Олигарх 7 (СИ)
В России политика в отношении коренных народов была совершенно другая, военных действий с целью истребления местного населения власти ни где не вели, а вот эпидемий было предостаточно. Многие народы Востока России в итоге очень пострадали от этого.
Сейчас началось более интенсивное освоение нами всех этих бескрайних просторов и новая волна всяких осп и корей вот-вот накроет эти народности, а американцы, в моей первой жизни, со дня на день попробуют занести заразу в индейские племена западнее Миссисипи.
Мы решили попробовать предотвратить эти трагедии, ну или по крайней мере минимизировать.
Что и как делать Матвей уже наверное представляет лучше меня. Поэтому моя задача была маленькая — дать необходимое количество дензнаков.
Каких-либо бюджетных ограничений у Матвея не было и быстро подготовил и необходимые кадры и всё необходимое оборудование и оснащение. Желающих поучаствовать в этом деле оказалось предостаточно, при чем неожиданно очень быстро начали подтягиваться поляки, а затем и европейцы.
Конечно главным фактором успеха нашего начинания были огромные деньжища сложенные мною в это дело, которые позволили быстро подготовить необходимых специалистов. Все они отлично понимали, что это сути дела счастливый лотерейный билет. Те, кто после окончания контракта вернутся домой, будут очень не бедные люди. А риски, в они откровенно не малые, покрываются страховками, которые будут выплачены семьям.
Делалось всё это под логунгом быстрее,быстрее и еще раз быстрее. И как в воду смотрели. Наши эскулапы во время появились везде, а в Магадане вообще было попадание в десятку.
Все эти тунгусы и прочие эвенки хорошо помнили как в прошлом метла неведомых эпидемий выкашивала их предков и когда в окрестностях только что основанного Магадана опять появились непонятные для них больные, местные аборигены приняли предложенную помощь русских.
К этому времени магаданцы им уже помогали не один раз и уже установились прочные добрососедские отношения.
Что за болячка пыталась опять покусать наших тунгусов и звенков выяснить не удалось. Её наши лекари карантинными мероприятиями задавили почти в зародыше, а потом провели массовую вакцинацию против оспы.
Не знаю чья была идея сразу же начинать дружить с местными шаманами, но все лекари при помощи наших начальников заводили хорошие отношения с этими товарищами и это срабатывало отлично.
Вот в знак благодарности господин Кольцов и получил несколько золотых самородков. Они были обнаружены в выделениях оленей якутами пришедших на ярмарку.
Все традиционные ярмарки проводимые в местных краях благополучно умерли и уступили место постоянно действующей открытой Иваном Кузьмичем в окрестностях Магадана. На ней местные меняли свои товары на всё им необходимое по очень интересным ценам. И это главная изюминка и замануха этой ярмарки: гарантированная возможность получить всё необходимое для нормальной жизни. Нормальной конечно в понятиях местных аборигенов.
Компании от этой ярмарки выгоды был пшик. Ни один купец за такой навар заморачиваться бы не стал. Но для нас она была первым узелком с которого началось завязывание правильных отношений с местными.
То, что самородки в буквальном смысле слова выковыривали из оленьего дерьма якуты пришедшие на ярмарку с Колымы, говорило только об одном: где-то там золото а буквальном смысле валяется под ногами.
После короткого обсуждения строительства дороги на Якутск мы решили, что дальше Неры магаданцы дорогу строить не будут. Это будет уже обязанность Якутска.
Этот вопрос мы уже обсуждали с Иваном и Яном и в Якутск уже этим летом будут переброшены две или три бригады заканчивающие свою работу в Забайкалье.
Дорога на Камчатку вдоль Охотского моря строится своим чередом, там задействованы относительно небольшие строительные силы: двести человек самих строителей и различного обслуживающего персонала.
Но здесь самые простые условия для работы и поэтому северный участок Кругоохотского тракта строится самыми высокими темпами. Кроме русских бригад здесь работает несколько сотен местных, причем не только мужчины, но и женщины.
Совершенно не понятно почему, но им очень необходима хорошая дорога на Камчатку и её строительство здесь действительно стало всенародной стройкой. Я даже представить себе не мог такого количества добровольных помощников у наших строителей.
Строительство дороги на Охотск такого энтузиазма не вызывало, но местные тоже достаточно активно помогают нашим дорожникам и Иван Кузьмич рассчитывает до снега открыть сквозное движение Магадан-Охотск.
Закончив свой доклад господин Кольцов замолчал и вопросительно посмотрел на меня, ожидая моей оценки.
— Если всё тобою намеченное на этот год осуществится, то даже оценка «отлично» явно будет заниженной. Но перед тем как обсудить еще один важнейший вопрос давай-ка, Иван Кузьмич, доставай свой камешек из-за пазухи. По глазам вижу что-то ты еще задумал.
Магаданский наместник довольно засмеялся, но небольшое разочарование промелькнуло на его лице.
— От вас, Алексей Андреевич, сложно что0либо утаить. Вот у меня вопросик имеется. А что вы думаете делать с Якутско-Охотским трактом?
— Если честно, то я об этом и не думал и Охотск меня практически не интересовал. Но теперь, когда вы грозитесь построить до него дорогу и открыть по ней круглогодичное движение, то поневоле придется этим всем заниматься. И какие ваши соображения о дальнейших планах?
— Мы своими силами, без привлечения Якутска, они пусть строят тракт до Неры, к концу следующего года проведем реконструкцию Якутско-Охотского тракта и он будет таким же как Охотск-Магадан. А потом пойдем дальше вдоль моря и даст Бог дойдем сначала до Удской губы, а затем и до Амура.
— Планы у тебя, Иван, наполеоновские, — первым прокомментировал услышанное крестный.
Он похоже это тоже слышал впервые, но видимо уже очень хорошо зная Кольцова, удивился намного меньше меня.
— Работ тут конечно не на один год, но дерзай, Иван Кузьмич.
Глава 15
Последним вопросом мы обсудили перспективы начала золотодобычи. С этим делом ситуация как в пословице: и хочется, и колется и мамка не велит. Меня честно говоря больше всего интересовал вопрос, сумеем ли мы удержать ситуацию под контролем и начнется ли здесь «золотая» лихорадка во всем её отвратительном обличии.
Выслушав мои опасения Иван Кузьмич категорично заявил.
— Можете не переживать, Алексей Андреевич. Все, кто здесь, люди надежные. А те, кто близко к золоту находятся, вообще кремень. В тех местах даже небольшой артелью, а уж в одиночку тем более, долго не протянешь. Это на Урале и в Западной Сибире еще можно. А здесь верная смерть. Снаряжение, провиант можно получить только здесь. Теоретически в Охотске, да только оттуда надо до наших мест добраться еще надо. Можно конечно попытаться высадится с моря, да только об этом я сразу же узнаю. Не сомневайтесь, Алексей Андреевич, никаких дикостей и потоков крови тут не будет.
После нашей беседы Иван Кузьмич пригласил меня на ночную службу в старообрядческом храме.
Храм был полон прихожанами и это были исключительно мужчины. Глядя на их строгие лица я вспомнил наши разговоры перед началом магаданского похода, рассказы Кольцовых о страданиях и лишениях этих людей за веру и окончательно поверил что этих людей действительно не соблазнит золотой телец.
Беседа с Иваном Кузьмичем и ночная служба в старообрядческом храме на которую меня он позвал, сняли мои последние сомнения и я решил весной следующего года начать масштабную добычу золота Колымы.
Наш отход в Петропавловск был намечен на следующий день. Утром я еще раз побывал на службе, но на этот раз не у староверов, а в храме официальной православной церкви. Здесь прихожан было откровенно мало. Если бы не экипажи наших пароходов, то храм был бы полупустой. Мне сразу же в глаза бросилось, что тут на службе есть местные тунгусы или эвенки. Все они крещение приняли совсем не давно.