Спасение (ЛП)

Я должна была держать себя в руках, ради мамы, ради Лотти, и у меня не было времени на мечтания, когда я заботилась обо всех нас. Когда мама оправилась от удара, она все еще нуждалась в помощи. К тому времени, как Лотти уехала в Лос-Анджелес, я уже привыкла к тому, как обстояли дела, и это было удобно, так зачем же что-то менять?
— Вечеринка, — сказала мама, — как раз то, что нужно.
Я не могла подвести маму. Никогда не могла. Такой уж я была.
Она заставила меня испечь ее знаменитые бисквиты с шоколадной крошкой и карамелью и взять их с собой. На это у меня тоже не было времени, но в тот момент я была так измотана, что не знала, за что схватиться. Найти свободные пятнадцать минут, чтобы испечь бисквиты с шоколадной крошкой и карамелью для Инди и ее друзей, казалось наименьшей из моих забот.
— Мужчинам такое нравится! — добавила мама, когда я вошла в кухню, чтобы заняться готовкой.
Будто это стимул. У меня едва хватало времени побрить ноги, и где, по ее мнению, я найду время для свиданий.
В любом случае, бисквиты любили все, главным образом потому, что в них пять ингредиентов: смесь для шоколадного торта, масло, шоколадная стружка, сгущенное молоко и карамель. Эти ингредиенты могли сделать вкусным все, что угодно; я же не шеф-повар, в конце концов.
Я пришла на вечеринку, но с опозданием. На лице у меня была полная боевая раскраска, потому что Смити любил, чтобы его девушки сильно красились, а это означало: дымчатый макияж, густо накрашенные ресницы, румяна и ярко-красная помада.
Оказавшись внутри дуплекса Инди и Ли, я уставилась на толпу, и единственное, о чем могла думать: где буду переодеваться в униформу клуба Смити. Мне не нравилось ходить в гримерку к танцовщицам, у меня и так было достаточно проблем с уверенностью, чтобы не сталкиваться с дюжиной идеально подтянутых, загорелых, улучшенных хирургами тел.
И я не могла заявиться на вечеринку в форме, ни за что, никогда.
Смити заставлял всех официанток носить красные микро-юбочки, черные топы, больше похожие на лифчики, с надписью причудливым шрифтом на груди «У Смити», а туфли могли быть красными или черными, ему было все равно, лишь бы каблук был тонким и высоким.
Времени у меня оставалось только на то, чтобы положить шоколадно-карамельные бисквиты на стол, найти Инди и Ли, поздороваться и попрощаться.
Кругом царила давка, люди сновали повсюду. Походило на хорошую вечеринку: все смеялись и разговаривали, музыка гремела, тут и там стояли миски с орехами кешью.
Орехи кешью — определенно, отличительная черта хорошей вечеринки.
Я обнаружила себя прижатой к обеденному столу, толпа окружали меня со всех сторон.
Затем рядом со мной протиснулся Эдди, спиной ко мне, держа за руку фантастическую блондинку.
Он меня не заметил, и я подумала, что успею улизнуть, когда с другой стороны стола подошли Инди и Хэнк, старший брат Ли (который, кстати, тоже был горячим, и полицейским и супер-милым). Увидев меня, Инди захлопала в ладоши и засмеялась, привлекая всеобщее внимание.
— Джет! Не думала, что ты придешь!
Текс неуклюже протиснулся к столу как раз в тот момент, когда Эдди повернулся в нашу сторону. Выражение его лица было довольно доброжелательным, когда он повернулся (хотя на нем читалось некоторое любопытство, или, по крайней мере, мне так показалось), но в ту минуту, когда он посмотрел на меня, он замер и уставился.
— Иисусе, женщина, посмотри на себя! — прогремел Текс. — Ты охрененно выглядишь. Стой ты за прилавком «Фортнума» в таком виде, у нас бы выстроилась очередь до гребаной двери!
Мне хотелось убежать. Я не желала, чтобы все пялились на меня.
Я перевела взгляд на Инди, чтобы извиниться перед ней, но тут Инди сказала:
— Ты испекла те шоколадно-карамельные штучки, которые собиралась принести?
— Да, вот они. — Я указала на бисквиты, а затем заявила: — Слушай, мне очень жаль, но мне нужно идти. У меня дела, и я не могу опаздывать.
— Горячее свидание? — спросил Текс, потянувшись за шоколадно-карамельным квадратиком.
 
Краем глаза я взглянула на Эдди, он все еще смотрел на меня, больше не застывшим взглядом, в его глазах много чего происходило, очень много. Просто ничего из этого я не могла понять. Я перестала коситься на Эдди, пытаясь делать вид, что не смотрю на него, и ответила Тексу:
— Не совсем.
— Жаль.
Текс откусил кусочек бисквита, дважды прожевал, и его глаза выпучились.
— Бл*ть! — заорал он, шоколад и карамель разлетелись у него изо рта. У меня сжалось сердце. Он выглядел так, словно у него вот-вот случится сердечный приступ, вызванный шоколадно-карамельным бисквитом.
— Текс! — закричала Инди. — Ты плюешься едой!
Текс проигнорировал Инди и уставился на меня.
— Это охеренно невероятно. Кажется, я, наконец-то, влюбился… в гребаный брауни!
Это было приятно услышать, особенно от Текса. Я улыбнулась ему во весь рот, забыв на секунду, что Эдди рядом.
Всего на секунду, потому что Эдди что-то пробормотал себе под нос, я посмотрела на него, все еще слегка улыбаясь. Затем поняла, где нахожусь, — примерно в четырех дюймах от Эдди Чавеса, — и улыбка исчезла с моего лица. Он все еще смотрел на меня, но теперь уставился на мои губы.
Я почувствовала, как у меня немного ослабли колени.
У меня на уме было только одно… спасайся, спасайся, спасайся!
Я повернулась к Инди.
— Спасибо за приглашение. Буду рада прийти снова.
Инди смотрела на Эдди, когда я разговаривала с ней, и я заметила, что Хэнк тоже смотрит на него. Затем взгляды Инди и Хэнка вернулись ко мне, и они оба как бы усмехнулись.
— Тебе всегда рады, подруга, — сказала Инди.
Было невероятно круто, что она сказала это мне, и я ей улыбнулась. Затем в давке позади меня образовался просвет, я начала уходить, но Эдди схватил меня за запястье.
— Джет, подожди, — сказал он.
Я посмотрела на свое запястье, потом на него. Я чувствовала его прикосновения повсюду, словно его пальцы нажали на выключатель, а я была лампочкой, и, включив меня, все тело ударило током.
Меня охватила паника, и я выдернула запястье. Если бы я этого не сделала, то бросилась бы ему на шею прямо на глазах у его спутницы. Почти уверена, что это было бы гораздо более унизительно, чем инцидент со стаканчиками.
Он выставил руки перед собой, ладонями вверх, и его лицо стало бесстрастным.
— Что? — спросила я, потому что не могла связать и двух слов. Даже если бы кто-то сказал мне, что есть способ вылечить мою маму, заставить ее ходить ровно и вернуть подвижность ее руке, я все равно не смогла бы сказать больше, чем «что».
— Забудь, — ответил он и отвернулся.
Вот тогда я сбежала.
* * * * *
Это была вторая оплошность. Третья — еще хуже.
* * * * *
Следующие несколько месяцев я избегала Эдди.
Довольно трудная задача, учитывая, что он, определенно, не избегал меня.
До вечеринки у Инди Эдди время от времени заходил, выпивал чашку кофе, болтал и уходил. После вечеринки у Инди Эдди заходил постоянно, брал чашку кофе, болтал и ошивался рядом, чтобы помучить меня.
Позвольте объяснить насчет Пыток Эдди.
Однажды мы с Джейн рылись в коробке с подержанными книгами, которые купила Джейн. Мы собирались расставить часть из них по полкам, но большинство отправились бы в корзину с книгами за один доллар.
Я сидела на корточках, на мне были джинсы с низкой посадкой и облегающая футболка сливового цвета с квадратным вырезом и длинными рукавами. Джинсы спустились, подол футболки задрался, полностью обнажив поясницу. Над входной дверью звякнул колокольчик, я обернулась и увидела, как входит Эдди в крутых зеркальных солнцезащитных очках, скрывающих его глаза. Он их снял, оглядел меня сверху вниз, и его взгляд переместился на мой зад.
Я тут же сказала Джейн:
— Давай отнесем это на прилавок. — И встала, поднимая коробку.
К сожалению, коробка весила тонну, и я отшатнулась назад, прямо на Эдди, которому каким-то образом удалось преодолеть шесть футов от двери до меня за этот короткий промежуток времени.