Куратор. Дилогия (СИ)

– Фея Глухов, иди сюда, надо парочку желаний исполнить!
  
Глава 24
 
В подвале, ожидая, пока вернётся человеческий облик, мне пришлось просидеть до самого утра. Впрочем, нельзя сказать, что время было потрачено зря. Скорее, даже наоборот.
Пока Фелики приводила себя в порядок и обедала, я продолжил перебирать оружие, раскладывая все по сейфам и пирамидам. Чуть позже ко мне присоединился и Глухов, уложивший Милу спать.
К большому сожалению, в оставшихся ящиках пулемёта не обнаружилось, хотя шесть довольно‑таки неплохих штурмовых винтовок мы нашли. Правда, боеприпасам к ним оказалось негусто, но на пару вылазок хватит. А там уже видно будет.
Когда мы уже заканчивали, к нам спустился Ковальчук, принеся ужин и мой заказ, небольшой пакетик с кучей полудрагоценных камней.
Забавно было наблюдать реакцию старика, когда он увидел меня, этакого монстра, сидящего за столом и разбирающего автомат. Точнее, полное отсутствие таковой.
Он только на мгновение замер и уточнил: «Андрей Иванович?», а увидев, как я кивнул, уточнил, где накрыть на стол: в столовой или в одной из комнат.
Интересно, он по жизни такой невозмутимый или его только по ночам от любопытства распирает?
Ужинали мы втроём: я, Ростислав и Фелики. Мила выходить отказалась наотрез, а Графа можно было и не считать. Кстати, выглядел он с каждым часом все бодрее. Судя по всему, симбионт в девушке вновь набирал силу.
Так что покончив с едой, я вместе с Келлер отправился в выделенную ей комнату, в которой уже появились признаки того, что данную территорию захватила девушка. Цветастое полотенце, заколки, расчёска и прочая мелочь на небольшом столике в углу. Быстро, однако. И когда она только успела с Ковальчуком об этом договориться?
Фелики уселась на кровать, я же разместился на пластиковом стуле, который угрожающе подо мной затрещал. Странно, изменений в собственном весе вообще не ощущалось.
– Ты долго ещё ковыряться будешь? Сколько можно ждать?! – раздражённо выпалила девушка и тут же прикрыла рот рукой. – Ой, простить, это непроизвольно.
– Понимаю. С вами, женщины, и без того непросто, а у тебя так и вовсе тараканы в голове. Точнее, один таракан, но зато какой… – подтянул столик поближе к кровати и высыпал на него самоцветы.
– Месье Шипов, Повелитель не таракан. Он… – ворон замолчал, вопросительно глянув на подопечную.
Фелики задумалась, словно сама ждала от кого‑то разрешения и когда его получила, кивнула Графу.
– В общем, он высокоинтеллектуальное существо, между прочим, единственное в своём роде, и поэтому я прошу относиться к нему с большим уважением!
– Пока не вижу для этого причин, – оборвал возмущавшегося призрака. – И вообще, не могли бы вы нас покинуть на время? Не хочу, чтобы хоть что‑то отвлекало.
– Но… – Граф вновь посмотрел на Фелики.
– Кстати, уважаемый Граф, а вы вообще разделяете Фелики и симбионта? Или они для вас единое целое? А чьё существование, в случае чего, для вас в приоритете?
– Я очень дорожу своей воспитанницей! – надулся ворон.
– А на вопрос не ответили, – кивнул я. – Фелики, прикажи ему уйти. Может, ты ему и доверяешь, но я пока не готов.
– Фелики! – прокаркал птиц.
– Оставь нас, пожалуйста, – неуверенно произнесла она. Но увидев, что призрачный наставник не торопится, произнесла твёрже, почти сорвавшись на крик. – Выйти, я сказать. И чтобы даже не подслушивать!
Дюруа словно ветром сдуло. Вот только что ворон сидел на спинке кровати, а вот его возмущённое карканье раздаётся откуда‑то из столовой.
– Спасибо.
– Зря ты так с Граф. Он всегда оберегать меня, – попыталась защитить наставника девушка. Ну или сама себя успокаивала от возникших подозрений.
– А если не тебя, а того товарища, что внутри. Ладно, спорить об этом можно до бесконечности, так что давай лучше начнём. Готова? – на всякий случай спросил я.
Келлер кивнула, и я взял в руку первый попавшийся в камень, а другой дотронулся до её раскрытой ладони.
 
Поток темной энергии тут же хлынул в меня, стоило только к ней потянуться. Напор неожиданно оказался столь мощным, что я едва успел выдернуть руку, а камень в моей на ладони превратился в пыль, разлетевшуюся по небольшой комнатке.
– Ну что ж, никто не говорил, что будет легко, – задумчиво выдохнул, разглядывая внезапно огрубевшую кожу на руке, сквозь которую вновь начали пробиваться шипы.
– Не больно? – участливо спросила Фелики, с большим интересом разглядывая очередную метаморфозу.
– Нет. Ещё раз попробуем. Только теперь постарайся сдержать энергию, не выплёскивай всю сразу, – в моих пальцах появился очередной камушек.
– Легко сказать. Когда ты ко мне прикасаться, возникать ощущений, что какой‑то водоворот затягивает.
– Сопротивляйся.
– Совершенно не хотеть, – виновато улыбнулась девушка. – Стоит только ощутить, что давление пропадать, хочется отдаться этому ощущений полностью.
– Сопротивляйся, – уже с нажимом повторил я, вновь касаясь Фелики. Спустя пару секунд меня опять накрыло волной энергии, а камень в руках распылился в мгновение ока.
– Ещё раз! Терпи! Почти получилось, повтори!
Я уже потерял счёт попыткам перенаправить тёмную энергию, рвущуюся наружу из Фелики, впав в какой‑то транс и подсознательно отмечая, как приходит и уходит Ростислав и как в комнате становится все темнее.
Очнулся же, когда понял, что почти не ощущаю напора силы от Фелики. Посмотрел на неё. Прикрыв глаза, девушка находилась в полубессознательном состоянии, но при этом счастливо улыбалась.
Поднявшись с пола – бедный стул все‑таки не выдержал моего веса, – поправил наброшенное, словно плащ, одеяло.
Одежда не перенесла одной из трансформаций и окончательно пришла в негодность. Поэтому, чтобы лишний раз не смущать гостью, пришлось укутаться в двуспальное покрывало.
– Фелики, ты как? – прорычал я из‑под костяного щитка, что сейчас закрывал большую часть моей морды, значительно сужая обзор.
– Я его не слышать. Почти не слышать. Лишь где‑то то на грани сознаний. Как же спокойно… – последние слова она уже договаривала, уткнувшись лицом в пыльную подушку и растянувшись на кровати, громко сопя.
– Сон – это хорошо, сон – это правильно, но не в таки же условиях, – пробормотал я, окидывая взглядом комнату. – Кажись, здесь бригада магических уборщиков нужна.
Стены покрылись серым налётом, который, если на него пристально смотреть, начинал шевелиться. Вокруг лампы под потолком кружилась тьма, почему‑то изредка превращаясь то в бабочку, то в волка.
– Ладно, придётся тебе вновь переехать, – подхватил девушку и на вытянутых руках, стараясь не отрезать чего‑нибудь лишнего, вынес наружу. – А поселю‑ка я тебя поближе к выходу.
– Прям как в сказке! Красавица и чудовище, – услышал я ржущего Глухова, когда, уложив Фелики, пытался закрыть дверь когтями.
– Падла! – обломок ручки, срезанный когтём, упал к ногам. Или все же копытам?
– Давай уж лучше я, – Ростислав, подвинув меня в сторону, ну как подвинув, я сам отошёл, чтобы он ненароком на шипы не напоролся, аккуратно прикрыл дверь. – Вымахал ты, однако.
– Ага. Ощущение, словно в консервную банку залез. Тесно, неудобно и душно.
– Зато мощно. Есть будешь или спать пойдёшь?
– Если только с ложечки покормишь, – я вновь продемонстрировал ему лапы.
– Мне за такое не платят, – «съехал» сыщик, – а вот кружку я побольше найду и кофе налью. Даже бесплатно.
– И на том спасибо, друже…
В столовой наткнулся на грустное приведение. Граф, приняв форму человека, сидел, упершись локтями в стол и внимательно разглядывая узор на столе.
– И так он с момента твоего уединения с Фелики. – Плеснув кофе в маленький стаканчик, Глухов поставил его перед призраком. Тот встрепенулся и поднял голову.
– Как она? Я почти её не ощущаю, – растерянно озирался Граф.