Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ)
Никакой реакции.
– Лорд Эрон, здесь лорд Дрэйк, он хочет с вами поговорить.
Спящий дед дёрнулся и, причмокнув губами, изменил позу. Повернулся так, чтобы закрыться от нас.
Его рыжеволосый внук снова посмурнел. Сложил руки на груди и прокомментировал:
– М‑да…
Получилось громко, но призрак опять‑таки не проснулся.
Тогда Дрэйк прошёл дальше. Остановился возле призрачного кресла и прошипел:
– Дорогой дедушка…
Дедушка не среагировал, зато среагировал Арти:
«Притворяется. Зуб даю, что не спит».
Выдавать Эрона я, понятное дело, не стала. Всё это время судорожно соображала как сделать так, чтобы призрак остался со мной. Я искала аргументы, готовилась просить, взывать к логике и заливаться слезами. К счастью, не пришлось. Битва случилась без меня.
После нескольких громогласных, но абсолютно бесполезных окликов Дрэйк не выдержал и применил какое‑то заклинание.
Полупрозрачное кресло тряхнуло, а Эрон аж подпрыгнул. Злобно зыркнул на внука и воскликнул:
– Ты что творишь⁈
– Я творю? – не растерялся Дрэйк. – Что творишь ты? Бери кинжал и домой.
Призрачный лорд очень медленно, очень величаво поднялся. Он оказался немного ниже внука, но компенсировал разницу в росте с помощью левитации. Посмотрел гордо, даже с вызовом. А потом заявил:
– Я дома, Дрэйк.
Что тут началось…
– Дед, ты что несёшь? Ты – реликвия правящего рода, и…
– Даже слышать про это не желаю! Я создал выдающийся артефакт, а вы… в сторожи. Нет, дорогой мой внучок, подобное недопустимо. С этих пор я служу Алексии Рэйдс.
– Эрон, ты сдурел?
– Сам ты сдурел! От дурака слышу. Я остаюсь здесь, моё решение. Точка.
– Дедуш‑ш‑шка… – Зловещий практически рёв.
– Дрэйк, уйди. – И очень небрежный жест призрачной рукой. Словно Эрон от мошки отмахнулся. – Поговорим, когда повзрослеешь и научишься ценить мой гений.
– Да я и так ценю!
– Не ценишь. – А это уже изобличительно, с обидой. – Алексия ценит больше.
Ой нет, только не надо приплетать меня.
Мне очень хотелось оставить артефакт у себя. Но лезть в чужие семейные разборки себе дороже.
Вклиниваться в спор двух мужчин ещё глупее, поэтому, с момента начала «диалога», я уверенно пятилась к двери.
«Правильно, – поддерживал внутри головы Арти. – Правильно, Алексия. Не надо нам тут быть».
К счастью, меня не привлекли. Только вспоминали по всякому, даже самому надуманному поводу. Эрон стоял на своём как стадо вросших в бетон ослов, но и Дрэйк был не многим лучше.
– Я понимаю, чего ты добиваешься, – рычал он. – Хочешь, с помощью этой девчонки, вернуться в свою любимую академию.
– Ну да, и это тоже.
– Тебе там нечего делать. Мы без тебя прекрасно справляемся.
– А я не к вам. Я к Алексии!
– Эрон, пожалуйста, вспомни о здравом смысле и долге. В конце концов, она Рэйдс!
Там было что‑то ещё, но я уже не слушала – прикрыла дверь в спальню и отошла как можно дальше. При этом не могла не отметить, что ругань какая‑то беззлобная. То есть оба на эмоциях, не шутят, дураками друг друга называют, но делают это с какой‑то едва уловимой, чисто семейной теплотой.
А у меня семьи не было…
Ничего не было…
Поэтому, отпустив ситуацию с Эроном – как решится, так решится, я тут всё равно не влияю, – я привалилась плечом к стене и погрузилась в собственные мысли. Как по мне, всё шло неплохо. Риск нежеланного замужества миновал, долги заморожены, впереди несколько лет интереснейшей учёбы. У меня появилась магия и есть шанс освоить такие штуки, которые раньше и не снились. Есть шанс возродить род и обрести нормальную, хорошую жизнь.
«Угу. Есть,» – привычно прокомментировал Арти.
Ключевой артефакт пребывал в напряжении и, кажется, надеялся, что Дрэйк Эрона переупрямит. Но спустя несколько минут дверь моей спальни распахнулась, чтобы с грохотом впечататься в стену.
Высокий лорд был невероятно зол.
Он не пошёл, а прямо‑таки полетел прочь.
Я, на всякий случай, втянула голову в плечи и понадеялась, что не вспомнит и не заметит.
Но нет… Удача оставила ровно в тот момент, когда Дрэйк пролетал мимо. Мужчина резко затормозил, круто развернулся и шагнул ко мне.
Он застыл напротив, нависая скалой. Тут из спальни вальяжно выплыл Эрон с замечанием:
– Дрэйк, мальчик мой, полегче. Не пугай Алексию.
– Да кто ж её пугает, – зловеще скрипнул зубами его светлость.
Я сделала большие непонимающие глаза. Настолько невинные, насколько вообще возможно.
– Вот и правильно, – проигнорировал иронию призрак. – Не пугай, относись бережно… – И совсем уж внезапное: – Может ещё породнимся.
Дрэйк бросил суровый взгляд на деда, ему и сказал:
– Это вряд ли.
– Ну, кто знает, – Эрон шумно вздохнул и добавил уже с сожалением: – Хотя женихов тут, конечно, вьётся… Многовато!
Лорд неожиданно остыл.
Снова посмотрел на Эрона, потом на меня, а в итоге пробормотал «да уж» и отстранился.
Теперь он не летел, а шёл, и напоследок обернулся, чтобы окинуть очередным долгим взглядом.
– До встречи в академии, леди Алексия.
Я вежливо, но довольно нервно кивнула, а он пообещал:
– Вам будет трудно.
– Не волнуйся, мальчик, – тут же оживился Эрон, – тебе тоже. Ты даже не представляешь насколько леди Алексия талантлива.
Дрэйк не ответил, но кажется нас послали в дальнее и весьма щекотливое путешествие. Что ж, если очень нужно, то сходим. И магнитиков оттуда принесём!
История не закончена, она обязательно продолжится.
Бриллиантовый холостяк 3
Глава 1
Вообще‑то у меня были огромные планы на это утро! Я собиралась начать, ни много ни мало, а новую жизнь.
Конечно, моя новая жизнь началась и так, причём совсем недавно – в момент пробуждения в теле юной Алексии Рэйдс, последней из некогда великого рода. Но это начало не в счёт. Сегодня предполагалось другое, более осмысленное.
Но всё пошло не так.
Я намеревалась начать утро с полезных ритуалов – с душа и зарядки. Очень хотелось добавить такой элемент как кофе, но с этим была беда.
Проваливаясь в сон, я воображала, как встану, потянусь, дойду до ванной комнаты, и… И ничего не получилось. Я проснулась от излишне бодрой и не очень‑то приятной песни. Причём певец не знал, или не считал нужным озвучивать, большую часть слов.
– Магия! – пропел Эрон. – Магия‑магия‑магия, как ты прекрасна! На закате… На рассвете…
– Да уж, – тихо прокомментировала я.
Призрак не заметил. Он раскинул руки и продолжил:
– Что ж ты красавица… Магия‑магия‑магия!
«У‑у‑у!» – взвыл в моей голове ключевой артефакт.
Этого «у‑у‑у» Эрон тоже не слышал. «Досточтимый предок» пребывал в этаком творческом экстазе. Переполненный эмоциями, он пропел с совсем уж особой экспрессией:
– В наших сердцах!
Не выдержав, я перевернулась на живот и накрыла голову подушкой. Подушка была несвежей, поэтому остаться в этой позе надолго я не смогла.
Потом над ухом прошелестело, а голос Эрона прозвучал совсем уж близко:
– Магия…
Я взвыла, закрывая сонное лицо руками. А дедушка перестал петь и, наклонившись, сообщил доверительным шёпотом:
– Там слуги из дома убегают.
Вот теперь я действительно проснулась. Спросила хрипло:
– Куда?
Последнего призрак не знал. Зато напомнил про слова одного из помогавших вчера мужчин – мол, если станете травить кыс, то мы особняк покинем. Слова «навсегда» при этом, к сожалению, не звучало. Мне не нравились слуги, которые остались с наследницей рода Рэйдс после разорения – толку от них было ноль.
Эрон прислушался к чему‑то и ввинтился в пол.
Вернулся спустя пару минут, с новым, поистине удивительным заявлением:
