Спасение (ЛП)

Внезапно он оторвался от моих губ и прижал мое лицо к своей шее.
— Эдди? — прошептала я, прижимаясь к его коже, смущенная быстрой переменой, и мне это не понравилось (совсем).
— Твоя мама. Моя яичница, — вот и все, что он сказал.
Проклятие! Я совершенно и бесповоротно забыла об этом.
Более того, если бы я продолжила в том же духе, то снова опоздала бы к Инди.
Худшая дочь в мире и худший работник во вселенной. Если не разберусь со всем этим в ближайшее время, то останусь без обеих работ, и мы с мамой будем жить на улице, поедая пальцами кошачий корм из банок.
Я дернулась, спрыгивая с кровати, но Эдди схватил меня за футболку и дернул назад.
— Притормози, Chiquita, — остановил он, пол из-под моих ног ушел, и я приземлилась ему на колени.
Я посмотрела на него и полуистерично пробормотала:
— Мне нужно идти. Принять душ. Собираться на работу, а после работы я должна найти папу и разобраться с этим бардаком.
Я отталкивала его, чтобы встать, и мы устроили подобие поединка шлепками (ну, я шлепала Эдди, а он больше контролировал и защищался). Наконец, он схватил меня за запястья и зажал их между нашими телами.
— Джет, успокойся.
— Я не могу успокоиться. У меня дела, я не могу просто…
— Жить своей жизнью? — закончил он за меня.
— Вот именно! — я так обрадовалась, что он понял меня, что обмякла в его объятиях.
Его взгляд стал странным, и он покачал головой.
— Джет, ты не пойдешь искать своего отца. Если твой отец свяжется с тобой, ты позвонишь мне.
Я уставилась на него.
Я так не думала.
Настало время взять все в свои руки.
— Я должна разобраться с этим, Эдди. Если я этого не сделаю, то могу потерять работу у Смити, а она мне нужна. Смити — хороший парень, но у его терпения есть пределы, особенно, когда копы могут прикрыть его из-за меня.
Затем, как идиотка, я принялась разглагольствовать о том, как планирую провести свой день:
— Я задержусь у Инди, наверстаю упущенное, вечером отправлюсь по тем местам, где бывает папа, когда приезжает в Денвер.
— Ты ничего не забыла? — перебил он:
Я уставилась на него в замешательстве.
— У нас сегодня вечером свидание, — напомнил он.
Черт, я забыла и об этом.
Он посмотрел на меня, и его челюсть напряглась.
— Господи, ты убиваешь в мужчине уверенность в себе.
Какая же я идиотка. Нет, это было за гранью идиотизма, хотя я и не знала, что может быть за гранью идиотизма.
— Прости, — сказала я, слегка наклоняясь к нему.
Он отпустил мои запястья, и его руки обвились вокруг моей талии. Он уткнулся лицом мне в шею и прямо под ухом сказал:
— Если тебе действительно жаль, можешь загладить свою вину сегодня вечером.
Ой!
— Яичница, — выпалила я, пытаясь сосредоточиться, даже если по мне пробежала дрожь.
Он поднял голову от моей шеи и улыбнулся, показав ямочки.
Почти уверена, Эдди почувствовал мою дрожь.
Затем ямочки исчезли, и он посмотрел на меня.
— Я отвезу тебя на работу, но вынужден попросить никуда не ходить одной, это небезопасно. Ты можешь мне это пообещать?
Я подумала о том, чтобы солгать ему, решила, что способна на такое, и ответила:
— Конечно.
Он некоторое время наблюдал за мной.
— Мама, — напомнила я, решив сменить тему и слезая с его колен.
Взяла его за руку и потянула с кровати.
Такую картину я забуду не скоро: Эдди на моей кровати. На самом деле, я надеялась, что она навсегда запечатлеется в моей памяти.
Он не сопротивлялся, но, как только встал, поднял руки и обхватил мою шею по бокам, там, где она переходила в плечи.
— Ты бы не стала мне лгать, не так ли? — спросил он, пристально наблюдая за мной.
— О чем? — Я попыталась притвориться невинной, широко распахнув глаза.
Он не купился.
— О чем угодно, — заявил он.
Я глубоко вздохнула и решила ответить честно.
— Возможно, но только если это что-то важное.
— Важное, как если бы твой отец увяз по уши в дерьме?
Я прикусила губу.
Он вздохнул.
— У тебя есть моя визитка?
Я кивнула.
— Занеси мой номер себе в телефон. Звони, если что-нибудь понадобится, и не делай глупостей.
 
Первые два пункта я могла бы выполнить, в последнем я не была так уверена.
* * * * *
Эдди высадил меня перед «Фортнумом», и я вошла туда через пять минут после открытия.
Очередь у стойки с эспрессо была длиной в пять человек, но в ту минуту, когда Текс увидел меня, он направил на меня съемный фильтр и прогудел:
— У нас есть правила, Чокнутая!
Я работала там больше трех месяцев, и, похоже, единственным правилом было то, что на CD-плеере нельзя было прокручивать ничего, кроме кантри или рок-н-ролла. Я даже не хотела вспоминать тот день, когда вставила свой диск Coldplay, Элли взбесилась.
Я решила, что Текс недоволен тем, что я не пришла накануне, и почувствовала себя полным ничтожеством. Я уже хотела начать оправдываться, когда Текс продолжил:
— Когда в следующий раз ввяжешься в драку в баре или будешь бороться с каким-нибудь парнем с ножом, звони мне.
Все пятеро покупателей обернулись и уставились на меня.
Я уставилась на Текса.
— Что? — ошарашенно спросила я.
— Я назначенный телохранитель «Фортнума», — заявил мне Текс.
Я посмотрела на Дюка, который работал за прилавком с эспрессо вместе с Тексом.
— Вроде того, — подтвердил Дюк.
Должна сказать, я немного встревожилась из-за того, что «Фортнуму» требовался специальный телохранитель. У меня не было времени подумать об этом, потому что сзади подошла Инди, схватила меня за руку и потащила за книжный прилавок.
— Видимо, Ли рассказал тебе, — начала я, когда мы остановились, и взглянула на ее серьезное лицо.
— Да, рассказал. Ты в порядке?
— Конечно. — Я старалась, чтобы это прозвучало правдиво.
Она не купилась на это, и ее глаза сузились.
— Джет?
— Нет, правда, у меня все хорошо.
Она придвинулась ближе ко мне и сжала мою руку. Затем сказала тихим голосом:
— Слушай, ты считаешь, что тебе удается пустить пыль в глаза, но мы знаем, что с тобой не все в порядке. Поговори со мной, Джет, может, я смогу помочь.
Я не знала, что это было, может, пожатие руки, может, ее тихий голос, может, то, что она всегда была так мила со мной. Что бы это ни было, я вздохнула, пытаясь придумать какой-нибудь способ уклониться от ее вопроса, а затем, вместо этого, все выплеснула наружу. Всё. О том, как папа нас бросил, о мамином срыве, об отъезде Лотти в Лос-Анджелес, о мамином инсульте, о том, как нам приходилось выкручиваться и о нынешней ситуации с папой.
Закончила я словами:
— И если всего этого недостаточно, у меня сегодня вечером свидание с Эдди, и я совершенно не представляю, что надеть.
На протяжении всего рассказа она выглядела обеспокоенной, иногда сердитой, иногда будто собиралась прервать меня, но, услышав заключительную фразу, улыбнулась.
— С последним я помогу. С остальным поможет Ли.
Я знала, что Ли занимался частными расследованиями. И что был очень хорош в своем деле, поэтому его услуги стоили очень дорого. Он водил шикарную машину, у него был шикарный мотоцикл, большой штат сотрудников и роскошный офис в центре Денвера. Я не могла позволить себе Ли и не могла позволить себе быть обязанной кому-то еще.
— Я не могу просить Ли… — начала я.
— Можешь, но тебе не нужно, это сделаю я, — заверила меня Инди.
— Инди, я бы хотела позаботиться об этом своими силами.
— Ли говорит, это опасно.
Я рассмеялась.
— Разве ты не слышала мою историю? Я могу позаботиться о себе и обо всех остальных. У меня богатый опыт.
Инди посмотрела на меня.
— Сомневаюсь, мне приходилось сталкиваться с преступным миром Денвера, и это было не очень весело.
Меня пробирало любопытство, но я не стала спрашивать.
— Я буду действовать осторожно и с умом, обещаю, — заверила я ее, желая быть такой же уверенной в своих словах, как и мой тон, с которым они прозвучали.