Бриллиантовый холостяк. Трилогия (СИ)

Вопроса «а вы уверены, что добьётся?» я не задала, а в Эроне всколыхнулась этакая ворчливая обида:
– Я совершил нечто невероятное, – объявил он. – Уникальное! Достойное уважения. И да, разумеется, я внёс в структуру артефакта некоторые изменения. Но Дрэйк посчитал, что изменения слишком велики. Что я оставил себе слишком много свободы. Ему не нравится, что могу проявиться. Не нравится, что иногда могу дать совет. Но разбираться со структурой кинжала ему пока некогда, и этот с позволения сказать внук, не придумал ничего лучше, чем изолировать. Отнёс меня в свою абсолютно пустую, неинтересную квартиру, и назначил… фактически меня назначили сторожем.
  
Лорд выдержал паузу и повторил с особым негодованием:
– Сторожем! Меня!
Новая пауза, и продолжение:
– Я, полноценный родовой артефакт, вплетён в структуру защиты этой каменной коробки, как какая‑то мелочь! Хуже того, Дрэйк сделал так, что я уснул! Хорошо, что ты впустила того посыльного. Твой образ в мою систему вплетён, а на посыльного я среагировал. Иначе спать мне сейчас, – он опять кивнул на панно с гербом, – на дощечке.
Ну вот. Мне тоже захотелось застонать.
Это был как бы косяк. «Как бы» – потому что уверенности, что накосячила не было. С одной стороны, у меня точно появилась очередная проблема, а с другой – где бы я была, не вмешайся в моё зачисление Эрон?
Ещё возник вопрос про защитные системы. Стало интересно как мой «образ» оказался внесён в «базу данных» кинжала, но я решила разобраться позже.
Сейчас больше заботило другое:
– Зачем вы меня порезали и почему говорите, что переезжаем вместе?
– Затем и порезал, девочка. Иначе, без привязки, мне из этой квартиры не удрать.
– А…
– А «вместе» – потому что всё, – перебил моё стенание лорд. – Хватит. Я отказываюсь находиться в этой клетке, жажду увидеть мир и посетить мою любимую академию.
Очередной стон ключевого артефакта прокатился по моему сознанию этаким бурным, стекающим с горных вершин потоком. Мне идея тоже не понравилась. Более того, я ведь вернулась в квартиру Дрэйка именно для того, чтобы оставить запрыгнувший в ботинок кинжал.
Это был главный аргумент.
Тот самый повод, за который я уцепилась, когда поняла, что должна остаться в особняке.
И отправляясь в «убежище», была убеждена, что на этом знакомство с Эроном закончится.
– Не волнуйся, я тебе не помешаю, – легко прочитав по лицу уровень моего «восторга», хмыкнул призрак. – Наоборот буду полезен.
– А может не надо? – всё‑таки не сдержалась я.
Прозвучало жалобно. Так, что у меня самой сердце защемило, но родовой артефакт не дрогнул.
– Ну и зачисление твоё, – как бы вскользь напомнил он. – Ты ведь понимаешь, что простого «благодарю» тут мало?
– Моё благодарю было не простым. – Нервы сдали, я пыталась отмазаться как могла. – Оно было искренним!
Эрон улыбнулся:
– Я сразу понял, что ты с юмором. Люблю таких.
Короткая пауза, и настроение старика изменилось:
– А вот интерес Гавальди к тебе меня напрягает.
Отличная тактика. Тоже мне манипулятор.
– Пожалуйста, не уходите от темы, – сказала я хмуро, но спокойно.
Не смутился.
– Темы? Какой темы? – и голос опять ласковый. – Мы ведь всё уже обсудили. Кстати, кинжал можешь не упаковывать, я сам в твой багаж упакуюсь. Облегчу твою и без того беспокойную жизнь.
  
Глава 8
 
Деньги действительно были, но ужин, равно как и завтрак, я оплатила со счёта Дрэйка. Подумала и решила, что так лучше. И да, рыжий точно не обеднеет, в отличие от меня.
Половину ночи я пролежала без сна. Заодно осталась без ментальной связи с Арти, потому что вечером опять пыталась постичь суть превращение металла в золото. Я изучала предоставленную Нэйлзом золотую монету до тех пор, пока не вычерпала резерв.
Лорд Эрон в это время спал. Дремал в том самом кресле, рядом с которым проявился ещё и пуфик. Ну а утро началось с «необременительного» и вообще «незаметного» пения.
– Магия! Эх магия, магия, магия! – подражая оперному артисту, на всю квартиру завывал Эрон.
Думать о том, что оставляю квартиру Дрэйка без защиты не хотелось.
Размышлять о реакции этого высокопоставленного мужчины на пробуждение и исчезновение родового кинжала – тоже.
Я решила, что лучше придерживаться оптимистичного настроения – программировать реальность в позитивном ключе, как сама же учила несколько дней назад Нэйлза. У меня всё отлично! Идеально и лучше всех!
Главной и самой приземлённой задачей этого утра стал переезд.
Я собрала все вещи, включая букет и подаренную одежду, и поняла, что это тоже проблема.
Ведь я была одна, с внушительными баулами, в престижной, но очень далёкой от особняка Рэйдсов, квартире. Без телефона, интернета и возможности вызвать какую‑нибудь из профильных, заточенных под помощь одиноким леди, фирм.
Резерв был ещё пустым, слышать Арти я не могла. А обращаться за советом к Эрону не хотелось – уж слишком счётливым оказался старикашка.
Простой благородности ему, видите ли, мало. Ему теперь переезд и академию подавай.
И Нэйлз, как назло, не шёл!
Но в итоге я всё‑таки нашла способ.
Я вызвала горничную. Точнее горничного. А когда он пришёл, обозначила ещё одну, не связанную с уборкой задачу, и спросила – может ли помочь?
Слугу звали Хайс. Он оказался мужчиной немолодым, приятным и довольно упитанным. В момент знакомства благодушно улыбнулся, и лишь самую малость удивился, услышав фамилию Рэйдс.
Просьбу о помощи воспринял легко и тут же отправился на поиски экипажа. Спустя четверть часа Хайс уже переносил вниз мои вещи, а я стояла в прихожей, облачённая во вчерашнее платье, и просто ждала.
К экипажу я вышла в сопровождении слуги. Последним заходом он нёс букет, подаренный рыжим сообщником – за минувшее время цветы даже не привяли.
В самый последний момент в голову пришла идея:
– Хайс, вы бы не хотели сопроводить меня до самого дома?
Вопрос был ну таким. Я думала мужчина откажет. Но он бросил внимательный взгляд и неожиданно кивнул.
Итог – в экипаж мы сели вместе, но большую часть дороги молчали. Я чувствовала себя настоящей леди – ведь как же! Еду с ворохом платьев и со слугой. Не одна. Не…
«Ага,» – фыркнули в голове.
Это резерв поднабрался, ключевой артефакт снова обрёл голос и, конечно, подсмотрел мысли. Прочёл даже те, что не успела сформулировать.
«А говоришь исправлять нечего,» – не без веселья добавил Арти.
«Да иди ты нафиг,» – с чувством огрызнулась я.
В момент «возвращения» Арти я думала о прошлой жизни. О том, что в случаях подобных сегодняшнему, я обычно была одна.
Решала проблемы сама. Сама вызывала рабочих, машину, контролировала погрузку‑разгрузку, подъём на этаж и прочие технические моменты. Разумеется, справлялась. Но иногда такие вещи вызывали небольшой внутренний дискомфорт.
Например, в главный и самый большой мой переезд – когда наконец купила квартиру и перебиралась со съёма. Дом был новым, квартиры только‑только сдали, и у подъезда разгружалось сразу несколько машин.
Везде были семьи, и на рабочих шипели мужья. Их жёны даже не присутствовали, только одна бдительно крутилась неподалёку. В моём случае шипеть и контролировать приходилось лично – учитывая каждый шаг и всё, что вообще можно.
Разбираться с косяками, выслушивать недовольство рабочих, ругаться на тему непомерно большой доплаты… А ещё вникать в принцип включения‑отключения водопроводной системы, решать вопросы с доставкой и сбором мебели, поражаться ценам на мелкие бытовые услуги из серии «повесить карниз».
  
Повторюсь, я справлялась. Как и всегда. Но случались моменты, когда справляться было сложно. Не потому, что задача была какой‑то особенной, а чисто морально. Иногда хотелось, чтобы вопрос, особенно с амбалами‑рабочими, решала не я, а кто‑то сильный и большой. У кого нервы крепче и кто тоже умеет быковать.