Белый князь (СИ)

Вздохнув, я окликнул водителя.
— Ну, что, дозвонился?
— Да, Ваше благородие. Марина будет на вокзале вовремя. Ещё я позвонил в гостиницу и договорился, что вещи доставят в течение двадцати минут.
— Молодец. Прибавь-ка газу. На дороге мы слишком уязвимы. Нужно как можно быстрее добраться до поезда.
В подвижной крепости, оснащённой таким количеством различных орудий, мы сможем противостоять любой атаке. Если, конечно, Орловы на неё осмелятся.
  
Глава 3
 
Из Москвы отбыли оперативно и беспрепятственно. Да и кто посмел бы мешать начальнику Охранки? За такие вещи запросто можно и за решётку угодить. А то и вовсе на месте с жизнью распрощаться.
В дороге я листал досье на Вождя, агент которого ехал в Россию со списком революционеров. Послужной список у вдохновителя террористов был впечатляющим: происходит из древнего графского рода Аничковых, четвёртый сын, был изгнан за убийство старшего брата во время ссоры в возрасте семнадцати лет. Связался с мафией, участвовал в восьми ограблениях, брал инкассаторские броневики, букмекерские конторы и банки, пока не попался. Сбежал из тюрьмы, был пойман. Снова сбежал и уехал за границу — в Манчжурию. Там организовал революционную ячейку, вернулся, расширил сеть, создал три террористические группировку, две подпольных типографии и несколько сайтов для пропаганды. Под его руководством было осуществлено семь покушений, из них четыре успешных. Когда Охранка подобралась к нему слишком близко, уехал в Германию. Несколько лет вёл координацию революционного движения оттуда. Его выследили и трижды пытались устранить. Безуспешно. Потеряли кучу агентов. Но всё же вынудили вернуться в Китай, где Вождь вступил в союз с триадами, организовал революционный кружок, быстро набрал единомышленников, преследовался спецслужбами и вот, наконец, его почти загнали в угол, но он ускользнул и залёг на дно. Пару лет вёл себя смирно, и теперь вдруг стало известно, что его сподвижник, носящий партийную кличку «Ворон», едет в Россию. А это означает, что вслед за ним вскоре прибудет и сам Вождь — чтобы возглавить красное движение. Его Величество поручил мне перехватить первого и уничтожить второго. Как раз то, чего не хватало, чтобы не скучать. И если о передвижениях Ворона регулярно докладывал наш человек из окружения революционера, то где искать Вождя, я понятия не имел. Ехать в Китай? Или ждать здесь? Судя по всему, он имеет такой опыт подполья, что найти его по приезде в Россию будет, мягко говоря, сложно. Учитывая, что он тут герой для кучи народа, практически нереально. Даже развитая сеть внедрённых осведомителей и провокаторов не поможет. В общем, та ещё задачка. Закрыв папку, я уставился в окно. Снова шёл дождь. Тугие струи заливали окно, на сером фоне то и дело вспыхивали огромные сине-белые молнии.
Марина дремала, накрывшись клетчатым пледом. Колёса убаюкивали, но я не хотел спать. Нужно было составить план розыскных мероприятий — сначала в Китае, а затем — здесь, так как я очень сомневался, что в чужой стране будет легче сделать то, что едва ли получится здесь. Вздохнув, я достал блокнот и принялся накидывать план.
Когда поезд прибыл в Петербург, погода немного улучшилась: в столице дождь только моросил, словно не рискуя разойтись. Огромный вокзал напоминал задремавшего монстра, ушедшего наполовину в асфальт. Машину ждать не пришлось: Тухачёв заранее позвонил в особняк и предупредил, чтобы меня встретили.
До родового особняка добрались за сорок минут, всего дважды попав в пробки. Наконец, я ступил на крыльцо огромного здания, больше всего напоминавшего замок. Даже ров имелся — с прежних времён. Зелёная мутная вода в нём дрожала от мелких, падавших с серого неба капель. Несколько уток прибились к берегу и жались к бетону, не зная, где укрыться от непогоды.
Меня встретил дворецкий — старый Кузьмич, уже согнутый за шестьдесят с лишним лет заботами о нашей семье. Глаза у него были красные и мокрые.
— В чём дело? — спросил я сразу, зная, что только нечто исключительное могло выжать из старика слёзы.
 
— Батюшка Константин Юрьевич, беда-то какая случилась, пока вас не было! — всхлипнув, ответил Кузьмич. — Отец ваш преставился!
— Как так⁈ — опешил я. — Почему⁈
Князь был здоров, и ничто не предвещало скоропостижной смерти.
— Почему меня сразу не уведомили?
— Братец ваш не велел, — вздохнув, сказал старик. — Строго-настрого. Уж простите. Мы люди подневольные.
Вот мелкий гадёныш!
— Где он? Дома?
— Дома, Константин Юрьевич, дома. В кабинете.
— Отцовом?
Дворецкий кивнул.
— Принимает дела. Ему ж теперь титул полагается. Вот и вникает.
— Позаботься о багаже, — отдав старику пальто, я поспешил на третий этаж, где располагался княжеский кабинет.
В приёмной сидел отцовский секретарь. При моём появлении он вскочил и принял скорбный вид. Лицемер! Ему всё равно, кому служить — лишь бы не погнали с насиженного места.
— Есть кто в кабинете? — спросил я, взглянув на троих посетителей, дожидавшихся на диване очереди.
— Есть, Ваше благородие. Прикажете доложить?
Доложить! Как будто я какой-нибудь проситель. А у братца ещё даже титула официально нет.
Проигнорировав вопрос, я распахнул дверь кабинета и вошёл. Павел вскинулся, нахмурился, но тотчас узнал меня и встал.
— Степан Михайлович, отложим, — кивнул он посетителю. — Выйдите на минутку.
Управляющий восточными уделами с поклонами протиснулся мимо меня и выскользнул в приёмную. Я захлопнул дверь.
— Привет, Костя, — кисло улыбнулся Павел, садясь. — Быстро ты вернулся. Жаль, что встречаю тебя дурными вестями. Кузьмич тебе, вижу, сообщил уже.
— Почему сразу не связался? — спросил я, пройдя к дивану и сев. — Всего-то нужно было трубку поднять.
Брат покачал головой. Мы с нам совсем не похожи: он невысокий дрищ в роговых очках и с жидкими серыми волосами, будто прилипшими к черепу.
— Не хотел беспокоить. У тебя важное дело было. Как мы думали.
— Важнее смерти главы клана⁈
Павел пожал тощими плечами.
— Знаешь, Костя, не то того было, если честно. Папино убийство свалилось на нас всех, как снег на голову!
Я прищурился.
— Убийство?
Брат кивнул.
— Именно. Добрались-таки до него эсеры!
— Как это возможно?
Павел развёл руками.
— Сам точно не знаю. Ведётся расследование. Ты лучше расскажи, что у тебя в Москве случилось.
— Орловы вовсе не собирались выдавать за меня никого. Просто заманили, чтобы убить. Им нужна война с нами.
Павел покачал головой.
— Так я и понял. Мне звонил граф. И говорил совсем иное. Но теперь всё ясно.
— И что он наврал? Что я напал на него?
— Угу. И что твои телохранители перебили кучу его людей. Включая сыновей и дочерей. Это правда?
Мои телохранители! Как же!
— В общем, да. Пришлось прорываться с боем. Они сами напросились. Но чёрт с ними со всеми. Хотят войны — будет им война. Как-нибудь сдюжим. Говоришь, ведётся расследование смерти отца? Удалось уже что-нибудь узнать? Когда это вообще случилось?
— Сегодня утром.
— Я возьму следствие в свои руки. Захватили кого-нибудь из нападавших?
— Костя, ты не дослушал про разговор с Орловым, — помолчав, проговорил Павел. — Граф был в ярости. Он лишился почти всего потомства!
Тон брата мне совсем не понравился.
— Да? И что ещё он сказал?
— Требовал тебя выдать, если мы не хотим войны.
Я усмехнулся.
— Больше ничего ему не нужно? Погоди! Ты что, согласился?
Брат возмущённо фыркнул и отвёл глаза.
— Конечно, нет! За кого ты меня принимаешь⁈ Но он угрожал войной. Мы к ней не готовы. Тебе это и самому прекрасно известно. Пришлось пойти на компромисс. Если честно, Его Величество уже в курсе инцидента в Москве и вмешался. Только с его помощью удалось всё разрулить.
— Неужели? — процедил я ледяным тоном. — Видимо, к всеобщему удовлетворению?
Павел нервно побарабанил наманикюренными ногтями по столу.