Белый князь (СИ)
Оказалось, Сяолун положил ладонь мне на солнечное сплетение и сидел, слегка покачиваясь, словно колосок на ветру. Я вдруг понял, что он слился с окружающим миром и действительно уподобился растению, лишённому какого-либо сопротивления, кроме своих естественных свойств вроде упругости стебля.
Я снова закрыл глаза и попытался расслабиться. Вскоре в центре корпуса появилось тепло. Оно постепенно растекалось по телу, подбираясь к шее, рукам и тазу. Поначалу я насторожился, на затем постарался отпустить ситуацию. Дело тотчас пошло быстрее, и спустя несколько минут я уже весь ощущал тепло, охватившее меня с ног до головы. Оно было лёгким и ненавязчивым — словно воздух вокруг изменил температуру. Затем я почувствовал, как в солнечном сплетении начинает припекать. Миг — и моё сознание озарила яркая красная вспышка!
Она тотчас исчезла, и тепло постепенно начало уходить.
— Вы рождены под знаком Марса, — услышал я голос Сяолуна. — Так у вас это называется. Мы же ассоциируем таких людей с Чилуном — красным драконом. Ваша аура — красная, агрессивная. Вам предопределена судьба воина. Полагаю, ей вы и следуете. Но если не обуздаете себя, то рискуете стать жестоким убийцей. Имейте это в виду. И не думайте, будто нет альтернативы. Чилун символизирует также чистоту и благородство. Всё зависит от того, как вы сами распорядитесь тем, что имеете. Река прокладывает себе путь там, где земля ниже, но человек может пустить её в любом направлении.
Я разлепил веки и проморгался. Состояние было такое, словно я долго спал и, наконец, проснулся.
— Как себя чувствуете? — поинтересовался старик.
— По-моему, примерно так же. Я видел красную вспышку.
— Правда? Это очень хорошо. Вы сделали первый шаг на пути к осознанию своей инфраструктуры. Мало, кому удаётся это с первого раза. Думаю, на сегодня достаточно. Спешить в этом деле нельзя.
— Как скажете, — проговорил я, хотя был слегка разочарован: такими темпами мы далеко не уедем.
Но едва ли старика можно переубедить. Да и что я в этом понимаю?
Сяолун легко поднялся на ноги. Я тоже встал. Попереминался, разминая мышцы. Старик смерил меня взглядом сверху донизу.
— В вас много энергии, — сказал он. — Если освоите управление каналами и узлами, сможете утроить её эффективность. Но будет нелегко. Если сегодняшний успех создал иллюзию, что и дальше всё пойдёт, как по маслу, то забудьте об том. Люди с красной аурой плохо осваивают гармонию. В них слишком сильна индивидуальность, и чересчур бурны эмоции. Правда, в вас я этого не заметил. Вы словно… потухли. Это странно, учитывая, сколько вам лет.
Я пожал плечами.
— Значит, тем лучше?
Старик с сомнением покачал головой.
— Не уверен. Если в человеке что-то сломано, это никогда не упрощает задачу. Ладно, господин Бэй. Как будет, так и будет. Идёмте назад.
Возле своего дома старик сказал, чтобы я снова приходил завтра.
— В любое время, — господин Бэй, — добавил он. — Я почти всегда здесь. Если же не застанете, то ищите меня в беседке.
Уходя, я заметил мелькнувшее в окне хмурое лицо Мейлин. Девушка поспешно задёрнула занавеску, когда я повернул голову.
Вернувшись к себе, я спустя некоторое время почувствовал слабость. Это было вроде истомы, которая наступает после длительной пробежки: мышцы тянуло, и безумно клонило в сон. Бороться я не стал и завалился в кровать.
Меня разбудил Матвей.
— Ваше благородие, за вами пришли, — сказал он, когда я открыл глаза. — От господина Ма. Говорят, у вас ночью какое-то дело.
— А сколько сейчас времени? — спросил я, садясь.
— Половина десятого.
— Ясно. Да, мне нужно уйти. Спасибо, что разбудил.
— Мне пойти с вами?
— Нет, Матвей, не нужно. Я вполне способен справиться сам. Но пока я собираюсь, можешь налить чаю, если есть. Даже холодного.
Через десять минут, выхлебав полкружки едва тёплого напитка, я отправился в сопровождении двух «монахов» к дому Ма.
Глава 19
Слуга показал дорогу к комнате, где находился Кианфан. Глава боевиков сидел перед телевизором со стаканом в руке. При моём появлении сделал звук потише, затем немного подумал, выключил и встал.
— Вас будут ждать здесь, — сказал он, протягивая мне листок бумаги с записанным иероглифами адресом. — Отправляйтесь немедленно. Если будет нужно, подождите. Это очень важный для нас человек.
— Господин Ючан, — словно невзначай уточнил я, беря бумажку.
Так, это придётся вбивать в навигатор. Даже не представляю, куда предстоит ехать.
— Он самый. Ваш соотечественник. Сказал бы, что вы наверняка найдёте общий язык, но вы вряд ли его сегодня увидите.
Чёрт! А хотелось бы.
— Сделайте всё, что потребуется, чтобы защитить его груз, — проговорил Кианфан. — Брат Ма на вас рассчитывает.
Он нетерпеливо покрутил в руках пульт от телевизора, и я откланялся, чтобы не мешать Посоху смотреть какую-то корейскую дораму с пёстро разряженными персонажами. Кажется, они там ещё и пели. Мюзикл, видимо. Лично я их терпеть не могу и не понимаю, как люди их смотрят. Но, как говорится, на вкус и цвет…
Когда я выходил, то услышал за спиной включившийся звук телевизора. Герои сериала обсуждали вишнёвый пудинг. Слуга прикрыл дверь, и наступила тишина. Похоже, в этом доме всё было изолировано, чтобы лишние уши не слышали, о чем говорит начальство.
Я выехал на внедорожнике из поместья спустя пять-семь минут. Пока выруливал на шоссе, ввёл голосовым способом указанный на бумажке адрес. Судя по карте, это были не доки, где грузилось судно, а район в двух кварталах южнее. Видимо, там была точка сбора.
В отличие от портовых городов, Пекин не располагается на берегу моря. До ближайшего — Бохайского, или Жёлтого, около двухсот километров, так что грузы доставляются туда по реке Хэбэй. Всё это я вычитал недавно, пока ждал вечера.
Следуя навигатору, я приближался к северной окраине города. Справа показались сплошь заросшие деревьями и кустарниками горы Сишань, а спустя некоторое время я даже увидел кусочек Великой китайской стены, защищающей Пекин от жестоких ветров. Затем пришлось свернуть, и через пару минут внедорожник нырнул в тоннель, так что виды на какое-то время исчезли. А когда машина, наконец, выбралась на свет Божий, вокруг уже были только плотно стоящие друг к другу дома.
Я доехал до точки, отмеченной навигатором, и остановился. На пересечении двух улиц стояло угловое здание с забитыми окнами и скособоченными витринами. Явно встреча намечалась не в нём. Я осмотрелся и решил, что просто рано приехал, но тут из-за угла показался тяжёлый, явно бронированный внедорожник в сопровождении двух машин. Я взял с соседнего сиденья маску и надел.
Кортеж остановился рядом со мной, и заднее тонированное стекло опустилось. Я увидел Аничкова.
— Садитесь к нам, господин Белозёров, — проговорил он, открывая дверь. — И снимите эту дурацкую маску!
Так, значит, Вождь понял, кто я такой. Это было ожидаемо. Я бы даже разочаровался в нём, если б у него не хватило ума сопоставить несколько фактов, которые он наверняка знал: моё изгнание из России, исчезновение в Пекине во время землетрясения и белые волосы вдруг появившегося у Ма боевого мага.
Стянув маску, я пересел в салон броневика и захлопнул за собой тяжёлую дверь. Тут же проверил, есть ли на машине Вождя охранные заклятья. Они были. Не особо эффективные, но против небольших ракет сойдут.
— Поехали, — бросил Аничков водителю-китайцу.
Машина издала короткий сигнал, и кортеж тронулся, набирая скорость.
— Вы не удивились, когда я назвал вас по фамилии, — заметил, глядя на меня, Вождь. — И не попытались сбежать. Значит, предполагали, что я могу вычислить, кто скрывается под маской.
— Это дурацкая идея господина Ма, — ответил я, пожав плечами. — Не сомневался, что вы легко догадаетесь обо всём.
— Господина! — презрительно фыркнул Аничков. — Этот бандит такой же кровопийца, как и прочие враги пролетариата! И, уж точно, он не ровня нам с вами, господин Белозёров. Полагаю, вы связались с ним только ради того, чтобы подобраться ко мне? Что ж, вот он я, прямо перед вами. Можете попробовать сделать то, ради чего внедрились в триаду.