Туманная река (СИ)

— Что случилось? — спросил он озираясь.
— Показалось Владисеменыч, что дымом пахнет, — повел я носом туда и сюда, — принюхался, ничего все в норме. Народу много пришло?
— Порядок, — быстро сказал Мамонтов и улетел в зал.
После мы еще порадовали публику недавно написанной на мелодию «I Will Survive» композицией, на которой моя подруга продемонстрировала все свои вокальные возможности. И перед самым финалом инструментально сыграли сразу два медляка, «20 лет спустя» и «Звезды над Москвой».
— В завершении нашего танцевального вечера, — вышел я к центральному микрофону, Толик же переместился к крайнему левому, — наша ВИА «Синие гитары» исполнит песню «Дым над водой» в память о погибших героях войны.
— Давай «Летящую походку»! — крикнули мне из зала.
Эх, дать бы ему в глаз, да неудобно при всех, пожалел я.
— Толик давай свое соло, — сказал я другу.
И он заиграл: ту ту ту…
 
 
— В руинах Сталинграда, нам приказал комбат,
 
Держаться до заката, и нет пути назад,
 
 
— я напряг свои голосовые связки по максимуму, конечно до Иэна Галлана мне было как до Луны пешком, но неискушенную публику на нашей дискотеке пробрало.
 
 
— Дым над водой, огонь в небесах,
 
Дым над водой, —
 
 
припев мы уже пели в три голоса:
 
 
Свинцовый дождь бушует и пули хоть слепы,
 
По тонкой грани жизни не каждому пройти,
 
 
— я заметил краем глаза, что вытворяет Наташка, и чуть было не забыл слова, -
 
 
Гранаты, мины рвутся, повсюду сеют смерть,
 
А хочется вернуться, под мирным небом спеть…
 
 
Она скакала со своим концертным бубном, как настоящая шаманка, при этом ее шикарные волосы описывали невероятные круги. Первая хиппи в СССР, усмехнулся я и продолжил «рвать» голосовые связки:
 
 
И вот родное солнце зашло за горизонт,
 
Живем еще братишки и сталинградский фронт
 
Мы держим, ведь за нами простор земли родной.
 
Лишь хочется живыми вернуться всем домой.
 
Дым над водой, огонь в небесах…
 
 
— А теперь все вместе! — я решил чтобы с нами пел весь зал, — Ту ту ту, ту ту туду, ту ту ту, ту ту-у! Вау! Еще раз!
— Ту ту ту, ту ту туду, ту ту ту, ту ту-у! — запел весь зал.
— Да! — заорал я, — еще раз!
— Ту ту ту, ту ту туду, ту ту ту, ту ту-у! — зал с охотой включился в игру.
Наконец Толик, под поющий танцпол, завел свое отвязанное соло.
— Состав ВИА «Синие гитары»! — выкрикнул я, — барабаны — Александр Земакович! Бас гитара — Вадим Бураков! Синтезатор — Ирина Симонова! Вокал и соло гитара — Анатолий Марков! Вокал и бубен — Наталья Маркова! И ваш покорный слуга — Богдан Крутов! Спасибо всем!
Конец дискотеки потонул в овациях. За кулисами мы на адреналине поздравляли друг друга и обнимались.
— Ребята я вас люблю! — крикнула, размазывая слезы, Тина Соколова.
Санька не растерялся и поцеловал девушку в губы, старшая пионер вожатая от неожиданности перестала плакать. Через минуту к нам ворвался директор школы. Он сжал меня в стальных объятьях.
— Это же про меня песня! — заревел Мамонтов, — это я, когда форсировал Днепр, видел все вокруг в огне и дым над водой. Молодцы орлы! — он сгреб в охапку и Толика, и Саньку, и Вадьку, а мне дал возможность вздохнуть полной грудью.
Когда восторги улеглись, и мы стали собирать технику, из угла выполз барабанщик первого состава Петр.
— Где это я? — вращая мутными глазами, спросил болезный.
— Концерт окончен, погасла свечка, — сказал, проходя мимо Вадька.
 
— Петро, — я подошел к барабанщику, — без тебя сегодня отработали, ехай на…, кхе, домой.
— А где мои барабаны? — не отставал он.
— Где, где, — разозлился я, — не нарывайся на рифму, топай, — я его развернул спиной и легонько толкнул в сторону выхода.
После я вышел в зал, но шустрого плешивого мужичка, Абрамыча, который предлагал нам тур по задрюченскам, не увидел. Значит, не так уж и было нужно наше сотрудничество. Зато мне на глаза попался Виталик, он сидел на стуле и размазывал сопли на кулак.
— Виталя, ты чего? — я присел рядом.
— Она меня бросила, — поднял он полный горя взгляд.
— Если тебя бортанула подруга, то неизвестно кому повезло, — я взлохматил ему волосы.
Вот значит, куда исчез Абрамыч. Седина в бороду бес в ребро, понял я.
  
14
 
Все воскресенье я практически силком заставил всю свою музыкальную банду засесть за книги, уверяя в том, что в них сокрыто разумное, доброе и вечное. Кстати и сам решил освежить школьные знания. Четыре с половиной тысячи, которые перепали нам с дискотеки, я распределил следующим образом, каждому по пятьсот рублей и тысячу в общий котел. Возражений не последовало.
 
 
Взвейтесь кострами синие ночи!
 
Мы пионеры — дети рабочих!
 
 
— разлеталось за километр от нашей 447 школы. В понедельник все девчонки надели белые фартучки, мы, парни, белые рубашки. И даже с моего молчаливого согласия Вадька, Санька и Толик надели джипсы клеш, и джипсовые куртки. Кстати я тоже, подумав пару минут, надел наш концертный костюм с белой рубашкой. Причина была не вполне прозаическая, последний школьный звонок.
 
 
Близится эра светлых годов!
 
Клич пионера всегда будь готов!
 
 
— услышали мы, заходя во двор школы. Тоня и Вадька Бура шли, держась за ручку, я с Наташкой тоже, Санька и Толик плелись грустно следом. Над входом в учебное здание висел огромный плакат: «Цели шестой пятилетки предварим в Жизнь!». В коридоре нас встретил дежурный слоган, что Мир — это труд и май. И наконец, вдоль всего коридора отдельными буквами было написано: «Вперед к победе Коммунизма!». Редколлегия школьной стенгазеты, по всей видимости, трудилась все выходные.
В школьном спортзале собрались все восьмые, девятые и десятые классы. После речей наших педагогов, которые желали видеть в наших лицах достойных строителей коммунизма, пришла пора вручать грамоты и кубки.
— Награждается! — победно обведя взглядом всех присутствующих, директор школы Владимир Семенович Мамонтов выдержал паузу и сказал, — команда сборной школы по баскетболу за победу в первенстве Москвы по игре в ручной мяч!
Что сказать, Владисеменыч был далек от спорта, и для него что гандбол, что баскетбол один черт, усмехнулся я. Под бурные аплодисменты он вручил кубок нашему учителю физкультуры Коневу Анатолию Константиновичу, который последнюю неделю где-то пропадал. В школе поговаривали, что физрука пригласили тренировать один из столичных ВУЗов.
— Отдельной грамотой, награждается лучший бомбардир и капитан команды Богдан Крутов! — зычным голосом объявил директор.
Я от неловкости момента даже немного покраснел и двинулся в центр зала.
«Богдан! Богдан!» — хором крикнули многие старшеклассники и от души мне поаплодировали. Мамонтов хлопнул меня по плечу, видимо желая поглубже вогнать меня в пол, и вручил почетную грамоту.
— Давайте поаплодируем всей команде! — крикнул я, и сам же захлопал в ладоши.
И как только я решился вернуться на место, Владисеменыч меня поймал за плечо.
— Подожди не уходи. Награждается за победу в школьном чемпионате по шахматам, на турнире в честь комсомольцев Молодогвардейцев, Богдан Крутов! — выкрикнул в зал директор.