Я не царь. Книга XXIV (СИ)

— Посейдон! — я остановился на лестнице. — Что произошло?
— Я не понимаю, — ответил тот. — Она была у себя в комнате, но потом я перестал ощущать ее присутствие. Она словно испарилась. Это точно телепортация.
— Есть следы? Улики? Хоть что-то?
— Нет. Никаких следов.
Я присел на лестнице. Лора появилась передо мной в костюме валькирии. Золотой шлем, меч, короткая юбка и доспех в виде лифчика.
  
— Анализ. Варианты, — сквозь зубы сказал я, сжимая рукояти мечей.
— А ты видишь какие-то варианты? — спросила Лора, присаживаясь рядом.
— Карамурзин. Я не хочу знать, как он это сделал, но он перешел черту.
Лора же ничего не сказала, она только посмотрела на меня и дала пощечину.
— Встань, Миша, у тебя война! У тебя сейчас сжигается по одному проценту энергии в пять минут! Охлади свой пыл и действуй по плану! Это наш спасительный вариант!
Дверь особняка открылась, на пороге стоял Валера. Он не сильно испачкался, но все же одежду лучше купить новую.
— Ужасный дом! — фыркнул он. — Не ссы, Михаил. С Машей все будет в порядке.
— Не сомневаюсь, — кивнул я, но от переживаний это меня не избавило.
Дойдя до третьего этажа, я выбил ногой дверь в комнату, где прятался Баскаков.
Если по началу, с ним было весело играть, то после звонка Трофима, ни о каких шутках и речи быть не могло.
Подойдя к шкафу, я мечом разрубил его надвое. За ним оказалась дверь.
— Выходи, — я пробил кулаком дыру. — Пока прошу по хорошему.
— Мой отец… — дрожащим голосом произнес Коля.
Я не стал ждать. Болванчик залетел через дыру, схватил парня и вытащил из тайной комнаты.
Выглядел он, мягко сказать, жалко. Опустившись на корточки, я воткнул перед его ногами Ерх и родовой меч в пол.
— Боишься меня?
— Кузнецов… Ты хоть понимаешь, что творишь? — закричал он. — Мой отец объявил тебе войну, не я. С ним и разбирайся.
— Забавно… Именно из-за твоих действий эта война и началась. Ты так не думаешь? Или ты думал, что я не узнаю? Или ты думал, что я забуду?
— Послушай, я не то имел в виду! Ты вообще никак не должен был фигурировать в этой битве! — немного осмелел он.
— Звони отцу, — я встал, подошел к окну и посмотрел на улицу.
— И что ему сказать?
— Все как есть.
На улице действующих солдат почти не было. Угольки, Кицуня и Любавка бегали по территории и нередко слышались взрывы и крики людей. Тари же уничтожала всю технику в округе.
— Скоро сюда приедут еще солдаты, — сказала Лора.
— Не сомневаюсь, — и посмотрел на Баскакова. — Как думаешь, твой отец сильно разозлится, если получит палец сына по почте?
Коля начал отчаянно набирать номер отца.
* * *
Поместье рода Карамурзиных.
Недалеко от Екатеринбурга.
Дмитрий Романович Карамурзин находился в оружейной. Он смотрел на родовой меч, который по наследству переходил от отца к сыну. Именно им сражался его отец бок о бок с Владимиром Кузнецовым.
Еще в детстве, когда они с отцом тренировались и тот показывал ему фокусы и разные интересные заклинания, Дмитрий запомнил один момент. Когда они пошли в поход, отец подвел его к огромному валуну.
— Дима, видишь этот камень?
— Да, папа, — кивнул маленький паренек.
— А теперь смотри.
Он достал меч и тот вспыхнул ярким пламенем. Сделав быстрое движение, отец прочертил на валуне прямую линию и убрал меч в ножны.
— Ну как? — улыбнулся тот.
— Ты же просто порезал камень, пап… — не понял фокуса маленький Дима.
— Как порезал… — удивился Карамурзин-старший и, подойдя к валуну, толкнул верхнюю часть. Та плавно поехала вбок и с оглушительным грохотом упала.
Как сейчас Дмитрий помнил, какой гладкой была поверхность среза. Такого он в жизни не видел.
И много лет спустя, тренируясь и оттачивая свои навыки, он пробовал повторить тот же прием. Но до такого мастерства ему еще было далеко. Сколько бы камней он не разрезал.
В другом углу стояла та самая половина булыжника, размером как два автомобиля. Это служило для князя напоминанием, что пока еще слишком рано уходить на покой и отращивать живот.
— Господин, — в дверях появился дворецкий. — Лазурный особняк перестал выходить на связь.
— Там же мой сын? — спокойно спросил Карамурзин.
— Да, господин.
— Что ж… Собирайте солдат. Выдвигаемся через час.
Как только дворецкий ушел, Карамурзин снял с держателей меч и погладил по рукояти.
Но тут раздался хлопок и свет замерцал в помещении.
Князь не испугался и принял боевую стойку, думая, что напал Кузнецов, но нет.
Камень, который разрубил когда-то его отец, был разломан, и среди его остатков он увидел алтарь, а на нем сидела та самая женщина с ребенком. С ними находился кто-то еще. Но из-за пыли было не разглядеть.
— Соскучился по мне, князь? — спрыгнув, женщина вышла в свет. — Еще не решился использовать мой подарок?
— Пока не вижу смысла.
Поняв, что никакой опасности нет, князь убрал меч в ножны.
— Замечательно, — кивнула она. — Я перестраховалась и решила тебе помочь.
Щелкнув пальцами, ребенок на алтаре взял на руки тело и поднес ближе к свету.
— Подожди… Это же…
— Да, дорогой князь, именно — Мария Кузнецова. Твой козырь в битве против ее супруга. Ты же хочешь победить? Как думаешь, имея такой щит, будет легко убить его? — женщина кивнула и девочка положила Марию на пол. — Но советую обходиться с ней подобающим образом. Она сейчас без сознания.
— А ты куда? — спросил Карамурзин, наблюдая, как они вновь запрыгивают на алтарь. — Прятаться?
— Ох, это тебя уже не касается, князь. Но я буду наблюдать за битвой, не бойся. У тебя все карты на руках!
После чего алтарь с ними исчез.
Позвав прислугу, князь приказал отнести Кузнецову-Кутузову в комнату и надеть на нее антимагические наручники.
Как только ее унесли, ему позвонил сын.
— Да, Коля, что случилось?
— П…Папа, на меня напал Кузнецов… Он говорит… Он хочет убить меня, если ты не приедешь!
— Все хорошо, сынок, папа скоро будет.
— Папа, спаси меня, пожалуйста.
— Хватит ныть, Коля. Если смерть неизбежна, то прими ее, как мужчина. Смирись, и встреть ее с высоко поднятой головой! Не позорь себя и свой род!
Послышался глухой удар. Трубку выхватили.
— Привет, князь. Кажется, у тебя моя жена, — раздался металлический голос Кузнецова.
— А у тебя мой сын, — так же спокойно ответил Карамурзин. — И даже не думай, что я пойду на обмен.
— Забавно, ты хочешь пожертвовать сыном? Без такого прикрытия ты ни на что больше не годен, князь Урала. Ты заставил меня действовать серьезно. Единственное, что мне интересно, как ты умудрился выкрасть Машу из моего же дома?
— Громкие слова, Кузнецов… — вздохнул князь. — Что ж, скоро от тебя не останется ни куска мяса. Твоя жена будет служить простым прикрытием. Не волнуйся, с ней ничего не случиться.
— Я знаю. Жду, когда ты придешь спасать своего деточку, прикрываясь моей женой.
— Скоро я тебя сокрушу!
— Не сокрушишь. Я непобедим. Меня не победить. Это невозможно. Можешь навредить мне. Нанести урон. Но ты никогда меня не победишь.
Карамурзин бросил трубку. Где он повернул не туда? Почему его сын вырос таким размазней⁈ И как Михаил вырост таким…
В глубине души, он хотел именно такого сына, а не то, что сейчас было.
Дмитрий Романович посмотрел на разбитый камень.
— Может потому, что у тебя не было примера? — пробормотал он и пошел на выход.
* * *
Лазурный особняк.
Под Екатеринбургом.
— Я сделал все, как ты и просил! — сказал Николай.
— Замечательно.
У меня не было желания находиться в одной комнате с таким отбросом. И что-то мне подсказывало, что если я еще немного задержусь, то может случиться непоправимое.
  
Любавка только что зашла в дом вместе со Светой. Они о чем-то болтали, посмеиваясь. Выглядело это, как будто две подружки гуляли по магазинам. Вот только обе были в крови.