Слишком близкие люди (СИ)
Не тут-то было: телефон заголосил родной мелодией, которая стояла только на одного человека — на Лизу Янкевич. Не ответить ей — проще сразу яму себе выкопать.
Прямо с трубкой побрела в ванную. Надеялась, что отделаюсь коротким «все нормально», и все же успею вымыться по-человечески.
— Лера, ты где, вообще? — это вместо обычного «здравствуйте», которым люди начинают разговоры.
— Я домой приехала… — призналась обреченно, понимая, что быстро не отделаюсь.
— А за каким, простите, хреном ты туда понеслась? Что-то с отцом случилось? — подруга отлично знала все мои болевые точки. Попала почти что в цель… слегка промазала.
— И с ним, видимо, тоже…
— Ну-ка, давай, в подробностях. Ты меня удивляешь, дорогая. Я начинаю нервничать, а в моем положении это очень вредно.
— В каком положении, Лиз? Ты беременна? — я даже забыла о своих проблемах, так обрадовалась.
— Окстись! Быть замужем за Кириллом — это как сидеть в очень долгой осаде. Я стала злая и нервная. Хочется кого-нибудь убить. И здесь ты фортели выкидываешь… — Лизка многозначительно замолчала.
— Меня убивать, надеюсь, не будешь?
— Посмотрим. — Она опять замолчала. — Я тебя просила быть поосторожнее с Андерсом и не делать ему больно?
— Блин! Вот хоть ты-то сюда не лезь, пожалуйста! И так тошно…
— Значит, поцапались? И причиной, наверное, был твой отъезд?
— Как же повезло Кириллу с такой умной женой… — мне совсем не хотелось говорить ей правду. Но от этой занудной язвы никто еще просто так не отделывался.
Пришлось выложить, как на духу, все, что случилось в последние дни. Подруга слушала внимательно, не перебивая. Долго молчала после этого. Так, что мне даже показалось — не пропала ли связь. Проверила, окликнув.
— Да здесь я, здесь… Думаю просто…
— И что же ты надумала?
— Ну, в том, что весь выводок Савельевых — подлюки редкостные, я никогда не сомневалась. Ну, да уже и Бог с ними. К ним еще все бумерангом вернется.
— Думаешь? Разве двух покалеченных в семье — не достаточно?
— Так еще один, мозгами обделенный, тебя с Андрюхой поссорил. Значит, еще маловато. — Лиза хмыкнула возмущенно. — Но на них-то — плюнуть и растереть. Что будешь делать с отцом и квартирой?
— Отца искать. Олег помочь обещал…
— Олег… постой, Олег — тот самый? Бессонов Олег, что ли?
— Ну, да, а что такого?
— А откуда он взялся-то? Он же куда-то уезжал навсегда…
— Ну, вот, нашелся. Приехал ко мне на работу, чтобы поздороваться. Я его с Андерсом познакомила даже…
— И что, Андрюха ничего не просек?
— А должен был что-то просечь?
— Господи, Лерка! Вот ты всю жизнь как слепая! Или зрение у тебя однобокое… Влипла тогда по уши в своего Макса, а то, что Олежка с ума по тебе сходил, даже не замечала…
— Не сочиняй! Ничего подобного не было никогда! — мне стало до ужаса стыдно и неудобно.
— А зачем сочинять? Спроси у кого угодно из наших — они тебе все расскажут подробненько…
— Черт… — схватилась за голову. — А я ж его по старой дружбе о помощи попросила. Ничего такого даже в мысли не приходило.
— Попросила — и славненько. Пусть немного постарается, ради памяти о первой любви. Тем более, что связи у него должны остаться хорошие. Не свои, так отцовские подключит.
— Но как мне теперь смотреть ему в глаза-то, Лиза? Я как будто пользуюсь…
— Вот и пользуйся, радуйся, что есть кем. — Сказала, как отрезала.
— Да я ж не смогу теперь ему в глаза смотреть!
— А ты постарайся! Кстати, подумала, что будешь делать, когда отца найдете?
— Не знаю… Лечить, наверное. Только от чего — еще не понятно. Каких он болячек нахватался от своих собутыльников, и что у него теперь с головой…
— Ну, вы пока ищите… — судя по тону Лизаветы, она уже что-то задумала. Хотелось бы, чтобы что-то хорошее и полезное. — А я здесь попробую сочинить, чем тебе можно помочь на расстоянии.
Разговор с подругой немного поднял настроение. Легче становится, когда выговоришься. И когда знаешь, что можно рассчитывать на поддержку, хотя бы моральную.
Что делать с Андерсом — вот, что меня глодало больше всего.
Он не позвонил ни разу с того момента, как я уехала. А мне… весь день было не до звонков. Делиться с ним тем, какое разочарование встретило в палате Максима — признаться в собственной глупости. Рассказывать про проблемы с отцом — вообще ни к чему. Да и просто стыдно. Так, словно это я опустилась ниже всех возможных плинтусов и превратилась в оборванную пьяницу.
Огромного труда мне когда-то стоило рассказать об унижениях, пережитых по воле мужа. Повторить этот подвиг, показав еще и отца-алкаша, неизвестно где шляющегося — выше моих сил. Лучше разгрести на месте все свои проблемы, а потом уже вернуться с покаянной головой и бухнуться в ноги, прося прощения. Ну, может быть, прямо на колени падать не буду… А вот прощения просить придется, точно…
Глава 41
Андерс
Он старательно обманывал себя, что совсем не ждет обещанного звонка. А телефон просто вечно попадался под руку, даже в моменты, когда был совсем не нужен.
Андерс снимал с него блокировку, на автомате проверял, нет ли пропущенных, с раздражением прятал в карман. Словно ни в чем не повинный гаджет был главной причиной дурного настроения.
Он успел поужинать в одиночестве, просмотреть все важные новости в интернете, посмотрел какой-то футбольный матч, хоть всегда предпочитал хоккей…
Начинал задремывать: организм, хоть и вечно взбудораженный, начинал брать свое, и в минуты редкого покоя стремительно отключался. И, конечно же, именно в этот момент раздалась трель телефона.
— Ну, что, страдалец, ты жив еще? — Лиза не очень любила здороваться. Вернее, старательно избегала этой важной части этикета. Но Андерсу было фиолетово на ее характер и раньше, а сегодня — особенно.
— Твоими молитвами, конечно. Как дела, Лизавета?
— У меня — великолепно! Столько старых друзей повстречала, сто лет их не видела! Представляешь, стоило только на перрон выйти — и тут же две одноклассницы навстречу! — Елизавета трещала в своей обычной манере. Явно, старательно уходя от главной темы разговора.
— Ты мне для этого звонишь? Похвастаться своими приключениями? Тогда, наверное, давай лучше завтра утром. Сегодня настроения нет…
— Андрюх, ну и вот как ты собираешься строить общение с противоположным полом? А как же умение поддержать светскую беседу? — эта язва ехидно хихикнула в трубку.
— Лиза, мозги своему мужу компостируй. А мне не нужно. Они и так уже в дырочку все.
— Слабенький ты у нас, Энди… Кирилл, вон, сколько меня терпит, и не жалуется.
— Каждый сам себе волен выбирать наказание. Киру нравится — его дело. А меня уволь. — Вообще-то, он любил взаимные пикировки с Лизой, и часто этим занимался с удовольствием. Но в этот момент они подводили Андерса к грани.
— Ну, что я могу сказать… Ты себе наказание тоже выбрал необычное. Добренькое, но странное. Даже по моим меркам.
— На что ты намекаешь, не пойму?
— Господи, Андрюх, вот же вы подобрались-то, два сапога пара! Одна здесь тупит, второй — в Питере. А я за вас впрягаться должна, переживать, нервничать…
— Лиза, етит твою налево! — Не выдержал, рыкнул. Так, как обычно на женщин никогда не рычал. — Ты долго будешь ходить вокруг да около? Можешь мне нормально объяснить, что там у вас происходит?!
— Ну, собственно, ничего особенного… Во всяком случае, тебе не о чем переживать. Лера мужа нахрен послала, сразу же, как он ей пару ласковых сказал…
Андерс молчал, ожидая продолжения. Лиза, отчего-то, тоже молчала.
— Это все? Больше нечем поделиться?
— Я думала, для тебя это самое главное… — девушка протянула с явным разочарованием. Но под ним была спрятана еще и тонкая издевка.
— И что?
— Мог бы спасибо сказать, для приличия!
— Благодарю. Дальше что? Почему Лера до сих пор не вернулась?
— А… так вот, что тебя волнует… Ей тут папаня устроил очередное светопреставление…