Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ)

Главное только понять, чего именно она добивается?
— Увы. Всё кануло в небытие. Поэтому, я прошу вас отнестись с пониманием.
— Конечно-конечно! Я всегда стараюсь войти в положение. — Ксения присела на краешек стола: — Но сейчас я прибыла далеко не из-за своей досады и разочарования злым роком судьбы. Я совершенно неправильно поняла ваши намёки в тот день, когда мы встретились впервые после очень долгой разлуки.
— А мы разве виделись раньше? — уточнил я. Что-то воспоминания бывшего хозяина тела упрямо молчали по поводу данного момента.
— Конечно! — нагло соврала Ксения: — Мы виделись, когда вам только-только исполнилось шесть. Всё это время я только о вас и думала! — ох… а вот тут она, к великому сожалению, сказала правду: — Когда мне рассказали о том, что вы впали в кому — я была разбита!
— Погодите… А, почему мы с вами встретились лишь единожды?
— Я долгое время училась за границей. — и вновь правда. Интересно. Эта игра начинает меня интриговать: — А, когда мне рассказали, что вы очнулись, то я даже почувствовала вину… Ведь за все три года вашей болезни, я приходила лишь дважды. Родители были очень против этого! Говорили, что вы — живой труп. И обратно уже не выкарабкаетесь. Но я верила! Правда, Беллз?
— Правда. — ответила высокая блондинка. Её глаза, почему-то, вдруг округлились, а из волос поднялись белые кошачьи ушки. Она резким рывком прыгнула к дивану, и радостно произнесла: — Попался! Мохнатый толстяк… Ну, и отъелся же ты на хозяйских харчах!
— Это не я!!! — возмущённо взвизгнул Семён: — Это… Торшер!!!
— Конечно. Торшер и мохнатая кошачья задница — это ведь такие похожие вещи. Оп! — Беллатрис вытащила застрявшего кота из дивана, словно пробку из бутылки шампанского. Только звонкого «чпока» не хватало для полноты картины.
— Господи!!! Не надо!!! — выдохнул Семён.
— Господи? Не думала, что ты всё ещё считаешь меня своей богиней. Но скрывать не буду — мне приятно… Какая милая рубашечка! Это тебе хозяин подарил? — Белла взяла кота, словно маленького ребёнка, и принялась наглаживать.
— Взял со скидосом… На «Алике».
— Вижу, твоя любовь к китайским безделушкам всё ещё процветает. — томным голоском ответила Беллатрис.
— Тебя это волновать не должно! У-у-у-у-у-у-у! — взвыл кот.
Блондинка показала жуткие красные когти, которые сейчас были в моде у молоденьких девиц. На мгновение мне показалось, что из Семёна сейчас вытащат все внутренности. Действительно, не слишком ли много себе позволяет эта девушка-кошка?
— Если вы причините моему фамильяру вред… То наш разговор будет уже совсем в других тонах. — строго предупредил я.
— Вред? — удивилась блондиночка: — Даже и не собиралась. Всё-таки… Нас с «Семёном» связывает слишком много общего. Для меня он явно нечужой человек. Даже не смотря на всё то, что он сотворил в прошлом…
С этими словами, Белла запустила когти в мех кота, от чего тот дико затарахтел. Ну, прямо, как трактор!
— Нет! Не надо!!! Ты выставляешь меня в отвратительном свете перед всеми… — сгусток меховой тьмы в рубашке пытался сопротивляться, но внезапный кайфец оказался сильнее: — Пузико!!! Пузико!!! ПУ-ЗИ-КО!!! Божечки-кошечки…
— Помурчи. Давай же! — улыбнулась Белла: — Я же знаю, как ты любишь.
— Мур-мур-мур… Господи, стыдно-то, как…
— Хе! — радостно улыбнулась блондиночка, а затем стиснула мурлыкающего кота: — Так бы и съела! Булочка моя сладенькая!
Эм… Это было странно, но я ощущал столько тёплых чувств и эмоций от Беллы по отношению к Семёну. Невероятно! Я искренне верил, что они заклятые враги.
Но тут мне всё стало понятно.
Кошак, как типичная «королева драмы» — насочинял, какую-то дичь. Он, вообще, был тем ещё любителем приукрашивать. А сейчас казалось, что Белла просто была от него… без ума. Да, подкалывала. Часто говорила с издёвкой. Но это было явно, что-то типа мести за прошлое. Всё же, если верить их общим историям — расстались они со скандалом.
Однако, почему я не почувствовал этого в Полимаге?
Во-первых, там было слишком много молодых людей. Волны эмоций накатывали на меня, дестабилизируя определитель. И, надо бы учесть этот момент.
 
Сейчас по утрам я тренировал только энергетические атаки. Значит, стоило бы добавить ко всему и калибровку определителя. Любая слабость или неточность может сыграть против меня.
А во-вторых — у кошек слишком мало мышц на морде, чтобы показывать точные эмоции. Поэтому, было не сильно понятно, что именно происходит между двумя фамильярами.
Ибо один — свисток, что любит драматизировать. А вторую я увидел тогда впервые.
— Они такая милая парочка! Правда? — с очарованием произнесла эльфийка: — Но, я недоговорила по поводу прошлого. Да, мне стыдно, что я не сидела рядом с вами, когда вы в этом нуждались сильнее всего! Но в то время родители контролировали каждый мой шаг. Они имели возможность ограничивать мои передвижения! И мне правда очень стыдно за это… Я чувствую себя виноватой.
— Не стоит. — сухо ответил я: — Для меня по-прежнему странно и удивительно, что вы приходили в больницу. И, вообще… Давайте, ближе к сути. Зачем вы приехали?
— Как я уже сказала… — Ксения наклонилась ко мне: — Новость о том, что вы всё забыли — меня раздосадовала. Но это не значит, что контракт будет аннулирован. Я всё прекрасно понимаю! Кома — вещь страшная. Но я тут подумала… Вы так рьяно выступаете за свой завод. Хотите поднять его с колен, после долгого застоя. И это — похвально! Вы небезразличный гражданин Перми. Но учитывая ваше нынешнее экономическое состояние… восстановления займёт огромное количество времени. А это — лишения, нервы, потраченная молодость! Поэтому… я решила сделать вам предложение. Корпорация «МегаАрт» уже давненько следит за «Искрой». Это перспективное предприятие, из которого можно сделать настоящего автомобильного гиганта! Инвестиции превратят эту дыру в стоящее предприятие, которое будет приносить вам миллиарды рублей в год.
— Поглощение? — усмехнулся я: — Да, звучит очень привлекательно. Но проблема в том, что как только «МегаАрт» поглотит «Искру» — я останусь не у дел. Вы же превратите моё предприятие в акционерное общество. Сделаете меня генеральным. А затем посадите сюда свой совет акционеров. А мне, что? Ничего. Они могут начать процедуру увольнения в первые полгода, а затем вышвырнуть меня на мороз. Хочу ли я терять то, что моя семья строила почти восемьдесят лет? Думаю, ответ очевиден.
— О, нет-нет! Вы меня неправильно поняли. — улыбнулась Ксения: — Наш контракт — это доказательство экономической безопасности для Осокиных и Артовых. И для того, чтобы вы не переживали… мы — поженимся. Да! — глаза Артовой вспыхнули, словно две сверхновые: — Поженимся прямо сейчас!
В меня полетела целая буря самых разных эмоций. Тут была алчность. Жажда подавить меня, как мужчину. Жажда завладеть всем моим. Но… среди типичной жадности и неукротимых амбиций я ощущал… похоть?
Нет, это явно были не милые чувства подростковой влюблённости, как у Галчонка. От тех веяло солнцем и ромашковыми полями в лучах июльского заката. А тут… Передо мной, как будто, стоял сам Люцифер, мечтающий завладеть мной во всех смыслах этого слова.
А эта улыбка… Нет, это точно, что-то нездоровое. Ксения больше напоминала хищника. Но не страстную пантеру, как это было с Викторией. А настоящего льва-доминатора, который пришёл на охоту, и с пустыми клыками уходить точно не собирался.
— Простите, но вы слишком торопите события. — ответил я: — Вынужден вам отказать. По крайней мере — сейчас.
Очередной взрыв эмоций… Меня едва не снесло ураганом страсти и вожделения. Да, что с этой Артовой не так⁈
— Отказываете мне? — тяжко вздохнув, произнесла она, после чего дотронулась до моего лица кончиками пальцев: — Если вы думаете, что я не умею ждать… Вы плохо меня знаете.
Она не умеет ждать. Определённо.
— В этом и проблема. Я совсем вас не знаю! Поэтому, вынужден воспользоваться временем, которое указано в контракте, чтобы всё было честно.