Горький шоколад, сладкий чай (СИ)
— Да, — на удивление быстро и невозмутимо ответил блондин.
Чайничек закипел. Крышечка со свистом отлетит к чертям через один…два…
— Да пошёл ты! — истерично взвизгнула, дёргаными движениями натягивая на себя футболку. — И ты тоже! — повернулась к, пока что ни в чём не виноватому, Рафу. А что он расслабился, лежит тут лыбится⁈ Смотрит на меня, как на забавную зверюшку! Пусть катятся к своим вот этим…!
Вскочила с кровати и уверенно ломанулась к выходу из спальни, где и была перехвачена невозмутимым Эриком.
— Яна, алло, приём, — насмешливым тоном бесил ещё больше, вжимая меня грудью в стену. — Неужели ты думала, что мы тебе девственниками достались? Да, у нас было прошлое, но сейчас то что не так?
Сопела, как бык, инстинктивно пытаясь выбраться и соображая, что же на самом деле не так? Да всё так. Всё очень сильно ТАК. Это и пугает. Страшно, что всё это однажды может рухнуть, лопнуть, как мыльный пузырь, и как после этого жить? Как собирать себя по частям?
— Успокоилась? — моё молчание он расценил по-своему. Эрик развернул меня к себе лицом и крепко сжал скулы, впиваясь в губы поцелуем, выбивающим из лёгких воздух. — Есть только ты и мы. А сейчас иди и покажи, на чём вы там с Рафом остановились, — парень хитро прищурился, проводив меня взглядом, полным похоти, до кровати, где всё так же ждал брюнет, который схватил меня за талию и повалил на себя.
Развела ноги шире и уселась сверху, с щемящей радостью ощущая промежностью степень его возбуждения. Ну, вот что они делают? Я даже скандал по-человечески устроить не могу! Раф снова медленно стянул с меня футболку, не сводя с моего тела безумного горящего взгляда, после чего избавил от трусиков и притянул за затылок к своему лицу, мучительно неторопливо проводя по моей нижней губе острым кончиком языка. Мягкий горячий сгусток внизу живота лопнул, разливая по венам острое желание. Настолько острое, что даже слегка болезненно. Обняла его ладонями за шею и поёрзала на каменном бугре, всё ещё скрытом под тканью боксеров. Нетерпеливо запустила ладошку под резинку, выпуская наружу пружинящий ствол, коснувшийся головкой моего распалённого клитора. Шумно втянула через сжатые зубы воздух и направила его в себя. Мысль о том, что сзади стоит Эрик и за всем этим наблюдает, приводила меня к бешеному восторгу. Качнула бёдрами и медленно стала опускаться, насаживаясь на толстый рельефный агрегат Рафа. Парень стиснул мои бедра и толкнулся навстречу, входя до самого основания, растягивая под свой размер. Блаженно застонала и снова рухнула на его горячую влажную грудь. Ягодиц коснулись крупные ладони Эрика. Кровать спружинила под весом второго парня. Выгнулась, как кошка, впиваясь в губы брюнета требовательным поцелуем, и подставляя под ласки пятую точку блондину, большой палец которого, будто невзначай коснулся тугого колечка, слегка нажимая и заставляя меня замереть. Не могу сказать, что это неприятно. Наоборот, очень даже, просто немного непривычные ощущения…
— Расслабься, — тихо произнёс Эрик, почувствовав моё напряжение.
Оставил отпечаток своих горячих губ на коже и вновь легонечко надавил пальцем, немного проскальзывая внутрь, где всё мигом сжалось.
— Ох! — округлила глаза и заскулила от шока, от волнения, от переполнявших ощущений.
Раф продолжал медленно двигать бёдрами, подбрасывая моё окаменевшее тело навстречу пальцам Эрика, которые творили такое, что не смотря на всю мою испорченность, щёки продолжали гореть. Сзади послышался шорох, и вскоре запретного колечка коснулось что-то другое. Что-то плотное, горячее и во много раз больше.
— Нет-нет, — тихо заскулила, отчаянно замотав головой. Как говорится: «И хочется, и колется».
— Тщщ, тщщ, ты чего? — ласково промурлыкал Раф, заставляя смотреть в свои кофейно-янтарные глаза. Да, так спокойнее.
— Я пока боюсь…Не надо! — вцепилась когтями в его плечи, разрываемая от двойственных чувств.
— Не сегодня, Эрик, — твёрдо отрезал Раф, мягко целуя мои дрожащие губы.
— Не сегодня, так не сегодня, — безоговорочно согласился второй и…О, Боже!
Успела только взвыть волчицей, почувствовав как в моё лоно толкнулся второй член, растягивая меня до такой степени, что казалось будто разорвёт на куски. Но, вопреки моим ожиданиям, это оказалось не больно. Неожиданно, резко, немного страшно, но… не больно. Чёрт, даже очень приятно…
— Мамочки, — сдавленно пропищала, судорожно глотая воздух и продолжая царапать плечи Рафа.
— Папочки, — усмехнулся в ответ, крепко удерживая меня за талию и подлавливая ритм Эрика.
Безумно тесно, горячо, влажно. Неописуемое чувство наполненности и дикого кайфа выбрасывали в кровь такие химозные соединения, от которых всё кипело и кружилась голова. Теперь я понимаю, что имеют ввиду, когда говорят, что мужики думают одним местом. Прошу прощения, но сейчас я думаю тоже только им. И ни о чём не жалею. Оно пищит от радости, нереального наслаждения и неизведанных ранее ощущений. Мы будто единый организм. На одной волне, в одном ритме, окутаны дикими чувствами. Движения парней стали быстрее, сильнее прогнулась в пояснице и до боли закусила губу, чувствуя, как внизу живота тоненькой струйкой начинает биться фонтан, который через несколько секунд смоет всё на своём пути, заставив меня рухнуть Рафу на грудь и что-то бессвязно кричать, надрывая связки.
Парни пришли к финишу сразу после меня, грубо матерясь и стискивая в своих руках до нехватки кислорода. Телефон, лежащий рядом на простынях, снова завибрировал. Изнеможенно приоткрыла один глаз, встречаясь взглядом с уже знакомой фотографией.
— Да ёп твою мать! — разгневанно взревел Эрик, запуская ни в чём неповинный смартфон вместе с Маришей в стену.
21. Когда-то это должно было случиться
Март пролетел, как один день. Парни даже научились уживаться в одной квартире, а я перестала держать руку на быстром наборе скорой помощи. Правда, как выяснилось позже, они всю жизнь так грызутся, словно кошка с собакой, и как при таких обстоятельствах ребята ещё не поубивали друг друга и при этом остались лучшими друзьями — большая загадка. Наши нестандартные отношения мы по прежнему держали в тайне, а мне перестало мерещиться, что каждый, мимо проходящий, умеет читать мысли и знает о нашем «маленьком» секрете. В курсе была только Лея. Как то раз она меня напоила и в ультимативной форме потребовала не держать её за идиотку. Таковой я подругу не считала, поэтому пришлось выложить, всё, как есть, чему она оказалась несказанно рада. Чего я не могла сказать об Оле…
— Ян, а что происходит? — Олька нахмурилась, провожая взглядом парней, которые привезли меня на учёбу и отправились по своим делам.
— А что? — отстранённо пожала плечами, пока что не понимая, к чему она клонит.
— Ну, они и раньше то вели себя странно, — уклончиво ответила подруга, вскинув светлые брови. — А сейчас вообще…Ты уверена, что они с тобой просто дружат? По взглядам же видно, как они тебя мысленно имеют во всех позах! — подруга аж хрюкнула от своей искромётной шутки.
— Даже если так, то что? — поймала Олин взгляд, всем своим видом показывая, что не разделю её безудержного веселья.
— В смысле? — девушка скривилась, будто я ей подсунула какой-то тухлятины.
— Да расслабься, шучу…
* * *— Ну как я? — в сотый раз прокрутилась перед зеркалом, то поправляя короткий ярко-красный топ, то одёргивая ультра-короткую юбку из кожи. А колготки в крупную сетку — это не перебор? Хотя с блейзером, вроде, не так уж вульгарно…
— Это что за бомба, — Раф восторженно оглядел меня с головы до ног, подозрительно долго задерживаясь на груди и пятой точке, плотно обтянутой тканью. — Киса, вашей маме зять не нужен? — парень подошел сзади и обвил мою талию, крепко прижимая к своему телу.
— Что за старинные подкаты Тоша? — весело фыркнула, глядя на довольного улыбающегося парня в зеркале. — А вдруг я скажу, что нужен? Придётся жениться…