Спасение (ЛП)

И все же, я ничего не могла с собой поделать, мне нужно было знать, поэтому я решила поделиться:
— Спрашиваю только потому, что Эдди меня тоже немного пугает. Он полицейский, говорит, что сегодня вечером у него «назревает одно дельце». Не знаю, какое именно, но звучит не очень хорошо. От этого я дергаюсь. Как ты справляешься с таким беспокойством?
Явно не думая, что я любопытна, Инди пожала плечами и ответила:
— Я его люблю.
Вот так просто.
Хотя, полагаю, этого было бы достаточно.
Мы поехали к Эдди, чтобы забросить мою сумку, Ли снова провел процедуру «обход/все чисто».
Я вытащила то, что собиралась надеть вечером, а потом мы отправились к Инди и Ли.
Мы с Инди наряжались в их спальне. Ли молча принес нам пряный ром с диетической колой, а затем исчез. По тому, как он это сделал, я начала понимать, почему она его любила (кроме того факта, что он был горячим). Не потому, что он приносил ей выпивку (что было мило), а потому, как он это делал. Не спрашивая, не придавая поступку большого значения, и это было мило с его стороны. Невероятно круто, и в глубине души я надеялась, что когда-нибудь и у меня будет нечто подобное. Мне нравилась Инди, и я была рада, что у нее это уже есть.
Во время сборов мы разговаривали и хихикали, и, клянусь, мне казалось, что я вернулась в старшие классы, готовясь пойти на танцы в спортзал.
У меня не нашлось ничего блестящего, поэтому Инди одолжила мне блестки, чтобы нанести их на ключицу, и крем, от которого сияли скулы. Не так уж много блеска, но этого должно было хватить.
Я выбрала шелковую фиолетово-серую тунику с низким разрезом у горла, который, при верном повороте, мог бы дать намек на декольте. В остальном она была довольно скромной (я купила ее сама), с длинными рукавами, которые к концам чуть расширялись. Что делало ее скорее скромной, чем совершенно скромной, — это два разреза по бокам, примерно на два дюйма выше, чем положено, тем самым, показывая немного кожи.
С туникой шли джинсы и черные туфли на плоской подошве (на всякий случай, если мне придется бежать). Я сильно накрасилась, не совсем как к «Смити», но и не в моем повседневном стиле, и особое внимание уделила волосам, придав им знойный вид.
Я считала, что выгляжу нормально, хотя говорить тут было не о чем. В джинсах я чувствовала себя надежно и надеялась, что Дейзи не станет придираться.
Видите ли, джинсы в Денвере считались универсальной одеждой. В приглашении может быть написано «полуофициальный дресс-код», и на вечеринке будут люди в джинсах. Таков обычай Скалистых гор. Истинный житель Денвера надел бы джинсы на встречу с королевой Англии, и каким-то образом справился бы с задачей.
Как только мы вышли из спальни, то обнаружили, что Ли не только исчез, Ли исчез, оставив записку. Итак, мы направились к Тоду и Стиви, Дейзи уже была там, пила коктейль, играла с Чаулиной, и вы едва могли разглядеть синяк под ее тональным средством.
Еще одно доказательство того, что Дейзи была крутой, — я никогда не смогла бы скрыть синяк под глазом и при этом выглядеть так хорошо, как она.
Стиви и Тод работали бортпроводниками, сейчас Стиви находился в рейсе и не должен был вернуться до рассвета, что означало, что Тод остался один.
При моем появлении глаза Тода стали огромными.
— Девочка, ты — Королева Хамелеонов. Каждый раз, когда я тебя вижу, ты выглядишь по-другому.
Я улыбнулась.
— Это хорошо?
— Да, черт возьми, хорошо. Ты классно смотришься в этой тунике, лишь стоя в моей гостиной. Когда же выйдешь за дверь, мир остановится.
Дейзи улыбнулась мне.
— Видишь? — спросила она, словно одобрение Тода доказывало ее правоту.
— Он — гей, — напомнила я.
Тод переводил взгляд с меня на Дейзи.
— Какое отношение моя сексуальная ориентация имеет ко всему этому? — поинтересовался Тод.
Дейзи повернулась к нему.
— Она не считает себя такой. Думает, что она Просто Джет и скучная.
Тод посмотрел на меня круглыми глазами.
— Итак, ты великолепна и даже не понимаешь этого, — это тоже классно.
 
Раздался звонкий смех Дейзи.
— Чертовски верно, сахарный мой!
Затем они дали друг другу пять.
Боже милостивый.
— Кто за рулем? — спросила Инди.
— Я выпила только один ром с колой, могу сесть я, — вызвалась я.
— Я так не думаю, — возразила Дейзи. — Тебе нужна жидкая храбрость, чтобы встретиться лицом к лицу со своим папочкой. Этот коктейль — мой последний, я сяду за руль.
Появилась Лотти. Мы познакомили ее с Дейзи, и между Дейзи и Лотти за пять минут, пока они делились историями об операциях по увеличению груди, образовались крепкие узы.
Мы заказали китайскую еду, поели, выпили и стали ждать.
Мы не хотели заявляться на место нашего последнего преступления слишком рано, и Ширлин сказала Дейзи, что папа обычно садится за стол позднее.
В одиннадцать тридцать мы начали собираться выезжать, но затем Тод остановился на кухне как вкопанный.
— Не-не-не, я пытался, действительно пытался, но не могу. Сейчас вернусь. — Затем убежал вверх по лестнице.
Мы все стояли на кухне и переглядывались. Он спустился с блестящими серебристыми шпильками с заостренным носком и тонким ремешком на лодыжке, который пересекался сзади, а также соответствующим ремнем. Он протянул мне ремень, а затем опустился передо мной на колени.
— Что ты делаешь? — изумилась я, когда он поднял мою ногу, снял черную туфлю и бросил ее в гостиную.
Чаулина стояла в дверях кухни, наблюдала за полетом моей туфли над своей головой, гавкнула, а затем шлепнулась на попку.
Тод обул мою ногу в серебристую туфельку.
— Я не поклоняюсь алтарю Сары Джессики Паркер и всему, что связано с «Сексом в большом городе», но не могу выйти в свет с горячей девушкой в черных туфлях на плоской подошве. Черные туфли на плоской подошве носят, когда тебе восемь и девяносто восемь, а не в промежутке между этим.
— Тод…
— Не-а! — отрезал он, выставляя руку ладонью вперед.
Я знала, что с Рукой лучше не спорить.
Так что, если что-то случится и я не смогу убежать, по крайней мере, умру разодетой в пух и прах.
* * * * *
Добравшись до места, мы направились сразу в бар, и я оглядела толпу в поисках каких-либо признаков Дариуса или сердитых чернокожих женщин.
К счастью, горизонт был чист.
К нам подошел бармен.
— Ширлин сказала подождать, пока она не подаст вам знак, — сказал он Дейзи, и Дейзи кивнула.
Затем она повернулась ко мне.
— Ты готова, сладенькая?
Нет. Я не была готова. Мне многое нужно сказать папе, но я понятия не имела, как это сделать. И, вообще, какое это имеет значение? Винс все равно от меня не отстанет. Я просто воспользуюсь моментом.
— Готова, как никогда, — сказала я ей.
Она сжала мою руку.
— Это моя девочка.
Вся наша компания повернулась к бару, чтобы заказать напитки, и я положила клатч рядом.
— Угостить тебя выпивкой? — услышала я вопрос мужчины, и повернулась на голос. Мой взгляд наткнулся на четко очерченную ключицу и мускулистую шею в распахнутом вороте темно-синего хенли, поэтому подняла глаза вверх.
Там стоял Мейс.
— Скажи «да», а затем сделай вид, что флиртуешь со мной, — ласково приказал он.
Мой желудок сжался, и я проигнорировала его инструкции, потому что пребывала в каком-то минибезумии. Мейс мог вывести из себя любую девушку, особенно заставляя ее флиртовать с ним и, особенно, говоря с ней ласково.
— Что? — тупо спросила я.
Он отвел взгляд и кивнул бармену.
— Два пива, — сказал он.
Я отбросила прочь панику и наклонилась к нему.
— Что ты здесь делаешь? — прошептала я.
Он обогнул меня, становясь ближе, отрезая от моей компании и заставляя повернуться спиной к залу. Прислонился к стойке бара, выглядя для всего мира, как парень на охоте, а я была его добычей.
— Ли получил весточку, что сегодня вечером кое-что случится, поэтому собрал команду.