Амалия. Перекроить судьбу (СИ)

— И что мне делать? — задала я главный интересующий меня вопрос. — Раскрыться мессиру?
— Лгать ему нельзя ни в коем случае, маги чувствуют ложь. А за обман высшего мага можно проститься с жизнью, — заговорила Милара. — А правду… Знаешь, давай я попрошу Грэма помочь тебе? Может, он знает этого лорда, сможет подсказать, как себя вести. Да и про артефакт этот…
— Спасибо, — тепло поблагодарила я девушку. — Милара, расскажи мне про своих детей.
Я намеренно сменила тему, увлекая в разговор не только подругу, но и Васила, чтобы мужчина не пытался себя ругать, хоть и безмолвно. Я же видела, как он сжимал кулаки и стискивал челюсти. Выпив чаю и вволю наболтавшись, я проводила гостей, пообещав Василу завтра его проводить. Жаль, конечно, что он уезжает, но останавливать его я не имею права. Милара пообещала поговорить с мужем сегодня же, а мне велела не волноваться, а отдыхать и обживаться на новом месте. Закрыв за гостями дверь, я окинула взглядом гостиную и улыбнулась.
Вот и всё, я дома!
  
Глава 8
 
Пока Итан спал, я решила побродить по дому, проверить все закуточки и начать уже обживаться. Вещей не было, так что раскладывать нечего, а значит, я могу просто ознакомиться с жилищем.
Начала с кухни, распахивая каждый ящик. Мариэлла явно любила готовить, потому что посуды было полно. Даже пара сервизов, практически не тронутых, такие не стыдно и лордам поставить на стол. Не то чтобы я бы краснела, принеся чай в обычной кружке, просто… Ну красиво! Я вытащила сервиз и поставила на стол, чтобы попозже ополоснуть и использовать по назначению. Сразу вспомнились бабушкины серванты, забитые фарфоровыми тарелками и столовым серебром. Естественно, наборы стояли исключительно для красоты.
— На всякий случай. Вдруг гости придут, — любовно смахнув пыль с расписного фарфора, бабушка убирала чашку на место.
Гости приходили и уходили, в доме справлялись дни рождения, свадьбы, и даже отправляли в последний путь. Ни одно из этих событий бабушка не посчитала веской причиной, чтобы достать хотя бы столовое серебро. Думаю, даже заявись к ней президент, она бы не тронула свои драгоценности. Так и умерла, ни разу не испив из хрупкой пиалы. Мама тоже переняла эту модель, правда, у неё тяга была к бытовой технике. Новая духовка, которую я дарила родителям на новый год, так и досталась новым владельцам прямо в упаковке.
Два таких явных примера перед глазами не могли не наложить на мою жизнь явный отпечаток. Я тоже старалась приберечь на потом. Красивое платье? Потом надену, на важный праздник. Серьги? Ну нет, их только в особом случае. И вот я здесь, того платья давно нет, как и украшений. Зато есть изысканная столовая посуда, а я не вижу смысла и дальше ждать особого случая. Синдром отложенной жизни… Мне порой любопытно, а жалеют ли люди, лёжа на смертном одре, что не попробовали, не примерили, а всего лишь ждали? И как часто удавалось дождаться этого самого особого случая? Вволю порывшись в ящиках, я заглянула в кладовые. М-да, за продуктами в ближайшие несколько дней можно и не ходить. Крупы, мясо, яйца, овощи. Всё было аккуратно расставлено на полках достаточно холодной кладовки. Интересно… Магия? Ведь электричества здесь точно нет, а температура лишь едва достигает плюсовой отметки. Наметив себе продукты для приготовления ужина, я вышла из кухни и направилась в гостиную. Тут же начала подмечать детали, что стоит всё же поменять кресло, в котором любила сидеть прошлая хозяйка дома. Поистрепалось…
Я подавила в себе желание оставить мебель на память, но… Какой смысл в этом кресле? Лишь людей пугать. Конечно, можно застелить его пледом, подкрасить, перетянуть обивку, но разве оно того стоит? Это кресло живо напомнило мне, как я ходила в гости к тётке по маминой линии. Я часто бывала у неё в гостях в детстве, прыгала на роскошном диване, пока из кухни не доносился вопль, что я так пружины сломаю. И вот спустя двадцать лет я прихожу в гости и вижу тот самый диван. Он уже не роскошный и даже на звание “хороший” не тянет, но всё так же гордо украшает гостиную. — Зачем выбрасывать? — удивилась тётя. — Он здесь стоял ещё до твоего рождения, да еще столько же прослужит! Можно было бы подумать, что новый диван просто не по карману, но нет, достаток у тёти был хороший. В тот вечер я просто огляделась и поняла, что здесь не только мебель, повидавшая виды, а также обои, которым не меньше пятнадцати лет, линолеум не менялся с постройки дома, а старенький стол уже перенёс не один ремонт. В тот вечер я вернулась домой и зарылась в интернет, чтобы понять, как убедить тётушку хотя бы освежить ремонт. И тогда-то я и столкнулась с интересным диагнозом “генетическая нищета”. Человек просто не хочет улучшать свою жизнь. Или точнее… Он не видит смысла в улучшении своего жилья, в обновлении гардероба, в путешествиях. Даже имея средства, он не потратит их на улучшение качества своей жизни. Просто махнёт рукой на облупившуюся краску и, точно Вовка в тридевятом царстве, скажет: “И так сойдёт”. Руки зачесались немедленно выкинуть кресло, но я сдержалась. Оно, скорее всего, довольно тяжелое. Перетащить смогу, но сделаю ли это тихо, чтобы не потревожить сон ребенка? Решив, что не хочу доставлять неудобства, я ушла в мастерскую. Надеясь отвлечься, я ходила по дому в поисках интересного, но руки всё равно чесались сесть за машинку и сделать первые стежки. А ведь ещё и магия есть. Надеюсь, я не наврежу ни себе, ни окружающим.
 
Я рассматривала ткани и пыталась понять, что же хочу. Слинг? Но у меня есть коляска, а город не особо большой. Да и лишних средств, чтобы кататься в экипажах, нет. Я зажмурилась, провела рукой по рулонам и остановилась на одном. Распахнув глаза, я улыбнулась. Тёплая, абсолютно не колючая шерсть песочно-коричневого цвета. Рядом лежали отрезы белого, чёрного и розового цветов. Я вспомнила, как однажды на заказ шила костюмчик на выписку. Коричневый зайка с розовыми лапками, белым брюшком и смешными ушками. К счастью, мне не надо самостоятельно рисовать раскройку, силясь не ошибиться. Я прекрасно помнила пропорции, и теперь их стоит только увеличить на пару размеров. Это несложно, но всё же схему нарисовать стоит. Единственное, мне не придётся подниматься наверх и будить Итана, чтобы снять мерки.
Я подошла к столу и сначала штрихами, а затем уже прямыми аккуратными линиями нарисовала часть раскройки. Лапки буду пришивать отдельно, а на ручках сделаю кармашки, чтобы можно было спрятать пальчики от холода. Ушки тоже шли отдельно, как и детали для мордочки. Любимое дело увлекло настолько, что я перестала чувствовать под ногами пол. Словно летала от стеллажа к столу, от стола к швейной машинке. Сделав последний стежок, я пришла в себя, устало откинувшись на спинку стула. У меня в руках был полностью сшитый костюмчик. На белом брюшке зайчика были пришиты две ярко-оранжевые морковины с зелёными листочками. Я точно не брала ткани этих цветов… Что это? Магия? По моим ощущениям, прошло буквально минут пятнадцать, но я никак не могла сшить костюм за такой короткий срок. Взяв костюм, я вышла из мастерской и тут же услышала надрывный плач Итана. Бросившись наверх, думала о том, что надо бы либо класть сына в коляску и оставлять в мастерской, либо не закрывать дверь. Интересно, что разбудило малыша, ведь он точно должен был проспать пару часов.
— Тише, маленький, я рядом, — прошептала, беря сына на руки. Итан покраснел, а на лбу выступила испарина. Так долго плакал? А подняв голову, я обомлела: за окном уже сгущались сумерки…
— Это как так… — растерянно пробормотала я, садясь на кровать и расправляя шнуровку на груди. — Этого просто не может быть. О том, что времени прошло очень много, я поняла ещё и по бурчащему животу и острому ощущению голода. Меня словно разом настигли все чувства. Естественные потребности, которые я не ощущала, пока была занята шитьём. Покормив Итана, я вместе с малышом спустилась вниз. Положив ребёнка в коляску, принялась готовить, развлекая ребёнка стишками и прибаутками. Только в голове у меня вертелись совсем иные мысли, невесёлые. Магия, проснувшаяся во мне, может здорово навредить Итану. Я поняла, что словно отключаюсь во время работы, но с маленьким ребёнком такие отключения опасны для жизни. Для его жизни.