Белый князь (СИ)
— Вас искал почтенный Сяолун, — проговорил он. — Передать ему, что вы вернулись?
— Давай, скажи. Я пока отряхну пыль с ботинок, как говорится.
Пенгфей направился в сторону дома старого чародея, а я вошёл в гостиную. Через миг туда же заглянул Матвей.
— Ваше благородие, я позволил сообщить девушкам, что мы уезжаем, и они безутешны. Умоляли спросить, не хотите ли вы их выкупить у господина Ма?
— И ты решил выступить посредником?
— Мне эта идея не нравится, как вы понимаете. Но они заявили, что сами не смеют вас об этом спрашивать. Видимо, боятся услышать ответ.
— Позови их сюда, — скинув ботинки, я сел на диван. — Сам им скажу.
— Слушаюсь, — камердинер быстро ретировался, а через минуту в комнату вошли Киан и Лан.
Скорбно опустив головы, они, семеня, приблизились ко мне.
— Присядьте, — сказал я, похлопав рядом с собой по подушке.
Они дружно опустились по бокам от меня.
— Я ценю ваше желание отправиться со мной в Россию, — сказал я, поглядывая то на одну, то на другую. — Но не могу так с вами поступить. Мы едем туда не развлекаться. Меня ждут опасности. И тех, кто будет со мной, — тоже. Я не всегда буду рядом, далеко не всегда. И условия жизни… По правде сказать, у меня там ничего нет, даже дома. Вам там будет просто нечего делать.
— Но вы ведь аристократ, — робко заметила Лан. — Разве так бывает?
— Ещё как бывает, — невесело усмехнулся я. — Меня изгнали из рода, так что перед вами волк-одиночка. И на родине есть люди, готовые попытаться убить меня при первой же встрече. Я не смогу защищать вас. А Матвей уже староват. Так что оставайтесь здесь и постарайтесь не попасть в ту мясорубку, которая ждёт клан Ма.
— Нас, скорее всего, отправят на время куда-нибудь, — вздохнула Киан.
— Но вы же берёте с собой Джу, — сказал Лан.
Глаза у неё влажно блестели.
— Матвей сумеет позаботиться об одной служанке, — ответил я.
— Матвей? Он же совсем старый!
— Внешность обманчива. Джу с ним будет в порядке. Но не три девушки.
Две из которых явно будут лишь обузой.
— А Юшен⁈ — не сдавалась Лан. — Он тоже едет!
— Ну, о ней точно беспокоиться не придётся, — покачал я головой. — Это особый случай.
— Вы любите её? — печально вздохнула Лан.
— Не говори глупостей, милая. Она моя помощница, и только. Разве я променял бы вас на кого-нибудь?
— Но она вам ни в чём не помогает! — присоединилась к подруге Киан.
— Просто ещё не время. Серьёзно, вы должны остаться в Китае. Если поедете со мной, наверняка пострадаете. Возможно, даже погибнете. А здесь господин Ма о вас позаботится. Он не станет рисковать такими чудесными девушками. И потом, у меня всё равно нет на вас денег, — соврал я.
Этот довод, кажется, подействовал лучше остальных. Финансовые вопросы наложницы понимали.
— Мы будем скучать по вам, господин Бэй! — воскликнула Киан, обвив мою шею руками.
Я почувствовал на щеке влагу. Надо же: даже прослезилась!
— Раз вы завтра уезжаете, сегодня ночью мы постараемся, чтобы вы запомнили нас хотя бы на пару месяцев! — лукаво улыбнувшись, но оставаясь расстроенной, добавила Лан.
— Договорились, — я обнял девушек и погладил по спинкам. — Спать не будем!
— Не будем! — улыбнулась сквозь слёзы Киан.
— А теперь я должен встретиться с господином Сяолуном. Перед отъездом всегда появляется куча дел.
— Конечно, мы понимаем, — Лан поднялась.
Киан тоже встала.
— Если понадобимся, мы будем у себя, — сказала она.
— Непременно учту.
Девушки ушли, а я взглянул в окно, за которым двигались по направлению к дому Пенгфей в сопровождении Сяолуна. Старик шагал бодро, держа спину прямо. Но движения его показались мне слегка резкими — не такими, как обычно. Словно умиротворённость покинула его. Интересно, в чём причина.
Поднявшись, я обулся и отворил дверь — как раз за миг до того, как они предстали передо мной.
— Господин Сяолун, добро пожаловать. Чаю?
— Давайте лучше прогуляемся, — после краткой паузы предложил чародей.
— Как угодно.
Оставив Пенгфея на пороге, мы двинулись в сторону сада. Вскоре я понял, что старик ведёт меня к беседке. Похоже, предстояло занятие.
— Увы, я не успею освоить всю вашу науку, — проговорил я, глядя по сторонам. — Это, пожалуй, единственное, из-за чего я покидаю Китай с сожалением. Зато вас не придётся возиться с чужаком.
— Думаете, меня это радует? — отозвался Сяолун.
— Понятия не имею. Зачем вы меня искали?
— Я много думал о том, что случилось в последний раз, когда мы занимались. Это поистине феноменально! По какой-то неведомой мне причине вы усваиваете науку управления Ци с исключительной скоростью. И восприимчивостью.
— Ну, едва ли это поможет мне пройти весь курс за оставшееся до отъезда время, — вздохнул я.
Старик бросил на меня внимательный взгляд.
— Кто знает, — сказал он. — Может, и получится.
— Серьёзно? — удивился я. — Но… зачем вам-то это надо? Ради эксперимента?
— В том числе, — помедлив, сказал Сяолун. — Но, если выйдет, обещайте исполнить одну мою просьбу.
— Смотря, какую. Я не даю обещаний, не зная, что на кону.
— Увезите Мейлин!
Слова Сяолуна заставили меня остановиться.
— Вы серьёзно⁈ Ваша дочь меня на дух не выносит. Как и, кажется, вообще иностранцев. А вы предлагаете мне взять её в чужую страну?
— Она ещё слишком молода и ничего в жизни не видела, — ответил старик. — Здесь она погибнет. Командиры практически всегда погибают. А она — всего лишь маленькая девочка. И всё, что у меня есть! Поэтому я не предлагаю вам, господин Бэй, её увезти! Я умоляю!
Вот так новость. Этого я никак не ожидал, конечно. С другой стороны, если старику удастся пробудить мои внутренние потоки Ци… Ведьмак всегда должен стремиться сделать себя сильнее, не упуская ни единой возможности. Да, я уже не совсем тот, кем был, но вбитые в подкорку привычки настойчиво требовали согласиться. Взвесив «за» и «против», я кивнул.
— Хорошо, согласен. Но захочет ли господин Ма расстаться с одним из своих командиров?
— Я смогу его убедить.
— Тогда по рукам. Но только если у вас получится прокачать меня.
Сяолун протянул ладонь.
— Договорились, господин Бэй!
Пожимая его руку, я подумал: а что, если старик задумал это с самого начала? Возможно, его наука не так уж и сложна, как он пытался представить, и я вовсе не уникум?
С другой стороны, какая разница? Всё равно, никто, кроме него, мне не поможет. Особенно учитывая, сколько времени осталось до отъезда.
Мы двинулись дальше и вскоре оказались в беседке. Сяолун опустился на пол, подвернув ноги. Я занял такую же позу рядом с ним.
— Закройте глаза, — велел старик.
Я подчинился и почувствовал, как его ладонь легла мне на живот ниже пупка.
— Это нижний узел, — проговорил Сяолун. — Последний из трёх основных. Если открыть его, с остальными четырьмя будет проще.
Он замолчал, а я постарался расслабиться и сосредоточиться на ощущениях.
Спустя минуту в груди вспыхнула красная точка. Она быстро увеличивалась, становясь ярче — словно фонарь на вершине небоскрёба, предупреждающий вертолёты, летящие в ночи, об опасности. Затем такой же огонёк появился в голове. В первый миг он залил всё мерцающим алым светом, но затем перестал дёргаться и слепить меня. Прошло ещё несколько минут, и я почувствовал, как в животе, где лежала ладонь учителя, появляется тепло. Оно становилось сильнее, пока не перешло в лёгкое жжение. А затем вспыхнула третья точка!
Я услышал, как Сяолун издал тихий вздох. Похоже, он и сам не ожидал, что нас постигнет успех.
Мы остались сидеть в прежних позах, но старик убрал руку с моего живота. Зато я почувствовал, как он водит вдоль моего тела сверху вниз, не прикасаясь к нему. Затем мне вдруг стало это видно! Я будто обрёл сверхзрение, но в то же время понимал, что это следствие повысившейся чувствительности, восприимчивости всех рецепторов. Плюс что-то ещё… А затем в горле, над пупком и в лодыжках начали один за другим загораться новые огоньки! Он них растекалось тепло. Оно соединялось с тремя узлами, которые становились ярче и тоже давали энергию. В результате через некоторое время всё моё тело оказалось принизано множеством потоков! Эта красная сеть буквально стала моим каркасом. Когда построение было завершено, она вспыхнула, став в несколько раз ярче, запульсировала, а затем выровнялась. Не скажу, что я почувствовал какой-то подъём или воодушевление, как ожидал. Но каналы и узлы были хорошо видны, и я понимал, что могу управлять ими силой мысли.