? — тихо спросил Нейт и затаил дыхание.
— Я согласна, — шепнула еле слышно прямо в губы.
  
Эпилог
 
— И ты его простила? — Эмили смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Прям совсем-совсем?
— Простила, милая, — с улыбкой ответила дочери, поправляя одеяло. — Я уже любила твоего папу и готова была простить многое. Ложись спать, хорошо? Завтра поедем к Итану.
— А мы Бони возьмём? — уже засыпая, спросила дочь, поближе подтягивая к себе трёхмесячного щенка.
— Нет, Бони останется дома. Ей пока рано путешествовать. Спи. Поцеловав дочь, я выключила магический светильник и вышла, прикрывая за собой дверь. Но вместо своей спальни я направилась в наш с Нейтом кабинет. 
— Уснула? — не поднимая головы, спросил муж. На столе лежала стопка документов, которые следовало проверить.
— Да, но перед этим спросила, можно ли взять щенка, — отозвалась я, садясь за соседний стол и открывая первую папку. — Завтра, если не забудет, начнёт просить вдвое больше.
— А может, возьмём? Всё равно порталом пойдём.
— Ты ей слишком потакаешь, — укоризненно заметила, ставя первую подпись под списком тканей. 
— Думаешь, я могу иначе? — грустно улыбнулся Нейт. А я, увидев в глазах боль, поняла. Не может. И никогда не сможет. Эмили далась нам нелегко. В принципе, прошедшие двадцать лет были далеки от безоблачных. Но было и хорошее. Обо всём по порядку. 
Спустя неделю после нашей встречи в доме я таки рассказала Нейту о Василе и его требовании. Помню, как сильно переживала и действительно думала, что меня засмеют. Но ошиблась. Нейт выслушал меня и предложил поездку через пару дней, когда вернётся из столицы. А вот после, когда он получит одобрение названого отца, мы поженимся. Я и забыла о его обещании утянуть меня в храм, все мысли были лишь о встрече Васила и жениха. Но и в этот раз я зря переживала: Нейт, едва зайдя в дом к Василу, вызвал его на разговор. О чём они говорили – я не знаю, но помню, как Васил провожал нас. Он обнял меня крепко и шепнул, что теперь полностью за меня спокоен. Правда, строить сарай Нейту всё же пришлось. Вместе с Грэмом он несколько дней подряд приезжал в деревню и помогал чинить стены и крышу, подружившись и с Грэмом, и с Василом. 
А потом напомнил про свадьбу… Оттягивать и дальше поход в храм не было смысла, так что, взяв несколько дней перерыва, мы поженились на берегу моря, а после провели славный небольшой отпуск в горах. Жизнь закрутила нас в водоворот событий. Мастерская, как я и предполагала, процветала, разгрузив меня с заказами. Теперь я брала только эксклюзивные заказы, а с обычным бельём или детскими вещами справлялись нанятые девочки. Нейт перестал ездить по королевству в поисках артефакта, теперь он всё больше проводил время дома, а спустя пять лет и вовсе решил заниматься только герцогством, одновременно обучая Итана, а в свободное время изучая новые артефакты. Дом – полная чаша, сказали бы многие.
 
Но я хотела детей. Родить мужу малыша было моей мечтой. Судьба словно насмехалась, не позволяя мне забеременеть. Именитые маги и лекари разводили руками и вздыхали, мол, простите, но мы бессильны. Я, полностью здоровая, молодая женщина, не могла зачать. Даже были мысли попробовать развестись, чтобы Нейт нашел женщину, способную подарить наследника. А затем произошла долгожданная беременность. Я летала от счастья, но всего три месяца. Кровотечение и выкидыш, и снова: “Мы не знаем, что случилось. Вы в порядке”. Три раза… Три беременности подряд заканчивались выкидышем, а я рыдала в подушку, гадая, что со мной не так. Бизнес рос, доход от графства тоже, а я задыхалась от боли и отчаяния. Извечный вопрос “за что?” стал моим спутником ещё на пару лет. А потом я успокоилась, если можно так назвать моё рвение к работе. Просто ушла в любимое дело с головой, не забывая уделять внимание мужу и сыну. И вот почти шесть лет назад я узнала радостную новость – беременна. Обычно, когда женщина узнаёт о желанном зачатии, то она радуется. Меня обуял ужас. Я понимала, что ещё одной потери просто не переживу. Но обошлось. Эмили, чьё имя переводится как “Небесный дар”, родилась в срок, здоровенькая. Нейт плакал как ребёнок, когда взял её на руки. И сейчас, глядя на мужа, я понимала. Да, он не может по-другому, слишком тяжело нам далась дочь. Оборачиваясь назад, вспоминая свою жизнь, я не жалею ни о чём.
Итану уже двадцать. Он отрастил небольшую бородку и смешно хмурит брови, отчитывая управляющего. Нейт воспитал достойного мужчину и лорда, заботящегося о своих людях. Пусть и живёт наш мальчик далеко, но связь мы поддерживаем, регулярно наведываясь в гости друг к другу. Васил женился на милой вдовушке спустя пару лет после переезда. Итан проводил у деда каждое лето, а сейчас я часто вожу Эмили. Папе сложно смотреть за маленькой егозой, возраст не позволяет угнаться за пятилеткой, но каждый раз он берёт внучку на руки, а глаза его при этом светятся счастьем. И это не один малыш, который его навещает. Ещё Альп привозит сына. Мальчику всего полгода, но мы уверены, вырастет славный малый. Милара часто хвастается успехами внука – в те редкие разы, когда нам удаётся увидеться. Да, Милара – занятая женщина, бизнесвумен средневековья. Отработав у меня несколько лет, подруга решила кардинально изменить свою жизнь и открыла школу для детей. Теперь каждый день в её доме аншлаг в виде толпы маленьких бесенят. Раньше было намного меньше, всего пара человек, но после смерти Грэма шесть лет назад Милара окунулась в работу, пытаясь заглушить боль. Сможет ли она позволить себе влюбиться? Не знаю… Это сложно, но я не теряю надежды. Северина уехала из Лирха спустя полгода. Попросила прощения ещё раз, забрала Святу и переехала в столицу. И уже там смогла начать жить заново. Нет, мы не общаемся больше, видимо, так ей было проще забыть прошлую жизнь. Но я наблюдала за её жизнью издалека и очень обрадовалась, узнав, что Северина вышла замуж за хорошего, достойного мужчину. Мой домик, полученный за копейки, так и стоит. Продать его не могу, а работаю теперь из нашего с Нейтом дома. Иногда я прихожу туда и вспоминаю. Каждую мелочь и каждую улыбку, ностальгируя по прошлому. Я так и не узнала, почему Мариэлла продала мне дом так дёшево. На моё письмо ответила дочь, сказав, что мама умерла, унеся секрет с собой в могилу. Мариэлла для меня стала кем-то вроде ангела-хранителя. Что же, однажды и я продам дом за бесценок такой же нуждающейся, какой была сама. А ещё, прогуливаясь по городу, я частенько прохожу мимо таверны “У Ганса”. Сомневаюсь, что старичок ещё жив, но слухи о волшебстве таверны ходят до сих пор. Но я не захожу, мне не нужна помощь. Больше не нужна. Но всё равно каждый раз, проходя мимо, шечу тихое спасибо.