Белый князь (СИ)

— Нет-нет! — поспешно перебила Юшен. — Я попробую. Даже интересно.
В этот момент вернулся бармен с бутылкой из коричневого стекла и двумя чарками. Налил почти до краёв и придвинул к нам.
— За то, чтобы я побыстрее вернулся в Россию, — проговорил я себе под нос, подняв одну.
Хули-цзин внимательно пронаблюдала за тем, как я опрокинул в себя содержимое, и последовала моему примеру. Правда, тут же закашлялась, фыркая и мотая головой.
— Что за гадость! — сдавленно просипела она, утирая выступившие слёзы.
— Согласен, — кивнул я. — Но это у тебя с непривычки.
— Не собираюсь к этому жуткому пойлу привыкать! — решительно заявила Юшен. — Ты уверен, что этот тип не пытался нас отравить?
— Абсолютно.
Я взял оставленную барменом бутылку и налил себе ещё. Девушку передёрнуло от отвращения, и она даже отвернулась, чтобы не видеть, как я выпью.
Через десять минут бармен принёс тарелку с едой, и я принялся утолять голод. Было не то чтобы невкусно — обычно. Вернее, никак. Но сытно. Взглянув на часы, я расплатился и кивнул девушке.
— Пора.
Ждать на аэродроме вертолёт пришлось недолго: не прошло и десяти минут, как он появился в небе.
— Никогда не летала! — задрав голову, проговорила хули-цзин. — Как здорово!
Взглянув на её точёный профиль, я напомнил себе, что твари вроде неё — искусные притворщицы, и им ничего не стоит изобразить обычную девушку, даже милую и наивную. Но всё это коварный обман, призванный манипулировать человеком и в конце концов подчинить его. Со мной это у неё не пройдёт.
— Кто это? — спросил пилот, когда приземлился, и мы забрались в салон коптера. — О пассажирах речи не было!
— Слушай, у меня была непростая ночь, так что давай взлетай! — отозвался я, перекрикивая шум винта. — Это моя спутница, и тебя не касается, кто составляет мне компанию.
Пилот упрямо замотал башкой.
— Надо доплатить!
Вытащив пистолет, я пальнул мимо его шлема. Мужик дёрнулся, в глазах мелькнул страх.
— Живо в воздух, дебил! — процедил я. — И чтоб не вякал по дороге.
Бормоча себе под нос проклятья, пилот поднял вертолёт, и мы пустились в обратный путь.
Хули-цзин вертела рыжей головой и вообще вела себя, как ребёнок. Хотя лет ей было явно немало, раз успела обзавестись четырьмя хвостами. И народу погубила она тоже кучу, — напомнил я себе. Лисицы-оборотни развиваются благодаря Ци, а её берут у своих жертв. Так что я вёз в поместье господина Ма ту ещё жуткую прожорливую тварь. Надо будет ей объяснить, как вести себя в доме. А то не оберусь хлопот, пожалуй.
Когда мы прибыли на аэродром, Юшен стала задумчивой.
— В чём дело? — спросил я.
— Я ведь впервые попаду в город, — чуть помолчав, ответила она. — Человеческая территория. Для меня это будет… непривычно.
— Волнуешься, что ли?
— Ну, не то, чтобы…
— Столько еды, и вся в одном месте, — подмигнул я.
Хули-цзин печально покачала головой.
— Когда быков много, что им стоит затоптать тигра? — ответила она. — Тем более — людям убить лису.
— Ну, ты не прибедняйся, знаешь ли. И говори потише. Не дай Бог, кто-нибудь тебя услышит.
— Ой, точно! — девушка испуганно огляделась. — Буду осторожней. А куда мы идём?
— К машине. И, кстати, поедем мы вовсе не в город. Я живу в поместье важного, по местным меркам, человека. Он бандит. И почти все, кто там обитает вместо со мной — тоже. Вот им точно ничего не стоит попытаться тебя прикончить в случае чего. Так что постарайся лишнего не болтать и вести себя тише воды, ниже травы.
— Кто такие бандиты, я знаю, — ответила Юшен. — Всё-таки, не вчера родилась. Зачем ты живёшь там? Ты тоже бандит? Я думала, охотник.
— Это временная и вынужденная мера. Скоро я отправлюсь… на родину.
— Это куда?
— В Россию. Слышала о такой стране?
Девушка отрицательно покачала головой.
— И меня с собой возьмёшь?
— Пока не знаю. Посмотрим, как у нас с тобой сложится.
— Мне бы не хотелось уезжать. Здесь так красиво…
— Ну, к счастью, это не тебе решать. Полезай в машину.
Мы сели во внедорожник и отправились в поместье триады.
 
— Постарайся никого не убивать, — говорил я по пути. — И не выкачивать Ци. По крайней мере, не так, чтобы это привлекло внимание.
— Значит, немножко можно? — с надеждой спросила хули-цзин.
— Я понимаю, что тебе это необходимо. Глупо запрещать есть тому, кто голоден. Но давай договоримся: никаких смертей!
Юшен кивнула.
— Хорошо. Как скажешь. В конце концов, я обязана подчиняться. Но однажды мне понадобится поесть. Не могу же я существовать на одной только Ци.
— Мы что-нибудь придумаем. Но не сейчас. А теперь помолчи: мне нужно подумать. Послушай вот музыку пока, чтобы не скучать.
Я включил радио. Вскоре девушка начала отбивать на коленке ритмы, на её лице появилась неуверенная улыбка. Полные губки шевелились, пытаясь повторять слова.
Меня же занимали мысли о Вожде. Я чувствовал, что скоро мне представится возможность его увидеть: Ма не станет тянуть со встречей, ведь ему необходима поддержка китайского революционного подполья. И меня он точно возьмёт с собой. На всякий случай. Социалисты — народ непредсказуемый, убеждённый в том, что ради победы все средства хороши — была бы благородной цель. А свою борьбу они считают чуть ли не священной. Этакие крестоносцы пролетариата, только на флаге у них не распятие, а серп и молот. Правда, и звезда затесалась. Видимо, как символ того, что революция должна охватить весь мир. Тот же империализм, только под красным соусом.
До поместья добрались к полудню. Пока шли, на нас глазели тренировавшиеся на лужайке бойцы триады под руководством Мейлин, поспешившей сделать вид, будто она нас не замечает. Пенфея я не заметил. Наверное, на больничном. Если, конечно, триады выдают больничные.
Я постучал в дверь своего жилища, и через несколько секунд она распахнулась.
К моему удивлению, на пороге стоял Пенгфей с загипсованной рукой на перевязи.
— Какого чёрта ты ту делаешь⁈ — нахмурился я.
Неожиданно парень поклонился.
— С возвращением, господин Бэй, — сдержанно проговорил он.
Было заметно, что фраза далась ему не без труда.
— Я задал тебе вопрос, — проговорил я, не торопясь входить в дом.
Рядом с парнем возник Матвей.
— Прошу прощения, господин, — проговорил он. — Годы не придают мне резвости, вот юный Пенгфей и пришёл на помощь, — в глазах старика плясали смешинки. Он перевёл взгляд на Юшен. — Кто ваша спутница, если мне позволено спросить?
— Моя новая знакомая, — ответил я. — Зовут Юшен. Будет жить с нами.
— Вот как? — приподнял брови камердинер. — В каком статусе, господин?
— Посмотрим.
Я вошёл в дом, хули-цзин проскользнула следом. Пенгфей закрыл дверь и остался стоять возле неё.
— Так что тут происходит? — обратился я к камердинеру, поскольку было ясно, что от парня объяснений не дождаться.
— Юный Пенгфей имел несчастье упасть ночью с мотоцикла, — ответил Матвей. — Господин Ма, его босс, определил его вам в посыльные, чтобы не сидел без дела. Пока вас не было, мы поболтали и нашли общий язык. Уверен, вы по достоинству оцените его расторопность и исполнительность.
— Подожди здесь, — велел я хули-цзин и отвёл старика в сторонку. — Этот парень только и думает, как бы меня пришить, — тихо сказал я. — Зачем мне в доме такой человек? Хочешь, чтобы я перестал спать по ночам?
— Знаю, господин, — кивнул Матвей. — Но Пенгфей не мог ослушаться приказа Головы дракона. И, полагаю, господин Ма не в курсе вашего конфликта. Отправить его назад означало бы спровоцировать объяснения, а они, как мне кажется, нежелательны.
— Для кого?
— Для парнишки.
Я бросил взгляд на Пенгфея. Он стоял, глядя в пол. Явно ему здесь некомфортно. Наверняка с удовольствием был бы сейчас в другом месте. Но для этого пришлось бы объяснить, почему я не хочу принимать его в качестве слуги. И, возможно, отошли я его, для него нашли бы более опасное занятие.