Спасение (ЛП)

Как только он меня увидел, то воскликнул:
— Принцесса Джет!
Эдди все еще держал меня за пояс, так что я не могла броситься к папе и предупредить его, чтобы он убегал.
Вместо этого я просто сказала:
— Привет, папа.
Папа посмотрел на нас с Эдди и увидел руку Эдди за моей спиной.
— Чавес, похоже, ты не теряешь времени даром.
— Рэй, — был ответ Эдди.
Папин взгляд переместился на Инди, и он улыбнулся, затем он увидел Ли, который подошел вместе с нами.
— Мать вашу, — выдохнул он, улыбка исчезла с его лица, и он выглядел почти запаниковавшим. — Ты — Ли Найтингейл.
— Ага, — подтвердил Ли.
— Черт, — сказал папа.
Меня это сбило с толку. Я перевела взгляд с папы на Ли и открыла рот, чтобы заговорить, когда над входной дверью прозвенел колокольчик, и я услышала, как кто-то позвал меня по имени.
Я повернулась и уставилась на вошедшего парня.
Оскар, мой последний бывший. Мы расстались примерно за месяц до маминого инсульта. До этого мы встречались два года. Разрыв произошел по обоюдному согласию (обоюдному в том смысле, что я уговорила Оскара), и мы остались друзьями. Он помог нам с мамой переехать в новую квартиру. Он был хорошим парнем, и иногда я скучала по нему.
Оскар был примерно на два дюйма выше меня, у него были добрые карие глаза, фантастически густые темные волосы и несколько шрамов от прыщей, которые, к счастью для него, только делали его более интересным.
Я повернулась к нему, когда он подошел к нашей компании. Он выглядел расстроенным.
Нехорошо. Оскар быстро распалялся, а, расстроившись, мог потерять контроль.
— Оскар! Что ты здесь делаешь?
— Твоя мама позвонила, сказала, что какой-то придурок назвал тебя расисткой. Mamita, что это за дерьмо? Я хочу поговорить с ним. Кто этот мудак?
Что я вам говорила?
Мама.
Я хотела с криком выбежать из магазина, но меня снова дернули за пояс, и мое плечо вновь соприкоснулось с грудью Эдди, на этот раз, оставшись там.
— Думаю, мудак — я, — заявил Эдди.
Взгляд Оскара переместился на Эдди, и он увидел, как мы стоим. Видимо, он неправильно истолковал это, потому что стрелка его гнева пересекла красную зону.
— Убери от нее свои гребаные лапы! — крикнул Оскар, и все (а людей было много) обернулись посмотреть.
— Успокойся, amigo, мы все уладили, — ответил Эдди.
— Оскар, все в порядке, — сказала я.
Оскар не слушал.
— Ты не можешь просто назвать мою женщину расисткой, а потом все с ней уладить. И, кажется, я велел тебе убрать от нее свои лапы.
Я забыла упомянуть, что у Оскара также была проблема с собственничеством. Это была одна из причин, по которой мы расстались. Не говоря уже о том, что его противостояние Эдди выглядело глупо, взглянув на них двоих, всякий мог увидеть, что Эдди вытрет Оскаром пол. Эдди был выше, мускулистее и в его теле содержалось полкапли жира, что ясно видно по обтягивающей белой футболке.
— Твою женщину? — спросил Эдди, напрягшись. Он посмотрел на меня. — Ты встречаешься с этим парнем?
— Мы расстались, — сказала я.
— Когда? — спросил Эдди.
— Девять месяцев назад.
Эдди впервые за это утро улыбнулся, и на его щеках появились ямочки. Он снова повернулся к Оскару.
— Я бы сказал, что она больше не твоя женщина.
Оскар подался вперед и принялся кричать на Эдди по-испански, и Эдди открыл ответный огонь.
— Прекратите! — крикнула я.
С меня было достаточно. Я не спала больше суток, моя машина сломалась, мне приставили нож к горлу, а Эдди только что объявил, что я теперь его дело. Большего мне не выдержать.
Парни перестали орать друг на друга.
— Оскар, все улажено. Я сказала эту глупость, чтобы, в первую очередь, заставить его думать так. Но он больше не считает меня расисткой. Так что, остынь.
Оскар еще не закончил злиться и повернулся ко мне.
— Ты заставляешь свою маму волноваться, — сказал он.
Как чудесно.
— Оскар, все под контролем.
— Чушь собачья, Mamita. Твоя мама говорит…
— Перестань слушать мою маму и хватит вмешиваться. Я могу сама о себе позаботиться.
Он наклонился ко мне.
 
— Да? Я так не думаю. У меня пока оба глаза на месте, не так ли? Ты похудела, выглядишь измученной и вот-вот свалишься с ног. Как ты позаботишься о себе, когда так чертовски занята, заботясь о…
— Оскар! — крикнула я: — Заткнись! И перестань разговаривать с моей мамой.
Он пристально посмотрел на меня, а затем замолчал. Стрелка вышла из красной зоны и опустилась до зеленой. Как только замигал зеленый, Оскар посмотрел на меня с беспокойством.
— Джет, тебе нужно, чтобы кто-то присматривал за тобой.
— Я сама за собой присматриваю, — возразила я.
Он покачал головой и вздохнул.
— Mi cielo (с исп. — душа моя), ты разбиваешь мне сердце.
Именно тогда я поняла, что опасность миновала. Оскар быстро распалялся и так же быстро остывал.
Я улыбнулась ему.
— Иди, возьми пончик.
— У меня нет времени на пончики. Я уже опаздываю на работу. — Он наклонился и поцеловал меня в щеку, послал Эдди свирепый взгляд, а затем ушел.
Не успела я отреагировать, как в нашем маленьком кругу возник Текс.
— Спасибо Господу, что послал тебя нам, чокнутая, — прогудел Текс, протягивая мне капучино. — Здесь все становилось безумно скучно.
Затем он вернулся за прилавок.
Все уставились на меня: Эдди, Ли и Инди.
— Оскар немного чересчур заботлив, — объяснила я, чтобы разрядить обстановку.
— И не говори, — вставил папа.
Внимание Ли и Инди переключилось на папу, но Эдди продолжал смотреть на меня. В его глазах вновь что-то происходило, а его рука переместилась с моего пояса к шее, чтобы обнять и прижать к себе. Мы стояли почти грудь в грудь, и мне пришлось опустить руку на его пресс, немного оттолкнув его. Он усилил хватку, удерживая меня на месте.
Наклонив голову, Эдди сказал мне на ухо:
— Я только что добавил пару пунктов в свой список того, о чем нам нужно поговорить.
Не очень хорошо.
Он развернул меня, все еще прижимая к себе и обнимая за шею, и посмотрел на папу.
— Рэй, кажется, нам нужно поговорить.
Папа переводил взгляд с Эдди на меня, на его губах играла улыбка.
— Прошлой ночью, — продолжил Эдди, — Джет держал на острие ножа парень по имени Ловкач. Вы что-нибудь об этом знаете?
Улыбка исчезла с папиного лица. Инди ахнула. Папа перевел взгляд на Ли, снова на Эдди, а затем на меня.
— Ты в порядке? — спросил папа.
— Он не причинил мне вреда, — уверила я его.
— Черт, Джет, — воскликнул папа, затем опустил голову и сжал переносицу.
— Он сказал, что вы ему чем-то обязаны, — заявил Эдди.
Папа поднял глаза.
— Я поговорю с ним, — сказал он Эдди. Затем повернулся ко мне. — Я поговорю с ним, — повторил он.
— Сделайте это, — сказал Эдди. — И еще, Рэй. Участие Джет в этом началось и закончилось прошлой ночью ее разговором с Ловкачом. Вы меня понимаете?
Я вся напряглась и уставилась на Эдди.
Это было семейное дело, кем он себя возомнил?
Но папа ответил Эдди:
— Да. Конечно. Без проблем. Все кончено. Я позабочусь об этом. — Папа посмотрел на меня. — Я позабочусь об этом, Джет. Обещаю.
— Почему бы вам не сделать это сейчас? — предложил Ли.
Папа посмотрел на Ли, и в его глазах появился страх.
— Сейчас самое подходящее время.
Он встал, и я отстранилась от Эдди и подошла к нему.
— Ты в порядке?
— Все отлично. Безусловно. — Он обнял меня: — Я разберусь с этим, принцесса Джет. Ни о чем не беспокойся.
Он поцеловал меня в щеку, поднял руку, будто хотел коснуться места поцелуя, но потом опустил ее.
— Спасибо за пончик, — поблагодарил он, а затем, не сказав больше ни слова и даже не оглянувшись, ушел.
Как только дверь за ним закрылась, я резко повернулась к Эдди.
Не знаю, что на меня нашло. Может, недосып. Или то, что я видела папу таким опустошенным. Не важно, я позволила гневу выйти наружу.