Одесса. Живая. Улыбка Бога (СИ)
Из личных записей Уолтера Джека Поланса, мастер-сержанта команды спецопераций корпуса морской пехоты США.
Особый фонд анклава Одесса.
***
'...- Первый, я семь ноль, - проговорила радиостанция, - объект в квартире. Рядом два человека, женщина и мужчина. Объект вижу четко, могу работать...
- Всем! Доклад о готовности!
- Первый, я семь два, объект не вижу...
- Первый, я ноль три, позицию занял, могу работать...
- Первый, я ноль четыре, позицию занял. Дверь бронированная, готовность к работе десять секунд...
- Игорь Алексеевич, - повернулся ко мне Шелест, - снайпер может работать по объекту. Видит его хорошо. Группы захвата заняли позиции.
Я вздохнул. Надо решать, лучше обстановку и представить себе сложно. Район уже оцеплен, у квартиры, где затаился объект, собственный выход во двор. Если упустим момент...
- Семён, - сказал я Шелесту, - запроси у снайпера подтверждение.
- Семь ноль, семь ноль, я первый, - тут же забубнил Шелест в рацию, - подтверди готовность и положение объекта.
- Первый, я семь ноль, готовность подтверждаю. Объект сидит за столом, смотрит какие-то бумаги. Жду команды.
Семен машинально кивнул радиостанции и уставился на меня.
- Что ж, Сеня, с Богом, - решился я и взял рацию из рук Шелеста.
- Внимание всем. Говорит тройка, всем готовность. Семь ноль, семь ноль, работаешь не смертельно, повторяю, не смертельно по объекту на счет один. Потом держишь остальных. По ним работаешь по ситуации. Как понял, прием?
- Тройка, я семь ноль. Задачу понял, работаю не летально по объекту на счет один. Потом контролирую ситуацию. Готовность подтверждаю.
- Говорит тройка. Ноль четыре, ноль четыре, - продолжил я, - взрывайте дверь на счет ноль. Как понял, прием?
- Я ноль четыре, задачу понял, приступаю к минированию.
- Говорит тройка. Ноль три, ноль три, начало работы на счет ноль. Как понял, прием?
- Я ноль три, задачу понял. Бойцы на позиции.
- Внимание всем, - продолжил я, - даю отсчет! Десять, девять, восемь..., - на завершении отсчета я буквально прильнул к затонированному стеклу микроавтобуса, чтобы увидеть как сработают бойцы группы захвата, замершие сейчас у окон квартиры объекта.
- ...Один, - на втором окне резко проявилось пулевое отверстие - сработал снайпер, - ноль!
С внутреннего двора громыхнуло, группа ноль четыре подорвала дверь. Синхронно с этим, бойцы из группы ноль три выбили окна и закинули в них короткие штурмовые лестницы. Миг и группа захвата скрылась в квартире.
Несколько тревожных секунд и прозвучал первый доклад.
- Третий, я ноль три. Объекты упакованы. Основной объект ранен в правое плечо... У нас всё чисто.
- Третий, я ноль четыре. У меня все чисто. Квартира под контролем...
- Ребята, молодцы, - я вытер вспотевший от напряжения лоб, - иду к вам...
Я протянул радостному Шелесту рацию и сказал:
- Семен, давай следователей и понятых, я пошел, посмотрю, что там внутри...
Рослый альфовец в черном комке, каске и маске с прорезями для глаз, повел было стволом автомата в мою сторону, услышав, как скрипнула калитка во двор. Узнав меня, спецназер тут же опустил оружие, и посторонился, открывая проход в квартиру с сорванной взрывом штатного эластита входной дверью.
В коридоре в нос резко ударил запах сгоревшей взрывчатки. Я недовольно поморщился, кивнул ещё одному бойцу, встреченному по пути в комнату, откуда доносились звучный голос Вани Репкина, командира группы ноль три.
Снайпер сработал чётко. Постанывающему объекту, не смотря на рану, уже сковали наручниками руки, а один из альфовцев умело бинтовал ему плечо. Двое других задержанных, связной, который и вывел нас на эту явку, и его непонятно откуда взявшаяся подруга, лежали на полу, держа руки на затылках.
Обиван, увидев меня на пороге, отвлекся от своих бойцов, которые споро обыскивали задержанных, устало улыбнулся и выдал стандартный жест 'окей'. Ноль убитых или все хорошо, как сейчас используют это выражение.
- Объект чистый, - сообщил Ваня, - но, думаю, пару стволов у него в квартире наверняка заныкано. Надо смотреть. А у этого кренделя, - Обиван указал пальцем на связного, которого спецназовцы уже подняли на ноги потащили к выходу, - новенький ПММ обнаружился.
- А дама что? - указал я на девушку, которую начали поднимать двое других бойцов.
- Чис...
Обиван не успел договорить.
Подруга, как мы предполагали, связного, внезапно извернулась, высвободила руку из захвата спецназовца и резко, практически неуловимым движением ударила его ребром ладони в горло. Не прекращая движение, девушка впечатала свой кулак в открытое забрало шлема второго спецназера и выхватила пистолет из его нагрудной кобуры.
Казалось, само время замедлилось. Женщина с перекошенным от ненависти лицом направила пистолет в Обивана...
- Б-баамм!!!
Звонко ударил по ушам выстрел моего штатного ПМ.
От пули с такого близкого расстояния девушку буквально отбросило на стену.
Выронив пистолет, она медленно сползла по стене, оставляя на светлых обоях разводы красного цвета. Несколько раз дернулась и затихла, бессильно опустив голову вниз. Так и не закрыв глаза...
- Какого хрена она делала без наручников? - не сдержался я, опуская свой пистолет и отметив, как предательски задрожала сжимающая его рука.
Обиван сделал зверское лицо и, не теряя времени на объяснения, склонился над своим бойцом, хрипевшем на полу.
В комнату, держа оружие наготове, ворвались ещё пару спецназовцев. Сразу оценив обстановку, один склонился рядом с Обиваном над своим товарищем, а второй проверил пульс на шее у девушки. И отрицательно покачал головой.
Ещё бы. Я и сам видел, что попал в район сердца.
Расслабились, расслабились... Спецназ называется, твою...
Альфовцы вывели из комнаты основного объекта. Медики вынесли бойца с поврежденной гортанью. Спецназер, которому девушка пробила в лицо, сам скрылся куда-то от моих глаз подальше...
А я сидел на стуле и смотрел на мертвую девушку. На светлые локоны, раскиданные на плечах, неловко подвернутую ногу в модных в этом сезоне, с дырками, светлых обтягивающих джинсах. Лет двадцати пяти - двадцати восьми, тридцати точно ещё нет. Ей жить и жить. А я только что её убил...
- Шмидт, Шмидт! - Обиван потряс меня за плечо, - да брось! Ты же не мог ничего другого сделать...
Я поднял голову и посмотрел в глаза другу.
- Думал,- тяжело ответил я, - что мой счет уже закрыт... Зачем ей надо было...
- Да кто их, фанатиков пой..., - Обиван замолчал, медленно поворачиваясь к трупу.
А я, не веря самому себе, смотрел, как девушка вдруг пошевелилась, её конечности как-то конвульсивно дернулись, а затем она подняла голову и уставилась на меня и обернувшегося на шорох Обивана мутными, мертвыми глазами.
- Не может быть..., - ошарашено пробормотал Репкин, поднимая свой автомат.
От ужаса и неправильности происходящего по моей спине пробежали холодные мурашки.
Девушка, не отводя от нас своего мертвого взгляда, уперлась руками в пол, подтянула ноги и тяжело встала. И медленно, покачиваясь, сделала шаг нам навстречу.
- Стой! - скомандовал Обиван, прицелившись в неё.
Девушка сделала ещё один шаг. И ещё один, поднимая и протягивая к нам скрученные и подрагивающие руки.
Я вскочил и вытянул в её сторону пистолет.
- Да стой же ты! - вырвалось у меня.
Девушка сделала ещё один шаг. С её окровавленной кофточки сорвалась густая рудая капля и звонко шлепнулась на ламинат.
Мои нервы не выдержали первыми.
- Б-баамм!!! Б-баамм!!! Б-баамм!!! - звонко выстрелил пистолет в моей руке.
Пули ударили в грудь девушки, и отбросили её обратно к стене.
Но это её не остановило! Мертвая, в этом не было сомнений, мертвая девушка сделала судорожное движение, как будто отряхиваясь, оттолкнулась от стены и вновь направилась к нам.