The Мечты (СИ)
Впрочем, Артему и сейчас позвонили. В среду. В «MODELITCorporation» искали специалиста с его знаниями и опытом работы и, похоже, два года пинания балды их не останавливали, если они даже в столице о нем справлялись – спасибо фонду Моджеевского, припершемуся в универ и обнаружившему его как рабочую единицу. От таких шансов, наверное, не отказываются, и Артем упускать его был не намерен. Это все равно что вернуться в высшую лигу с городского чемпионата.
К слову о футболе – у них тут как раз какой-то крупный объект к грядущим соревнованиям собирались строить и, видимо, под это дело его и брали, а работать в «MODELIT» по меркам не только Солнечногорска, но и страны – достаточно круто, даже если сравнивать с тем, чем он занимался в прошлом. И в глубине души Артем едва ли не до потолка прыгал от подобных перспектив, хотя виду и не подавал.
Секретарша принесла кофе, и он, закинув ногу за ногу, неспешно его потягивал, дожидаясь приезда Подольского, о котором он знал, что тот занимается персоналом и лично звонил ему с предложением. В итоге от нечего делать Артем залез на сайт компании, чтобы ознакомиться с их деятельностью, поскольку интересы у них были весьма разносторонними.
На главной же странице отдельным блоком висели новости корпорации. Последняя – сегодняшняя, утренняя: «MODELeto дарит надежду детям. Благотворительный бал в поддержку трансплантационной медицины дома, а не заграницей».
Непроизвольно ткнув на заголовок, Юрага оказался среди кучи фотографий с какой-то вечеринки в Гранд-Паласе. Там он бывал однажды, когда его прежний начальник решил устроить корпоратив у моря по случаю собственного дня рождения. Так что, на таких мероприятиях и Артему приходилось бывать. Сейчас он медленно крутил вниз страницу со снимками, не особенно на них задерживаясь, пока не замер от неожиданности, толком еще не понимая, но уже чувствуя – еще не все дерьмо в его жизни опрокинули ему на голову. Кое-что оставалось.
Несколько секунд он смотрел на представший кадр, пытаясь справиться с собой.
Чужая женщина.
Чужая женщина с чужим мужчиной.
Но разве так реагируют на чужих?
Или может быть, это потому что она была такой красивой в своем платье и с задорной улыбкой на соблазнительных губах, над которыми чувственной точкой темнела маленькая родинка?
Или дело в ее глазах, которые безотчетно казались ему родными, хотя на него они никогда вот так не смотрели?
Или в том, что он так и не решился – мешок на голову и через седло?
Женя по-прежнему встречалась со Шпинатом.
Ну что ж, Шпинат успел, а Артем – нет.
Он медленно сделал еще один глоток кофе и опустил глаза к подписи под фотографией. После чего едва не закашлялся.
«Основатель и генеральный директор «MODELITCorporation», специальный гость бала MODELeto Роман Моджеевский со своей спутницей».
Артем выдохнул. Заблокировал экран телефона, чтобы тот сделался черным, как будто бы таким образом можно было убрать из памяти все случившееся. А потом медленно поставил свою чашку на столик. По щекам его ходили желваки, и он чувствовал, что снова краснеют уши. Дурацкие уши. Вечно выдают его с головой.
Стало быть, Шпинат – его будущее начальство и есть.
Супер, Юрага.
Отлично.
Он встрепенулся и посмотрел на секретаршу. Да черта с два!
- Вы извините, пожалуйста, - бодро начал Артем, ставя крест на реанимировании собственной карьеры. – Мне, к сожалению, пора идти. Передайте господину Подольскому, что я ничем не смогу быть полезен. Ни ему, ни господину Моджеевскому.
Девушка подняла на него недоуменный взгляд:
- Но как же... еще до двенадцати десять минут! Может быть, все-таки подождете?
- Нет, спасибо... я передумал, - попытался улыбнуться Юрага, в то время как в нем вступили в бой одновременно два его альтер эго. Одно из них орало, что после отказа Моджеевскому – фиг он вообще найдет что-то равнозначное в Солнечногорске, этому уроду весь город принадлежал. Второе не менее убедительно вопило, что работать на врага – унизительно и недостойно.
Ладно, девушке он не нравится.
Но сотрудничать с ее мужиком – увольте.
Это еще хуже, чем сплетни о его сексуальной ориентации – ну поржал и прошло. А тут каждый день сталкивайся. С этим. Со Шпинатом. И не свалишь никуда. В столице его давно уже никто не ждет. Там молодняк энергичный, ретивый – нигде так быстро не происходит смена поколений, как в мегаполисах. А из обоймы Юрага выпал, да ну и к черту эту обойму.
И Моджеевского – тоже к черту!
Их с Ромой вечера стали почти семейными
Их с Ромой вечера стали почти семейными.
Папа дома вежливо покашливал и вопросов по-прежнему не задавал, правда теперь явно ожидая Жениного рассказа. И иногда ей казалось, что он все давно знает, так настороженно глядел на нее. Но что-то до сих пор удерживало Евгению от того, чтобы все-таки представить их с Ромой друг другу уже в ином качестве, чем в тот день, когда они со строителями боролись за забор. Может быть, сглазить боялась.
Но факт оставался фактом. Никуда Моджеевский деваться не собирался. И больные Юлькины глаза встречались ей все реже – потому что сама дома почти не появлялась, разве только одежду сменить. Сестра в эти моменты либо к экзаменам готовилась, либо сидела, закрывшись у себя. Страдала, конечно. А еще объявила как-то, что поступать будет на экономический.
Разбираться со всем этим Женя не могла. Есть вероятность, что не хотела. Есть вероятность, что полагала Юльку достаточно взрослой для принятия решений.
И после работы отправлялась к Моджеевскому, где все казалось простым и понятным. Легким. Ярким. И обоим нравилось.
У их ног лениво сидел Ринго, хорошо погулявший с Леной Михалной. Роман работал теперь в спальной или в гостиной, а не в кабинете, Женя устраивалась под боком со своим ноутбуком. Потом они ужинали там же, на месте. Смотрели кино или занимались любовью. А еще она чувствовала себя нужной. По крайней мере, так ей казалось возле него. И он никогда не хотел отпускать ее домой.
Что-то, наверное, у них получалось. Но она пока не могла определить, что именно. И не до конца понимала природы происходящего, но над этим ей тоже не хотелось задумываться.
Вот только жизнь на то и жизнь, чтобы не проходить без сучка и задоринки, а подбрасывать трудности там, где их не ждешь. Или, может быть, ждешь, но надеешься, что обойдут стороной.
Реальность в Женину жизнь ворвалась вскоре после достопамятных выходных, отмеченных благотворительным балом. Это было в будний день, после работы. Роман читал корреспонденцию, хмурился и потягивал коньяк из бокала, пока вдруг ни с того, ни с сего не выдал:
- Черт знает что такое, ну!
- И что же именно такое? – поинтересовалась Женя, сверкнув на него голубизной взгляда над матовой поверхностью обложки книги, которую она безотрывно читала третий день – нравилось!
- Да так… сделали одному дурику предложение, от которого не отказываются, а он отказался. Твой знакомый, кстати, дурик.
- В смысле? – уточнила она, опустив все же книгу на колени.
- Главный экономист вашего политеха. Юрага Артем Викторович. Что ты о нем скажешь?
Медленно втянув в себя побольше воздуха, Женя невозмутимо выдала:
- Работать он определенно умеет. И в голове у него мозги, а не подразумеваемая субстанция.
- Угу, мне о нем так и говорили примерно, - пробурчал Моджеевский и вернулся к ноутбуку, потом свел брови на переносице и снова принялся возмущаться. – Помнишь, я тебя звал к себе? Вопрос не снят до сих пор, мне нужен человек с головой на плечах. Когда мы проект в твоем универе внедряли, мне попалась его фамилия, я о нем слышал... когда-то с компанией, где он работал, сотрудничали. Пошуршал туда-сюда, народ столичный поспрашивал. Его там помнят и отзывались очень хорошо. Говорят, мол, бери, не пожалеешь. Он от них свалил, потому что переехал из-за проблем каких-то в семье. Ну я что? Дурак? Связался с ним через своего Подольского, выкатил ему предложение… ну для Солнечногорска очень крутое, а уж по сравнению с его нынешним местом – так вообще… выше только птицы летают. И знаешь что?