Белый князь (СИ)

— Почему они не рухнули? — спросил я китайца по-английски.
— Их строили с учётом сейсмической активности, — ответил он с сильным акцентом, тщательно подбирая слова. — Плавающий фундамент. Толчки не страшны. Рухнули старые дома. Теперь будут строить другие.
Это понятно. Свято место пусто не бывает. Но сколько времени понадобится, чтобы расчистить завалы? Даже не представляю.
Минут через двадцать мы вылетели из города и понеслись над рощами. Тут тоже виднелись последствия землетрясения: то и дело попадались разрушенные здания, пересечённые трещинами дороги и поля.
Но через некоторое время они исчезли, и всё пространство заняли леса. Только иногда мелькавшие стальными лентами реки нарушали однообразие пейзажа.
Вскоре мы начали снижаться. Я увидел обнесённый каменной стеной особняк. Он не пострадал. Похоже, здесь вообще не было землетрясения.
Через пару минут мы сели на обозначенную большой белой буквой «Н» вертолётную площадку.
— Добро пожаловать, — проговорил китаец. — Это мой дом.
Мы вышли из коптера. К нам спешили люди в чёрных костюмах и белых рубашках. Выглядело это, словно униформа. Когда они приблизились, я понял, что у каждого под пиджаком есть оружие.
Мой спутник что-то сказал по-китайски одному из них, указал на нас с Матвеем и двинулся в сторону дома.
— Прошу за мной, господа, — коротко поклонившись, сказал нам парень, которому, видимо, поручили о нас позаботиться. — Сюда, — он помахал рукой, приглашая идти за ним.
Мы направились вправо, таким образом, отделившись от остальных. Парень проводил нас к небольшому домику, окружённому сливовыми деревьями. Открыл дверь, приглашая внутрь.
— Сюда. Хозяин просит ждать его здесь. У него дела, но потом он вас навестит. Или пригласит, — парень говорил медленно, подбирая слова. — Я пришлю слугу. Ждите.
Как только мы вошли, он закрыл дверь. В окно было видно, как он побежал вслед за остальными.
— Господин, кажется, мы попали к триадам, — проговорил Матвей, осматриваясь. — Я узнаю этот герб, — он ткнул пальцем в декоративное панно на стене. — Вот этот элемент используют китайские мафиози.
— Возможно, — сказал я. — Что ж, посмотрим, чем это для нас обернётся. Думаю, в любом случае не стоит говорить, кто я. Вернее, что прилетел в Пекин в качестве дипломата.
— Вы правы, господин. Лучше выдать себя за обычного туриста. Вы планируете здесь задержаться?
Я пожал плечами.
— Не знаю. Давай дождёмся хозяина. Думаю, скоро он появится, чтобы изъявить благодарность за спасение. Тогда и решу.
За туриста, конечно, себя выдавать я не собирался. Никто в это не поверит. Но и говорить, что меня прислали в качестве работника посольства, ни к чему. Скажу правду — что я изгой и ищу место под солнцем.
Мои мысли прервало появление девушки в традиционном китайском платье тёмно-зелёного цвета. Она постучала и, дождавшись ответа, вошла с деревянным подносом, на котором стояли керамический чайник и два чашки. Маленькая, с гладкой фарфоровой кожей, она походила на ростовую куклу, созданную искуснейшим из мастеров.
— Меня зовут Джу, — представилась она, поклонившись. — Хозяин приказал о вас позаботиться. Вы его дорогие гости. Это зелёный чай, но, возможно, вы голодны?
— Нет, я поел в самолёте, — сказал я, рассматривая аккуратную фигурку и милое, свежее личико. — А за чай спасибо. Передай господину…
Я сделал паузу, чтобы девушка вставила имя хозяина, но она никак не отреагировала. То ли не поняла намёка, то ли не знала, можно ли его называть.
— Передай мою благодарность, — закончил я фразу.
— Вы знаете китайский? — спросила вдруг девушка.
— Нет. Как-то не думал, что пригодится. Но английским владею неплохо.
— Некоторые не станут с вами разговаривать на нём, — сказала Джу, достав из кармана что-то маленькое и направившись ко мне. Я заметил, как напрягся Матвей. Несмотря на возраст, он оставался вполне смертоносным. В молодости же считался одним из лучших убийц в империи. — Английский — язык колонизаторов. Мы его недолюбливаем. В некоторых районах вас могут убить, если заговорите на нём. Вот, господин, возьмите, — девушка протянула на ладони маленькую серьгу. — Это артикуляционный коммутатор, он позволит вам понимать китайский и другие языки. В Пекине большинство пользуется такими: в городе много иностранцев. Очень удобно.
 
— У меня ухо не проколото.
— Это клипса.
— А не потеряется?
— Коммутатор держится вполне надёжно. Позвольте вам помочь?
— Давай, — я повернулся, продолжая краем глаза наблюдать за девушкой.
Хотя зачем ей пытаться меня убить?
Джу быстро прикрепила серьгу и отступила.
— Вот и всё, господин. Вы меня понимаете?
Я кивнул. Её речь звучала по-китайски, но в моей голове превращалась в готовую информацию. Действительно, удобно.
— Моему слуге такой тоже не помешал бы, — я указал на Матвея.
— Хорошо, я принесу.
Она вернулась через час — с коммутатором для камердинера и тарелками, на которых был рис с маринованными овощами и курицей. В маленьких чашечках — соус.
— Я подумала, что вы всё-таки могли проголодаться, — сказала Джу, поставив их на стол. — Ещё чаю?
— Сколько времени понадобится, чтобы восстановить город? — спросил я.
Пока девушки не было, я смотрел по телевизору новости. Благодаря коммутатору, речь дикторов была понятна, и можно было составить представление о масштабе катастрофы.
— Не знаю, господин. Наверное, несколько лет.
— Где будут жить люди?
— Во временных домах и специальных лагерях. Хозяин велел передать, что сейчас он занят помощью пострадавшим, но завтра с удовольствием встретится с вами, чтобы выразить признательность за своё спасение. Если вы никуда не торопитесь, он будет рад видеть вас своим гостем.
— Передай, что я с удовольствием принимаю его приглашение.
Правильный ответ для изгоя. Я слышал, что триады тайно сотрудничают с социалистами, а значит, через них можно выйти на след Вождя. По крайней мере, теоретически.
Пища оказалась скромной и лишь побудила аппетит, которого я до этого не ощущал.
— Чёрт, вот теперь мне захотелось есть! — проговорил я, быстро расправившись с содержимым тарелки. — И как китайцы умудряются этим наедаться?
— Полагаю, дело привычки, — отозвался Матвей. Он сытым тоже не выглядел. — Я где-то читал, что в Китае не принято есть мясо каждый день. Два-три раза в неделю, и всё.
— Мрак!
— Совершенно с вами согласен, господин. Прошу прощения, могу я сменить тему?
Вопрос меня удивил. Взглянув на камердинера, я вдруг понял, что он серьёзен и озадачен. Словно его что-то гложет.
— В чём дело, Матвей?
— Это касается вашего отца. Не уверен, что должен говорить, но и молчать не могу.
— Так, выкладывай всё, что знаешь.
Слуга вздохнул.
— Сегодня я случайно услышал разговор вашего брата с начальником безопасности Порфирием Юкиным. Он недавно занял пост своего предшественника, погибшего в результате последнего покушения на вашего отца.
— Да, я знаю его. О чём они говорили?
— Не смогу воспроизвести дословно, но мне показалось, что ваш брат… упомянул смерть отца как удачно осуществившийся план. И сказал, что Юкин вполне заслужил награду. Не берусь утверждать, что правильно его понял… Я не слышал всего разговора. Но…
— Мой брат подкупил начальника охраны, чтобы убить отца и получить его титул.
Матвей удручённо склонил голову.
— Боюсь, это возможно, господин.
Поднявшись со стула, я прошёлся по комнате. Так-так… Князь, конечно, не был мне отцом в полном смысле слова, да и восторга от того, что один из его сыновей не унаследовал Дар, не испытывал, однако убивать его ради титула — слишком. Он заботился о нас, как умел, и не заслужил такого вероломства. Признаться, не ожидал от Павла подобной подлости, но в то же время не удивлён. Правда, сам он не решился бы. Уверен, им руководила мать. Её выдали за отца против воли — только ради союза между семьями. Я всегда чувствовал, что она так и не смирилась с этим и ненавидела супруга. Зато своего сыночка обожала. И вот теперь он князь!