Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ)

— Я — не филинид. — злобно шикнул Семён: — Сколько можно повторять? Я ненавижу врать людям! И это — не мой настоящий облик. Я — взрослый мужчина! А это… Это долбанное проклятие…
— Врать не любишь? Ну-ну. — усмехнулся я: — Мы уважаем твои личные границы, но ты тоже с пониманием относись. И не шипи, почём зря! Тем более — на детей. У тебя же наверняка тоже есть наследники?
— Нет. — изобразив максимально кислую мину, ответил фамильяр: — У Беллы было бесплодие. А, когда целители научились его лечить, то мы уже… В общем, проехали. Не успел я наделать наследников. Чего тут обсуждать?
— Вы можете меня удочерить, Господин Семён! — предложила Карина: — Это только я с виду дикая… Но на самом деле — очень покладистая. Честно-честно!
— Ага. Это я уже заметил. — фыркнул фамильяр: — Да, только вот — хреновый из меня получится отец. Брак просрал… Ещё и ребёнка не хватало просрать. Пускай лучше тебя Фёдор Александрович удочерит! Он же у нас светило пермского прогресса…
— Сейчас всеку тебе. — рыкнул я.
— Кстати, да! — девчушка переключилась на меня: — Фёдор Александрович! Вы же дворянин и супергерой. Я буду вашей идеальной дочерью! И буду помогать вам в ваших невероятных делишках. А? Мы с вами будем, как Бэтмен и Робин!
— О, какие делишки? Моя жизнь — скучна и тосклива. Из развлечений у меня есть только дурацкий старый кот, который обожает всё портить.
— Это потрясающий кот! — поспорила девчушка: — Он тоже хотел идти спасать Марго.
— Вот видишь? — хитро улыбнулся Семён: — Это я фёдоровский Робин! А второго нам не надо.
— Надо! — настояла Карина: — Ты будешь… Альбертом. Вот! Он же тоже дворецкий?
— Я — фамильяр. То есть, по своей сути — безвольное существо, которое обязано беспрекословно выполнять любой приказ своего господина.
— Почаще себе это повторяй. — хмыкнул я.
— Да, сколько можно извиняться⁈ — возмутился Семён: — Сказал же — буду послушным! И детей ещё заведу… Ну, как проклятие спадёт.
— Правильно! Всё ещё впереди. — подбодрила Галина: — Ну, а вы… Ф-фёдор Александрович? Когда созреете на наследников?
Из уст нашего солнца всея бухгалтерского учёта в данном контексте эта фраза звучала, как предложение. Мне-то всё равно. Но вот юное тело выпускало огромное количество различных гормонов, от которых я… чувствовал проклятое смущение! Ненавижу подростков.
— Нужно встать на ноги. — дежурно ответил я: — Сперва, наладить работу завода. Потом отстроить достойное семейное гнездо. Ну, и найти достойную женщину, конечно. Как без этого?
— Пока вы всем этим занимаетесь — я стану совершеннолетней. — улыбнулась Карина: — А значит — маршрут перестроен!
— Ты смотри, какая ястребиха, а? — хохотнул Семён: — Но недальновидная. Дочь — навсегда останется наследницей! А жену можно спихнуть или прикончить.
— Да, на кой мне эти деньги? Сама заработаю! Я говорю — про любовь. Про совместное бытие. Семью! И про надёжность. Вот наша Марго всегда утверждает, что самый лучший мужчина тот — с которым надёжно. А наши из приюта… Без слёз и не взглянешь.
Дальше Карина рассказала ещё несколько умозаключений от мудрой, и вне всяких сомнений — опытной Марго. И, если честно, меня с этого ещё больше начало клонить в сон.
Форма подачи была хороша, спору нет. Просто идиотский человеческий организм, который, как мобильный телефон — нуждается в ежедневной подзарядке…
Пытаясь абстрагироваться от эмоций, фонтаном бьющих из Галины, я доехал до отеля, и попрощавшись с нашей закупочной группой, потопал спать.
Кстати, таинственная мотоциклистка благополучно исчезла. Видимо, спряталась.
Завалившись в номер, я внимательно проверил все возможные снайперские позиции, и убедившись, что номер находится в максимальной безопасности, рухнул на здоровенную кровать.
— Ай… — в ладонь впился Каринин степлер: — Тьфу ты… Забыл отдать.
Надо бы добраться до ванной, но нет… Юный организм заявил, что всё потом, и утащил мой разум в плен Морфея.
* * *
Сон вне режима — отдельный вид природного садизма!
 
После него — ты не просыпаешься, а воскресаешь. Чувствуешь себя растерянно. С ужасом оглядываешься по сторонам, пытаясь понять, где ты, что с тобой, и… какой сейчас год?
Судя по тому, что никто не гудел над ухом — кот ещё катался по закупу. А времени, между делом, уже семь вечера!
Хорошо, что я не поехал с ними… А-то превратился бы в вяленый овощ.
Заказав через «рум-сервис» обед (или уже ужин?), я тут же направился в ванную комнату. Нужно было смыть с себя этот отвратительный запах дыма и всю золу. И потом отдать костюм на стирку.
Поскольку жил я в императорском номере, то и купель тут была — во истину императорской! Сделанная из вулканического камня и с очень приятной и успокаивающей подсветкой.
Хороший номер! Нужно будет обязательно поставить ему «пять звёзд» в приложении.
И… Может быть остаться здесь до конца ремонта? Почему, нет?
Для того, чтобы окончательно прийти в себя, мне необходима чашечка бодрящего кофе. Но «рум-сервис», что-то не сильно торопился. Я уже успел полностью привести себя в порядок и приготовить спортивный костюм для сдачи в прачечную, как в дверь, наконец-то, постучали.
— Хвала небесам… — выдохнул я, и хотел было открыть, но тут же почувствовал уже знакомый аромат хладнокровия и желания убивать.
Либо у горничной несколько маленьких детей, либо меня поджидают профессионалы. И чует сердце, что промедление хоть на одну секунду может крайне отвратительно обернуться.
Из оружия у меня был только… степлер. Пойдёт!
Аккуратно подойдя к двери, я спросил:
— Кто?
— Обслуживание номеров. — пробасил мужской голос.
— Секунду! — я тут же лёг на пол и начал принюхиваться. Сколько? Явно не один… Два? Нет. Нужно сосредоточится и разделить их эмоции.
Один явно раздражён. Второй жаждет убивать. И третий… У третьего я чувствовал дикое желание поскорее всё закончить и свалить. Прости, приятель, но это сильно вряд ли.
Поднявшись, я распахнул дверь, а затем использовал энергетический толчок.
В коридоре послышались ругательства и недовольное пыхтение.
Выскочив из номера, я схватил первого — худенького парнишку в наскоро напяленной форме официанта. Он тут же принялся размахивать металлическим прутом, в надежде отбиться от меня.
Схватив убийцу степлером за щеку, я резко дёрнул на себя.
Кровь чёрно-красными кляксами брызнула на паркет, а парнишка неистово заверещал. Ударом ноги выломав ему колено в обратную сторону, я выхватил металлический прут из его рук, а затем всадил ему прямо в плечо.
— Отдыхай… — произнёс я, толкнув убийцу в свой номер.
— ТВАРЬ!!! — рявкнул пухлый, но тут же получил в грудь ногой и отправился на встречу со стеной.
Третий, самый крупный и высокий, попытался ударить меня металлической трубой, но попал в дверной косяк. Зарядив ему ногой прямо в пах, я вставил степлер в его рот и ухватил за язык. Киллер начал мычать, размахивая руками.
— Да не мельтеши! — рыкнул я: — Хуже будет!
Здоровяк попытался ударить меня, но я резким движением дёрнул степлер на себя.
Киллер заорал не своим голосом, отплёвываясь от крови. Ох, чует сердце — сейчас сбегутся зеваки.
— И ты отдыхай. — я схватил здоровяка, а затем затолкнул к себе в номер.
Пухляш к этому моменту уже очухался и выхватил пистолет с глушителем, искренне надеясь расстрелять меня в упор.
Сделав выпад, я перехватил руку киллера с оружием. Пухляш пыхтел, рычал и пытался подавить меня своим весом, но ничего не вышло. Вместо этого, он закричал, а я попытался вывернуть его кисть. Но пухляш с рыком попытался высвободиться… Однако вместо этого, просто выпустил пять пуль, порешив своих и без того настрадавшихся коллег.
— Доволен? — поинтересовался я и зарядил пухляшу лбом в нос.
Тот заорал так, что пришлось дать ему смачного леща, а затем закинуть в номер к его безжизненным коллегам, что уже во всю гадили кровью на, некогда чистый ковролин.