Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ)

— Нет. Давай про научный прогресс в области биологии…
На этом «чудесный» фильм благополучно закончился, оставив охотников в полнейшем замешательстве.
— Дим… — Тигра посмотрел на Парацетамола: — Это, что за хрень мы только что посмотрели?
— Судя по всему, кто-то перед уходом решил поставить «запрещёночку», в надежде, что всё это уничтожат. Видишь весь этот мусор? Комплекс явно покидали в спешке. И, почему его в итоге не уничтожили… И, что важнее — почему его до сих пор не нашли — крайне хорошие вопросы! Но фильм интересный… Надо бы показать его Мерлину. — охотник сдвинул два стула, и поднявшись на них, аккуратно вытащил плёнку: — Лишним не будет…
Из коридора послышался грохот, как будто упал шкаф с посудой.
— Он рядом! — Тигра тут же выбежал из «Комнаты обучения»: — Давай шустрее!
— Бегу… — Парацетамол вышел следом: — Надеюсь, этот комплекс не слишком большой.
— Был бы большой — его бы уже давно нашли. Идём! — Тигра пробежал рысью метров двести, пока не упёрся в деревянную дверь с очередным электрическим щитком: — Думаешь, он тут?
— Очевидно. Других-то дверей нет.
— Действительно… — Тигра открыл щиток и дёрнул небольшой рычаг.
За дверью тут же послышалось бульканье и стрёкот ламп дневного света.
Заглянув внутрь, Парацетамол обомлел:
— Твою ж мать…
— Что там? — Тигра так же вышел и оказался на мостике: — Действительно… Но тут не только мать.
Перед охотниками распростёрся огромный лабиринт с кучей различных отсеков и кабинетов. Это был здоровенный исследовательский грот площадью в несколько квадратных километров!
Куча различной брошенной техники поросло паутиной и пылью. Всюду бегали стайки крыс. Но, что самое интересное — над всем этим комплексом нависала огромная металлическая Земля, континенты которой, вместо названий стран были подписаны фамилиями.
Осокин, Коновалов, Артов и Князев. Словно четыре человека поделили между собой весь мир.
— Ву-р-х-х… — послышалось, откуда-то сверху, и прохладный женский голос объявил: — Добро пожаловать в биоинженерный комплекс «Арес»! Самое большое научное чудо в Европе. Сейчас к вам подъедет специальный транспорт. Огромная просьба — не выходить за жёлтую линию. Дальнейшие указания вам поступят от научного руководителя. Инициатива «Объект Восемьсот одиннадцать» активирована! Наружные фильтры запущены.
К охотникам со скрипом подкатило, что-то типа фуникулёра.
— Знаешь… — обречённо вздохнул Парацетамол: — Сдаётся мне, до пяти мы точно не управимся.
* * *
Не даром говорят, что чужая душа — потёмки. Только в данном случае, это были не типичные сумерки, а настоящий непроглядный космический мрак. Галактика, внутри которой, почему-то не вспыхнули звёзды.
Виктория стояла напротив меня и очень дружелюбно улыбалась. Но я чувствовал фальшь… Ревность так и сочилась из неё обильными потоками.
— Что такое? — поинтересовался я, откинувшись на спинку кресла.
— Отдел Эйчар подготовил для вас подборку всех кандидатов на пост охраны. — рыжуля услужливо положила передо мной мощную папку с личными делами.
— Спасибо, но пока не актуально. Сохраните их до лучших времён.
— Правда? — удивилась Виктория, а затем взяла один из моих стикеров для записок и принялась, что-то выписывать: — В таком случае, я запишу тех, кого стоит взять на карандаш.
— Сразу видно — профессионал! — хмыкнул кошак, с интересом наблюдая за всем происходящим.
Любопытство вперемешку с непониманием и лёгким волнением заполонило всю комнату. Эти эмоции исходили от Галины и Иришки.
— Вот. — Виктория протянула мне записку, на которой было следующее: «Пора расставить все точки над „и“. В пятницу встречаемся в „Кёртис“ в десять часов вечера!»
— М-м-м… — я с сомнением посмотрел на рыжулю, а затем вновь на стикер: — Интересное предложение.
— Так, что вы ответите? — Вика буквально испепеляла меня взглядом.
Кабинет тут же заполнился кипящей ревностью. Я тонул в ней, как Т-800 в расплавленном металле в финале «Судного дня». Осталось только большой палец показать перед тем, как затону…
 
Стоит мне согласиться, как произойдёт эффект снежной лавины, в которой пострадают все.
Кот тоже всё понял, и вытащив из квантового кармана два маленьких там-тама, принялся ещё больше накалять атмосферу, быстро молотя по ним передними лапками. Мохнатый мерзавец!
Но всё-так…
Земные девушки — существа сложные. То они пытаются тебя игнорировать. То внезапно пытаются привлечь внимание. Я такого не понимаю. А значит — не могу спрогнозировать.
И если я не могу спрогнозировать, значит не стоит связываться.
Посему — Вика совершает большую ошибку, что видит во мне подростка, падкого на любой подобный призыв. И я обращу это в свою пользу.
— Да. Интересное предложение, но уже не актуально. — я отодвинул стикер в сторону.
Рыжуля продолжала дружелюбно улыбаться, но в её глазах теперь отражалась обида. Причём — на саму себя. Во-первых, она явно не ожидала такого резкого отказа. Во-вторых — прекрасно понимала, что могла задеть моё мужское достоинство своим поведением.
Стоит понимать, что сейчас я её руководитель, а не мальчик из ночного бара. И, что-что, а поддаваться эмоциям на работе — явно лишнее.
Ревность ревностью, а любому мужчине стоит в первую очередь думать о сохранении своего лица в подобных ситуациях.
Зато со стороны Галины и Киры почувствовалось облегчение.
— Что ж… В таком случае — желаю хорошего дня! — выдохнула Вика, и резко развернувшись, направилась к выходу.
Галина виновато улыбнулась, и кивнув мне, проследовала за рыжулей. Интересно, зачем наша звезда всея бухгалтерского учёта вообще приходила?
А Иришка сияла, как истинная королева бала! Победительница этого напряжённого матча, в котором у меня попросту не было иного выбора.
Пришлось досиживать до конца рабочего дня под влюблённым взглядом шпионки…
— Мы готовы? — поинтересовался Семён, когда я сел в «Бумер».
— Готовы. — кивнул я, проверяя наше вооружение.
Удобно, когда у тебя есть свой элитный взвод, которому можно под шумок подложить свои магазины на подзарядку. Никто, ничего и не заметит!
— Прекрасно. — фамильяр махнул дедушке, который сидел на КПП, и мы благополучно покинули территорию завода: — С Викой ты не перегнул?
— Нет. — спокойно ответил я: — Подобные вопросы решаются не в рабочее время. И я не пёс, чтобы по первому мановению бежать на подобный зов. К тому же, это исходило не от сердца, а от ревности к Иришке.
— Справедливо. — согласился Семён: — Что будешь делать дальше?
— Мне сейчас не до любовных игрищ. Нужно поднимать завод, а не думать о провокациях девчонок.
— Верное решение! Но ты же простишь её?
— Посмотрим. Всё будет зависеть от её решения. — я вытащил смартфон и пробежался по свежим новостям.
Казалось, что первый пермский гаргантюа заполонил весь интернет! И на втором месте полыхала Африка, одновременно терзаемая со всех сторон. В общем — ничего нового или интересного.
— Поесть заедем? — поинтересовался Семён, когда мы проезжали мимо «Мака» на Центральном рынке.
— После. Бегать с набитым пузом, как-то не хочется.
Припарковавшись за квартал от небольшого офисного здания, где восседал Канопус, мы с Семёном дождались темноты и перевоплотились в броники со шлемами.
— Что там по камерам? — поинтересовался я.
— Зашли в кабинет сорок три минуты назад. Больше не выходили. Ну, если, конечно, не решили сигануть из окна. Хе-хе… — ответил Семён.
— Что в самом здании?
— Чисто! Все уже ушли.
— Отлично! Тогда — действуем строго по плану. — холодно произнёс я, вставив магазин в ПП: — Никакой самодеятельности! Зашли, нейтрализовали охрану, ранили Канопуса, допросили, добили, вышли и подшаманили записи с камер. Понял меня?
— Я уж не совсем тупой…
— Ответь — ты понял или нет?
— Понял. — вздохнул фамильяр.