Олигарх 7 (СИ)

Так что, потенциал у Стрелки есть и возможно его когда-нибудь можно будет и использовать.
Но сейчас компания и лично моя светлость ничего это делать не будет.
По факту практически вся экономическая деятельность в Восточной Сибири контролируется нашей компанией, но сибирское купечество да и вообще все деловые люди широко привлекаются к сотрудничеству практически во всем, кроме разведки и добычи золота.
  
Но в этом деле правила игры определил Государь. Этим разрешено заниматься компании и на территории Енисейского округа мне лично.
На Бирюсе и Удерее, если конечно там найдется золото, всё будет организовано вахтовым методом. Каждые две недели там будут меняться бригады работяг, инженерно-технический персонал, выражаясь языком последующих веков, всякий обслуживающий персонал и охрана реже. Возможно даже раз в месяц.
Единственным постоянным сотрудником будет только управляющий прииска. Он будет работать максимум по годовому контракту. Никаких женщин и детей на приисках не будет.
В идеале работа должна быть организована так, чтобы прииски работали пять месяцев с мая по октябрь круглосуточно сменами по двенадцать часов. Конкретный график работы каждого рабочего: день, ночь, сутки отдыха в течении двух недель.
Затем две недели отдыха и снова двухнедельная вахта. Питание, всё снабжение, дорога на прииск и обратно, организация работы за счет хозяина. В том числе и уплата обязательных податей. После каждой вахты расчет по возвращению с прииска.
Две недели отдыха вахтовики в праздности и безделье проводить не будут. За это время им надо будет сделать очень многое, чтобы плодотворно работать непосредственно на приисках.
Историю всех «золотых» лихорадок 19-го века я очень хорошо помнил и знал, что главными выгодополучателями например в Калифорнии оказались власти и различные торговцы, а не золотодобытчики.
Мне не надо самому себе платить за получение разрешений на разведку и добычу и вся торговля в «золотых» районах в моих руках. Поэтому естественно не будет никаких спекуляций абсолютно ни на чем.
На мой взгляд возможности легально сорвать большой куш и положить в карман какие-то приличные шальные деньги в Восточной Сибири не будет.
Заработать своим трудом — да, многие уже сейчас получают сотни и даже тысячи рублей. Но они трудовые и желающих спускать их в кабаках и ресторанах особо нет.
Конечно я не могу, да и не хочу запрещать то, что разрешено везде в России. Но на приисках везде сухой закон, нарушители на выход. Контрабанда этого дела — занятие смертельно опасное. Чрезмерное употребление не приветствуется, на улицах пьяных не должны быть ни где, а хозяева питейных заведение сразу же лишаются разрешений на торговлю если у них кто-то слишком увлекается.
Винокурение в империи разрешено только дворянам, проституция еще запрещена, а азартные игры скажем так не поощряются. Так что здесь мне не надо изобретать велосипед, а как законопослушному подданному выполнять требования Государя.
Конечно я не наивный мальчик и хорошо понимаю, что в реальности все может начать работать не так, как мне хочется. Но Ян Карлович утверждает, что чуть ли не половина населения Иркутской губернии сейчас староверы. Среди формирующегося русского Забайкальского казачества они точно составляют почти семьдесят пять процентов. Таковы по крайней мере данные полковника Осипова.
Владимир Ильич доложил мне, что в Забайкалье самыми авторитетными являются казаки пришедшие с Урала, которые за очень короткое время установили порядки близкие их сердцу и душе.
Чисто уральских к нам пришло около трех тысяч и все они твердокаменные в своем дониконовском древлеправославие. Я был потрясен когда узнал, что среди них есть старики, участники Яицкого казачьего восстания и Пугачевского бунта.
В том, что казаки-староверы будут верно служить полковник Осипов не сомневался и всецело доверял казачьим офицерам уральцам.
Первый батальон амурских пластунов кстати тоже был почти на сто процентов укомплектован староверами.
Вот на моральную устойчивость и нравственную чистоту этих людей я и рассчитывал больше всего.
Когда мы закончили наше обсуждение «золотых» дел Ян Карлович сказал мне очень интереснейшую информацию. По его мнению одна из причин успешности наших дел в Восточной Сибири преобладание здесь староверов. Они сейчас везде составляют большинство.
О религиозной свободе, установленной мною на Южных Курилах и Камчатке староверы знают и надеются, что оттуда по Амуру к ним придут священники. Ожидание этого вызывает у них энтузиазм, который положительно напрямую сказывается всех наших делах.
Положение дел надо сказать было очень даже не плохим. Можно смело говорить, что завершена реконструкция трактовой дороги от Бирюсы до Нерчинска. И идет она полностью на суше, а не так как раньше с большим участком переправы через славное море священный Байкал.
В Черемхово закончено cтроительство, выражаясь терминами моего покинутого прошлого, первой очереди нашего машиностроительно-металлургического комбината. И его инженеры и мастера с высоко поднятыми головами продемонстрировали мне паровоз, три типа вагонов (пассажирский и два грузовых), две построенных и проходящих испытания паровые машины, два металлорежущих станка (токарный и фрезерный) и два типа деревообрабатывающих.
Паровоз и вагоны конечно еще уступают английским и американским, собственно как и станки и паровые машины. Но это полностью наше российское и наши инженеры и мастера в курсе того, что происходит в этой области в Англии и США. Поэтому я уверен, что проблема догнать и перегнать будет решена и достаточно быстро.
Главное в проведенной демонстрации не сам факт, что нам уже по силам что-то сделать. Ян Карлович вообще утверждает, что на комбинате в его цехах и лабораториях фактически могут сделать уже абсолютно всё, что производится где-либо на планете. Вопрос только во времени и цене, ну и конечно в качестве.
Главное в этой демонстрации то, что мне показали се-рий-ные экземпляры. И я своими глазами увидел, что собирается например еще один паровоз и начинается сборка очередного.
Но это все было мною ожидаемо и в общих чертах известно. Как и то, что полным ходом идет строительство двух экспериментальных пароходов: чисто пассажирского и более крупного грузопассажирского.
В планах Яна Карловича открыть в этом году регулярную пароходную навигацию по Ангаре и Байкалу и провести пробные плавания от Ангарских порогов до Красноярска.
Его мечта начать регулярное судоходство пароходов по Енисею от Минусинска до Туруханска. Для прохода судов через енисейские пороги использовать специальные суда-туеры.
Идею туеров Ян почерпнул у французов. Они правда пока успешностью её воплощения похвастаться не могут, но идея совершенно правильная и скоро их ожидает успех. А единственный оставшийся в России 21-го века туер я видел собственными глазами, когда нелегкая дальнобойная судьбинушка занесла меня в Красноярск.
Если Яну удастся реализовать свою идею, это будет коммерчески очень даже выгодное предприятие. А рублики уже сейчас приходится считать. Пока концы с концами удается сводить, но расходы растут стремительно и если в ближайший год-два не появятся дополнительные источники доходов, то придется раскупоривать свою неприкосновенную кубышку. Или начинать резать осетра — сокращать затраты на свои проекты.
Но пока никаких ограничений нет. Поэтому Ян планирует строительство хорошей дорогу в обход ангарских порогов от Братска до нового основанного уже селе Запорожного. Оно ниже устья Илима и это дорога позволит обходить семь самых опасных порогов Ангары.
  
Пароходы будут разгружаться в Братске и Запорожном. Грузы доставляться по дороге в обход порогов, а затем опять по реке.
На Ангаре есть правда еще три опасных порога, но там все зависит от искусства лоцмана, а если удастся воплотить идею с туером, то построить такие пароходы и для этих порогов.
А вот проводить эксперименты на семи главных ангарских порогов я не разрешу. Овчинка выделки не стоит.