Война с Альянсом (СИ)

— Проследи за плутовкой, — шепнул я Анзору. — Что-то мне подсказывает, она в этой авантюре тоже поучаствовала.
— С чего такие мысли? — поинтересовался у меня контрразведчик.
— Как ни крути, а Ольга Николаевна стройнее Катьки, если летная форма окажется сшитой на императрицу… — не стал договаривать и так понятно, что кто-то заранее все просчитал.
Ольга Николаевна идет впереди и задает вопросы моему главному конструктору, который уже давно перестал нервничать и что-то рассказывает императрице. Ко мне же подошел Бубнов и уважительно заявил:
— Как говорят, снимаю перед вами шляпу! Не ожидал, что увижу такое, — он указал на оставленные за спиной самолеты. — Чувствуется грамотный подход к делу, кое-какие детали можно и на морских судах ввести.
— Это вы о чем? — поинтересовался я.
— Гм, конкретно пока не хочу говорить, следует осмыслить, — Иван Григорьевич ладонью пригладил бороду. — Н-да, а примерную смету, конечно, не точную, в общих так сказать чертах, успел подготовить. Надеюсь, мы с вами по поводу подводных лодок переговорим.
— Обязательно, — обнадежил я его. — Думаю и строить совместно станем. У моего главного конструктора голова работает хорошо, да и многое он подчеркнул, не боится идти против общепринятых норм и правил.
— Вы хотите господина Терешкина отправить конструктором в доки? — нахмурился Бубнов.
— Да, но не конструктором, а вашим помощником, пусть поучится, — ответил я.
Разговор вынужденно прервали, в ангар зашли, и императрица уверенно направилась к кабинетам, словно заранее изучала маршрут! Я переодевался в раздевалке для мастеровых, куда мой зять принес мою летную форму. Не могу сказать, что такой уж сильный фанат неба, отношусь к этому спокойно и рассудительно. Да и времени нет, чтобы просто так на самолетах кататься.
— Василий Андреевич, надеюсь, техника в порядке и не подведет меня? — посмотрел я на своего главного конструктора, когда облачился в комбинезон пилота.
На самом деле, мог бы и в мундире в воздух отправиться, но тогда у императрицы возникнет закономерный вопрос для чего ей понадобилось переодеваться. Ссылаться на то, что в платье забираться в кабину не получится, она на лошади может в бальном платье кататься, а тут в кресле какое-то время посидеть. Честно говоря, наш самолет прошел неоднократные испытания и к его движку нареканий нет. Опять-таки, если и откажет, то можно спланировать и сесть. Главное, чтобы проблемы не возникло при посадке или взлете. Если вдруг движок при разгоне заглохнет, то по инерции можно далеко укатиться за взлетку, а попади колеса в яму, то аварии не избежать.
— Иван Макарович, сами знаете, что стопроцентной гарантии не дам, — ответил мне мой конструктор.
— Вот и отговаривали бы Ольгу Николаевну, — мрачно заявил я. — Почему молчали, когда она напрашивалась лететь?
— Так как-то сложно говорить, что полеты безопасны и в тоже время грозить аварийными ситуациями в небе, — развел руками Терешкин.
Императрицу долго ждать не пришлось, комбинезон подчеркивает ее стройную фигурку (явно по ее меркам сшит!), волосы из-под шлема спадают на плечи, в глазах азарт — готова к полету. Кратко ее проинструктировал, заострив внимание, что трогать, нажимать, стучать по приборам, тянуть за рукоятки, щелкать тумблерами — запрещается.
— Иван Макарович, я не планирую с вами разбиться! Пролетите над городом, моей резиденцией, а потом приземлитесь, — скрывая торжествующую улыбку, сказала Ольга Николаевна.
— Как прикажите, — мрачно ответил я.
Самолет выкатили на взлетную полосу, баки залиты под завязку. Это одно из моих требований, чтобы при взлете, если случится авария, пары бензина не устроили взрыв.
— Ваше высокопревосходительство! — подошел ко мне Анзор, держа в руках ремень с кобурой. — Вы оружие забыли.
— И от кого отстреливаться? — поинтересовалась императрица. — Уж не от птиц ли?
— Это один из обязательных предметов, который должен иметься у летчиков. В бою случиться может всякое, — неопределенно ответил я.
— Тогда и мне потребуется револьвер! — хмыкнула Ольга Николаевна.
 
Хотел съязвить, что уж у нее-то наверняка есть дамский браунинг припрятанный или что-то аналогичное, но вовремя язык прикусил. Какой-то бравый полковник, с поклоном протянул свой револьвер, который с благодарностью императрица приняла и в один из карманов комбинезона спрятала.
— Поехали, — протянул я императрицы руку и помог взобраться на крыло самолета.
Проследил, чтобы Василий Андреевич пристегнул императрицу ремнями безопасности. Показал, как те расстегиваются, а потом и сам на место пилота забрался. Был шанс, что движок откажется запускаться и на этом авантюра прекратится. Но, нет, как часики мотор заработал. Кабина у нас общая, закрывается колпаком из бронестекла, защищены от столкновений с птицами или шальной пулей. Общаться пилот и стрелок в полете практически не могут, каждый делает свою работу. Тем не менее, если потребуется, то дотянуться до меня Ольга Николаевна сумеет, сам же ее вижу в небольшое зеркальце, честно позаимствованное из салона автомобиля. А вот радиостанция пока еще до ума недоведена, ни бортовая, ни передатчик на земле. Технические задания и заказы я разместил в нескольких инженерных университетах. Обещают первые образцы поставить в ближайшее время, но срок каждый месяц сдвигается.
— Не передумала?! — обернувшись, проорал я, стараясь перекричать шум двигателя.
— Ваня, полетели, — отрицательно покачала та головой и улыбнулась.
Разгоняю самолет, и он послушно отрывается от земли устремляясь в чистое, без единого облака, небо.
  
Глава 12. Полетали
 
Ожидал, что Ольга Николаевна испугается, но постарается не показывать вида, когда самолет оторвется от земли и начнет набирать высоту. Однако, ошибся, моя пассажирка крутит головой и напевает какую-то веселую песенку. Хулиганить в воздухе не собираюсь, демонстрировать фигуры высшего пилотажа не для этого случая, да и нет у меня ни практики, ни умения. Летчик-то из меня еще тот, но спокойно взлететь, сесть, да и просто полюбоваться открывающимися красотами с высоты могу легко. Этому способствует и простое управление самолетом, а вот в моем времени все намного сложнее, где куча приборов. Хотя, и там не все так однозначно, при стандартной ситуации есть куча помощников и тот же автопилот.
— Ваня! А быстрее можешь?! — прокричала императрица.
Как ни странно, но ее хорошо слышу, шум двигателя не такой громкий, Василий Андреевич что-то в конструкции изменил и учел мои замечания. Возможно, рабочие идеально подогнали детали, да поставили дополнительную шумоизоляцию или какие-нибудь уплотнители.
— Вы куда-то торопитесь? — спросил я в ответ. — Скорость под двести километров!
— Да быть не может! Ее почти не чувствуется, — удивленно ответила императрица.
— У вас есть дублирующие приборы, можете убедиться, — предложил я и предупредил: — только ничего не нажимайте.
Высотомер показывает порядка трех тысяч метров над землей, про скорость я не соврал. Можно наслаждаться полетом, чем мы некоторое время и занимались. Облетели город, а потом, помня о просьбе императрицы, я направил самолет в сторону резиденции.
— Ваня, ты можешь лететь быстрее орла? — поинтересовалась императрица, указав на парящую в отдалении птицу.
Птица большая, к какой разновидности относится — понятия не имею, но знаю, что по высоте полета они могут забираться очень высоко, выше, чем способен наш самолет. Да и скорость у некоторых видов для нас пока недостижима.
— Мы не на соревнованиях, — ответил императрице. — Вот она, ваша резиденция, с воздуха выглядит еще лучше. Черт! — резко повернул я штурвал, закладывая поворот.
 
Орел, вероятно, хозяин здешнего воздушного пространства, увидел во мне соперника и решил атаковать самолет, чтобы покарать нахала. Птица не испугалась рокота движка, размеров и стремительно устремилась в атаку. Нам повезло, что скорость приличная, а пикирующего орла заметил издали. Сумел избежать столкновения и решил, что следует снизиться, тогда орел от нас может отстанет. Бросил взгляд в зеркало, Ольга Николаевна серьезна, но вид не испуганный. Не понимает к чему может столкновение на такой скорости и высоте привести. Впрочем, если орел атакует наш фюзеляж, то ничего не произойдет, а вот за хвостовую часть, двигатель и колпак кабины — опасаюсь.