Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ)

Семён вооружился бейсбольной битой. А мои рогатые рыцари — лопатами и пистолетами Лебедева.
Непоколебимость и жажда возмездия — вот наш слоган на сегодня. И, ничто не смеет нас отвлекать.
— Ваша Светлость! А можно селфи? — из толпы покупателей к нам выбежали молоденькие девчонки.
— Да. Не вопрос. — кивнул я, чувствуя, как энергия струится по моим венам.
Сфотографировавшись, мы продолжили своё шествие, ибо, как я уже сказал — ничто не смеет нас отвлекать. Ну, кроме моих последователей. Им всё же тоже иногда нужно уделять внимание, чтобы не разочаровались и не убежали.
Минус последователи — минус божественная сила. Всё просто.
Поднявшись на пятый этаж, мы принялись искать кабинет с номером 1:2. Сновавшие по коридору клерки с удивлением смотрели на нас. Хотя большинство просто здоровалось. Всё же, удобная штука — местный интернет.
— Вот они! — Семён подошёл к двери: — Давай, послушаем?
— К чёрту! — я открыл дверь и заглянул внутрь.
Небольшой кабинет был полностью забит столами, за которыми сидели ребята и активно представлялись сотрудниками полиции или министерства внутренних дел. Кто-то уже диктовал жертве точный путь к банкомату.
— Минуточку внимания! — я запрыгнул на первый попавшийся стол.
Звонари на секунду отвлеклись, но затем тут же вернулись к своим разговорам.
— Хорошо. — размахнувшись, я сломал нос первого попавшегося ублюдка носком ботинка. После дикого крика и дёрганий на полу, все присутствующие, наконец-то, осознали, что дело действительно требует их внимания.
— Во! Так-то лучше. — заключил я, и столкнув на пол компьютерный монитор, перешагнул на следующий стол: — Господа! Попрошу отвлечься от разграбления мирного населения и указать мне начальника данного офиса.
Все без зазрения совести указали на худощавого и крайне неприятного на вид мужичка, который тут же испуганно прижался к спинке стула.
— Отлично! Так… — один из сотрудников попытался выбежать из кабинета, но путь ему перегородили мои бойцы: — Ребят… Свяжите им руки. И ноги! Так… Тут есть скотч?
Один из сотрудников протянул мне непочатый рулон.
— Благодарю. Тебя мы просто измалюем. Так сказать — приукрасим личико. Ты же знаешь, что шрамы украшают мужчину? Так вот. — я протянул скотч рогатым бойцам, которые принялись заламывать руки сотрудников и связывать их: — Начиная со вчерашнего вечера — ваша организация имела наглость звонить мне и сообщать о том, что мои деньги в опасности. Я — человек занятой! И выслушивать враньё по телефону — не намерен. К тому же, я ждал важного звонка. А вместо этого, слушал… враньё по телефону. Ты! Начальник. Как тебя зовут?
— Артём… — испуганно ответил носатый.
— Так вот, Артём. Прежде, чем мы устроим суд… Я хотел бы узнать, зачем вы всё это делаете?
— Это не мы! Мы… просто наёмные сотрудники!!! — начал оправдываться он.
— То есть, это не вы совершаете звонки и разводите народ? Или вы сами себя не слышите? — поинтересовался я.
— Мы никого не заставляем! — заныл лидер жуликов, когда боец уже начал связывать его руки скотчем: — Они сами ведутся… Сами бегут переводить деньги! Это же… Просто естественный отбор! Умный человек на такое, никогда не поведё…
Договорить я ему не дал, поскольку быстро прыгнул и вломил коленом в лицо. Лидер жуликов взвыл, а затем склонил голову, сплюнув на стол кровавую кляксу.
— То есть, охотничий капкан, по-твоему — тоже часть естественного отбора? — злобно спросил я.
— Только идиоты поверят в это… А идиотам деньги не нужны… Не заслужили…
— Правда, что ли? — я схватил Артёма за затылок, а затем приложил об стол: — Выходит, тебе они тоже не нужны. Так, что ли?
— Мы просто наёмные сотрудники… — захныкал лидер жуликов, сплёвывая кровь.
— Это я уже понял. — размахнувшись, я врезал Артёму по ушам с такой силой, что хрящики издали изящный «хрусь»: — И с вашими хозяевами я тоже разберусь. Просто… мне вот одно не даёт покоя. Как вы засыпаете после рабочего дня? Вы же крадёте последнее… И ладно, если бы атаковали богачей. Так, нет же… Я специально посмотрел статистику обращений в полицию. И семьдесят девять процентов — пожилые люди. Я не знаю, какой тварью надо быть, чтобы красть у немощных стариков. Серьёзно!
 
— Мы не виноваты… — выдохнул Артёмка, за что тут же получил кулаком в глаз.
— А, кто виноват? Нет, мне правда интересно! Вас тут силком держат? Нет. Вы сами пришли на эту вакансию! Вакансию разводил… — я перепрыгнул на следующий стол: — И знаете, что в этой ситуации самое отвратительное? У вас же был выбор! Но вы сами решили пойти сюда. Знаете… у взрослых людей появляется такая интересная штука, как ответственность за поступки.
— Боже, не надо… — взмолился пухлый очкарик, что испуганно вжался в кресло.
— Даже если вы пришли сюда по ошибке… Можно встать и уйти! Никто не мешает. Но вы этого не сделали. Вы целенаправленно пришли сюда уничтожать чужие жизни. — надменно произнёс я: — Но сегодня — воистину великий день! Борис… Закрой дверку на ключик.
— Да, Босс! — здоровенный баран щёлкнул замком.
— Так вот, сегодня — великий день! Ведь я покажу вам, что бывает с теми, кто встаёт на кривую дорожку… Вы почувствуете ВСЮ суть ответственности за свои поступки. — спрыгнув вниз, я вонзил остриё фомки в колено звонаря.
Крики. Сопли. Слёзы. Мольба. Обещания, что больше так не будут… А, больше и не надо.
Сперва я думал, что мои боевые парнокопытные испугаются, и подобно Захару, защемятся в углу, а по приезду мгновенно напишут «по собственному». Однако, они активно принимали участие в переламывании пальцев, ударах по голове, узорчатой резьбе по коже мошенников и прочих прелестях «актов добра и любви».
Правда, где-то на середине мероприятия в дверь начали стучать.
Стерев чужую кровь со щеки, Семён аккуратно подошёл и выглянул в коридор.
На пороге стояли взволнованные девчонки. Судя по всему — операторы из сервисного центра, что расположился в соседнем кабинете.
— Что у вас тут творится? — испуганно спросила одна из них.
— Вот… С мошенниками беседы ведём. — уверенно ответил фамильяр.
— Мошенники? — удивилась девушка-оператор.
— Ага. Которые притворяются полицейскими и просят деньги перевести. — ответил один из бычков, что стоял неподалёку с окровавленным парнем в руках.
— У меня мать в прошлом месяце на пятнадцать тысяч развели! — воскликнула вторая девчонка, и зайдя, начала пинать первого попавшегося звонаря.
Её коллеги переглянулись и присоединились к нам.
Девушки — создания эмоциональные. И то, что они, не имея дворянского титула, вполне могут загрести в тюрячку за намеренное нанесение серьёзных телесных повреждений, судя по всему, их не особо волновало.
В общем, мы продолжили «акт любви и добра».
К нам заходили таксисты. Курьеры из службы доставки. Какие-то ребята в ярких тряпках, представившиеся некими «буддистами». Молоденькие девочки-тренера из детской гимнастической секции «Облачко». Бабули из общества глухих. Охранники торгового центра. Продавцы из некоторых отделов. А также парочка репетиторов из школы английского языка на следующем этаже.
И каждый из них радостно участвовал в акте нанесения «любви и добра». Я и не подозревал, насколько эти твари всех достали.
Но те, кто «наносили любовь», как правило, делились своими историями. Эта зараза коснулась очень многих. И ведь реально — обдирали до нитки!
— Извините… — когда мы уже закончили, в кабинет заглянула бабушка-уборщица: — Мне сказали, что тут ведут «беседы» с мошенниками? Я тоже хочу! Двадцать тысяч украли, сволочи!
— О… Простите. — с сожалением вздохнул Семён: — Но мы уже их всех «отбеседовали».
— Эх… — бабуля стала совсем грустной, а избитые мошенники с облегчением выдохнули своими ломанными носами.
— Погодите! — я поднял вверх указательный палец: — Ещё не всё. Мы же их… не посолили.
— Точно! — фамильяр ударил себя по лбу: — Как я мог забыть⁈
Бабуля тут же расцвела, а полудохлые звонари взвыли. А потом ещё раз. И ещё разочек… На посошок, так сказать.