Милехин, вон из кабинета! (СИ)
И никто не смеет сказать слова против, не слышится обычного студенческого нытья на тему того, что они устали и с четвертой пары обычно отпускают. Один взгляд Полинки заставляет умолкнуть самых настырных студентов.
С виду она неприступная крепость. В строгих брюках, застегнутой под горло блузке и стильном пиджаке. Темные волосы крепко стянуты в пучок, ни один локон не падает на высокий лоб.
И не скажешь, что вчера эта зажигалка хохотала на весь клуб, демонстрируя окружающим стройные ножки и изящные ключицы.
Настолько прижался воспоминаниям, что немного выпал из реальности. Темные, завязанные в высокий хвост волосы струятся по спине, тонкая полоска кожи в чулках между юбкой и высокими сапогами, ярко накрашенные губы, к которым поднесен бокал с очередным коктейлем… Никогда не был легко возбудимым, но эти образы заставили меня улететь!
Из оцепенения вывел только звонок.
-Сань, да что с тобой? – возмутился Мишка, заталкивая меня в кабинет. – Ходишь с мечтательной миной, как Жека в лучшее его время!
Сегодня мы с Мишей вдвоем, Женя на работе. Ну конечно, у них с Марьяшкой теперь семья, Жека, даже когда просто жили вместе, жилы надрывал, а сейчас и подавно!
-Саша! – чуть ли не в ухо кричит мне друг. – Да на какой ты планете?
-Что тебе надо? – отвечаю настырному бугаю с раздражением.
-Спрашиваю, что после пар в общаге готовить будем? Ваше превосходительство сегодня желает плов или котлеты?
-На твое усмотрение! – только отмахиваюсь от столь почетного выбора. Кухней у нас заведует Мишка, ибо только у него получается приготовить что-то съедобное. Да что там съедобное, по нему не скажешь, но Мишка гений кулинарии, к нам весь этаж дегустировать собирался, пока не шуганули.
Но сегодня я не настроен на стряпню друга, сразу после пар рвану к сестре. Мне просто необходим дельный совет! Желательно, совет кого-нибудь достаточно опытного и здравомыслящего, ибо в себе последнего качества я сейчас не наблюдаю!
Занятие высидел с огромным трудом. Пару раз порывался выйти в коридор и послушать голос Полины под дверью, но мужественно сдержался. Нет, так низко я не паду. Для начала выясню причину своего умопомешательства, а потом уже буду принимать серьезные меры. Может, у меня просто раннее весеннее обострение и порция успокоительных расставит все на круги своя. Ну, можно и не успокоительных, а коньяка, у Вадика всегда есть, я уверен!
Звонок прозвучал как глас Божий. Срываюсь с места, одеваюсь на ходу, и мчусь в вестибюль. Нужно успеть перехватить Полину перед выходом и проводить ее насколько возможно.
Раньше я до упада ржал над Вадимом, который еще в первый день знакомства запеленговал телефон моей сестренки и следил за всеми ее передвижениями по городу, а вот сейчас сам мечтаю получить Полин номер. Но, за неимением такового, приходится выслеживать и провожать, держась на расстоянии.
Быстро спускаюсь вниз и прислоняюсь к колоне, будто жду кого-то. Замираю и превращаюсь в одно сплошное ожидание.
Полю я чувствую спиной, сначала слышу стук каблуков и вздрагиваю, затем просто понимаю – она спустилась в холл.
Остановилась около стола вахтерши, сдавая ключи, что-то подписала и направилась к выходу, прямо мимо меня.
-До свидания, Аполлинария Сергеевна! – не удерживаюсь и кричу ей в след. Девушка вздрагивает, поворачивает голову, выдавливает из себя улыбку и вежливо кивает:
-До свидания, Саша!
Черт, я ей мальчишка какой-то, что ли? Ну чего она со мной так холодно и отстраненно?!
Стоп! Милехин, успокойся, ты для нее и правда мальчишка, студен, который ненароком влез в личную жизнь. Твое помешательство – это только твои проблемы! Если Поля узнает о безумных мыслях, бродящих в твоей голове, – проблем не оберешься!
Накидываю куртку и выхожу на крыльцо. Успел вовремя, как раз, чтоб увидеть, как Аполлинария Сергеевна сворачивает к стоянке. Она на машине. Черт!
И меня сейчас расстроило не то, что слежку придется отложить. Нет! Просто сегодня весь день была жуткая метель, все машины сейчас походят на один большой сугроб.
Быстро спускаюсь с крыльца и мчусь спасать преподавательницу. Поспеваю к моменту, когда она скачет вокруг собственной машины и упорно пытается открыть дверь на водительском месте.
-Аполлинария Сергеевна, давайте помогу! – быстрыми шагами приближаюсь и изо всех сил дергаю дверцу. Она поддается, я галантно предлагаю Поле сесть внутрь.
-Прогревайте пока, я сейчас стекла почищу, - отдаю девушке приказ.
Точнее, это должно было звучать как предложение, но многолетний опыт няньканья с сестрой и ее подругами неважно сказался на моих интонациях. По привычки разговариваю назидательным, командирским тоном, со стороны может показаться, что я просто хочу поворчать.
-Спасибо, Саша, не нужно, - сухо отвечает мне мой педагог, - я сама.
Ага! Будешь ты сейчас в своей коротенькой шубке, тоненьком шарфике и без шапки в снегу ковыряться, наманикюренными пальчиками отшкрясти что-то пытаться! Едва сдерживаю фырканье.
-Извините, но воспитание не позволяет мне позволить девушке заниматься таким тяжелым делом, - отбриваю эту возвышенную особу. Во как выкрутился! В лучших традициях нашего интеллигента-Евгения!
Ну не говорить же Полине, что не бабское это дело – вокруг машины со шкрябком скакать!
-Саша, поверь, в Питере я и не с таким сталкивалась! – устало улыбается Поля, стараясь продолжить разговор в нейтрально-вежливом ключе.
Так в Питере, черт возьми, рядом с тобой меня не было! Снова едва сдерживаю раздражительное фырканье. Вот вечно этот слабый пол уговаривать приходится, с бубнами вокруг него танцевать.
-Аполлинария Сергеевна, поймите, мой Крестный никогда в жизни меня не простит, если узнает, что я позволил слабой женщине ковыряться в снегу, – уговариваю капризную девчонку. – А он у меня строгий человек, отставной военный! Вы же не хотите, чтоб я перед отцом так опозорился.
Сам говорю, а сам осторожно подталкиваю Полину к водительскому сидению, чтоб села наконец. Девушка аккуратно ныряет в машину и заводит мотор. Вот и умница! Я беру у нее шкрябок и приступаю к делу.
Сначала тщательно смахиваю весь снег с крыши и боков машины, затем въедливо и педантично отчищаю все стекла, чтоб точно было хорошо видно и это чудо никуда не въехало по дороге. Потом еще и сухой тряпкой по ним прошелся для верности.
Полина в это время сидит в машине и болтает с кем-то по телефону. Ну, наконец, себя как нормальная баба ведет! Принимает заботу и не выпендривается.
Осознание того, что я избавил ее от трудной работы, позволил побыть нормальной женщиной, забочусь о ней, разливается внутри приятным, удовлетворяющим теплом. Хочется замурлыкать, словно кот, которого погладили.
Так, стоп, Милехин, ты окончательно свихнулся! Тебе ни к сестре в гости нужно, а к Дарине, она у нас прикладной психологией занимается!
Судорожно машу головой, чтоб отогнать дурные мысли, и стучусь Полине в стекло.
Девушка убирает телефон и открывает дверцу.
-Все готово, - отчитываюсь ей, - езжайте, только осторожно!
-Спасибо, Саша! – Поля наконец по-настоящему, искренни улыбается и я растворился в этой улыбке.
Наши взгляды впервые за день пересеклись. Какая же она красивая! Самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
Меня затопило теплой, пьянящей нежностью. Такая юная, такая невинная, такая беззащитная и смотрит на меня широко-распахнутыми темно-синими, словно лесные озера, глазами, в которых – клянусь! – плещется такая же нежность.
Тормоза слетели. Еще мгновение и, видит Бог, я бы наклонился, чтоб ее поцеловал.
Но Полечка – умница, Полечка быстро отвела взгляд и захлопнула дверь. Ошалело слежу за тем, как эта безумная на полной скорости тронулась с места и, едва не снеся на своем пути забор, вылетела с парковки.
Глава 8
«Мне нужно к Вадиму! Мне срочно нужно к Вадиму! Вадик умный и опытный, он точно что-нибудь подскажет!» - с этой мыслью несусь по заснеженным улицам к остановке, с ними же запрыгиваю в едва не сбежавший от меня трамвай, и с ними плюхаюсь на сидение.