Спасение (ЛП)

Это было так приятно, мой рот оторвался от его, я закрыла глаза и втянула воздух.
Он поднял голову, и я открыла глаза, чтобы посмотреть в его глаза.
В них полыхал огонь.
Его указательный палец присоединился с большому, перекатив мой сосок между ними. Электрический разряд ударил прямиком в пах. Моя шея выгнулась дугой, я прикусила губу и, кажется, впилась ногтями ему в спину.
Он наблюдал за представлением, выражение его лица изменилось, на нем читался голод, а от его взгляда меня пробрала дрожь.
Другая его рука поднялась к футболке, стянула ее через голову, а затем ткань исчезла.
Его губы вернулись к моим губам, затем спустились ниже, пока не сомкнулись вокруг моего соска. Я погрузилась пальцами в его волосы, удерживая его голову, пока он ласкал языком, прикусывал и посасывал, затем я не выдержала и застонала.
Он вернулся к моим губам, и я целовала его изо всех сил, когда почувствовала его ладонь между ног, поверх трусиков, пальцы вдавливались внутрь.
Эдди приподнял голову всего на дюйм.
— Иисусе, Cariña, ты уже готова для меня. — Его голос звучал хрипло и одобрительно.
Несмотря на это, при его словах я застыла. Затем опустила руку, обхватывая его запястье и отводя ладонь в сторону.
— Нет, — запротестовала я.
Это было слишком унизительно.
В муках восхитительных сексуальных движений я забылась.
Забыла, что я Просто Джет, но наступит время, когда он поймет это, когда Девица в Беде Джет будет спасена, и в ней больше не будет ничего интересного. Я забыла, что он был Горячим Красавчиком Эдди, и его влечение ко мне не продлится долго, потому что, в конце концов, он поймет, что он не в моей лиге. Я забыла, что люди будут смотреть на нас и думать: «Что он с ней делает?»
Я забыла обо всем этом на мгновение. Но правда никуда не делась.
Всего два месяца назад он был с великолепной блондинкой.
Я не испытывала оргазма уже восемь месяцев и ни с кем не спала после Оскара.
Он был самым популярным мальчиком в школе, а я была девочкой в очках, брекетах и забавной одежде.
У нас ничего не выйдет.
Он вывернул запястье, освобождаясь от моей хватки, и его пальцы переплелись с моими.
— Не-а, Джет. Ты не можешь просто так закрыться от меня, — сказал он и пристально посмотрел на меня.
— Мне нужно идти на работу.
— Поговори со мной, — приказал он.
Я толкнула его в плечо другой рукой, помогая себе телом.
Он не сдвинулся с места.
Мы лежали лицом к лицу, кожа к коже, это было приятно, и внезапно мне захотелось плакать.
— Мне нужно идти, — сказала я немного отчаянно.
Он взял мою руку и зажал ее между нашими телами.
— Поговори со мной, — повторил он, на этот раз тихо.
Я уставилась на него.
— Мне нужно идти, — повторила я, на этот раз намного громче.
Не прерывая зрительного контакта, он поднес наши руки к своим губам и прикоснулся к ним. Затем прижал их к груди, и мне пришлось напомнить себе, что нужно дышать.
— Кто-то причинил тебе боль? — тихо спросил он, его взгляд стал странным, нежным и каким-то еще, чего я не могла разгадать.
Я моргнула, сбитая с толку.
— Что? — спросила я.
— Кто-то сделал тебе больно, прикоснулся к тебе так, как ты не хотела? — пояснил он.
Я снова моргнула, затем у меня перехватило дыхание.
— Имеешь в виду изнасилование?
Он не ответил, просто смотрел на меня.
— Почему ты так думаешь? — спросила я.
— В одну секунду ты распаляешься, а в следующую — холодна, как лед, и почти плачешь. Это, безусловно, объяснило бы, почему ты так осторожна. Cariña, я хотел бы понять, — он говорил на полном серьезе, и то приятное чувство снова поразило меня, но на этот раз оно было настолько сильным, что выбило из меня дух.
— Меня не насиловали, — тихо сказала я.
— Ты бы мне сказала?
— Тебе, да, — заверила я.
Я не осознавала, насколько Эдди напряжен, пока не ответила ему, и он не расслабился рядом со мной.
— Тогда скажи, что случилось, — попросил он.
— Дело не в этом.
— Тогда в чем?
— Ни в чем.
— Джет.
— Правда, Эдди, это ерунда.
 
Его брови сошлись на переносице, когда до него дошло, что я не раненая душа, а просто идиотка.
— Это не ерунда. Если бы это было ерундой, сейчас, вместо того, чтобы разговаривать, мы лежали бы примерно в том же положении, но твои ноги были бы обернуты вокруг моей спины. Это что-то серьезное.
Желудок скрутило.
Я проигнорировала это.
— Ничего серьезного.
— Черт побери, Джет, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, теряя терпение.
— Эдди, мне нужно на работу.
— Нет, ты должна поговорить со мной. Иначе я прикую тебя к кровати, пока ты не заговоришь.
Я уставилась на него.
— Ты бы этого не сделал.
— Испытай меня, черт возьми.
Ох… милостивый… боже.
Я снова уставилась на Эдди, пытаясь понять, поступит ли он так со мной.
Выражение его лица говорило, что поступит.
— Слезь с меня! — Я начала бороться с ним, но безрезультатно.
— Говори! — рявкнул он.
— У меня не было оргазма уже восемь месяцев! Ясно? — крикнула я. — А теперь слезь с меня!
Ага.
Вот на какую нелепость и смущение пришлось пойти девушке.
Он уставился на меня.
— Ты шутишь, — заявил он.
— Разве я стала бы шутить чем-то подобным?
— Я бы не стал шутить чем-то подобным.
Я уставилась на него.
Он ухмыльнулся.
— Это не смешно, — огрызнулась я, чувствуя себя безмерно глупо.
— Нет, ты права. Я просто рад, что, наконец-то, у тебя есть проблема, которую я могу решить.
Ой-ой.
— Не думаю… — начала я, но он снова поцеловал меня. Это был потрясающий поцелуй, много наших губ, зубов, языка, потом к делу подключились руки. Восхитительно, почти даже красиво.
Когда его рука снова оказалась у меня между ног, он не стал возиться с моими трусиками. Просто погрузился внутрь вместе с тканью, надавив пальцами и попав в идеальное место, и начал двигаться.
Это не заняло много времени. Как я уже сказала, прошло много времени, но у Эдди были талантливые пальцы, сильные и творческие. Я тяжело дышала ему в рот, крепко держалась за него, а потом это случилось.
И это было великолепно. Охрененно невероятно, и поверьте мне, определенно стоило того, чтобы употребить слово с буквой «х». Это стоило тысячи слов с буквой «х».
Закончив, я открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня одновременно нежным и удовлетворенным взглядом, хотя сам ничего от этого не получил.
У меня не было времени смущаться. Он перекатился через меня и стащил с кровати, обнял и тесно прижал к себе.
— А теперь я отвезу тебя на работу, — сказал он, наклонил голову и прикоснулся губами к моим губам. Затем отпустил, повернулся и пошел прочь.
Я стояла и смотрела ему вслед. У него была отличная задница, я месяцами оценивала ее в джинсах, но теперь могла видеть факт налицо, потому что на нем были только боксеры в бело-голубую полоску.
Кстати, Big Head Todd and the Monsters все еще звучали из проигрывателя.
* * * * *
Эдди припарковался позади «Фортнума», и я вышла из грузовика. Он сделал то же самое, поэтому я поспешила вперед, но мои сексуальные зеленые босоножки тормозили меня. Он догнал меня и взял за руку, так что мы вошли в магазин, держась за руки.
Инди, Элли и Текс — все стояли за прилавком с эспрессо, и при нашем появлении подняли головы. Инди и Элли взглянули на нас с Эдди и улыбнулись. Текс нахмурился.
У кассы стояла очередь из десяти клиентов, готовых сказать свои заказы.
— Кавалерия прибывает! — прогремел Текс. — Эти двое ни хрена не стоят за прилавком. Вернись сюда, Чокнутая.
Я начала идти вперед, но Эдди сжал мою руку, и я обернулась.
— Мне нужно на работу, — сказала я, наверное, в миллионный раз за утро.
Он приблизился ко мне и сказал:
— Хорошо, но сначала пообещай мне, что не пойдешь искать своего отца.