Горький шоколад, сладкий чай (СИ)

Спустя десять минут мы остановились у одного из местных кинокомплексов.
— Кино? Серьёзно? — с умилением взглянула на ребят, ощущая разливающуюся теплоту внутри. Несмотря на нестандартную ситуацию между нами троими, они всё равно стараются, чтобы я ощущала себя максимально комфортно.
Зайдя внутрь, мы обнаружили, что никого, кроме нас, кассира и билетёра в просторном холле нет. Это нормальная ситуация для маленького города с тремя кинотеатрами. По будням, да ещё и не в день премьеры, ты спокойно можешь оказаться единственным посетителем сеанса и немножко почувствовать себя королём. Как сейчас. Два короля, расположились в центре зала по обе стороны от меня, и я, королева, готовая уписаться от,свалившегося на неё, счастья. Свет в зале потух, погружая нас ещё в более таинственную и романтическую атмосферу, начался фильм — один из новых нашумевших блокбастеров. Не самый лучший вариант для свидания, но меня это абсолютно не волновало, так как на сюжете получалось сосредоточиться с трудом. Я то и дело ёрзала на месте, не в состоянии спокойно сидеть между двумя мужчинами, от которых исходил такой жар, что по позвоночнику начинали катиться капельки пота. Господи, в кого они меня превратили? Тяжело вздохнула и откинула длинные волосы за спину, открывая грудь прохладному воздуху. Вроде полегче…
Не успела я об этом подумать, как грубоватая ладонь Эрика, будто невзначай, легла на моё колено, тихонько его сжимая. Лицо парня при этом оставалось беспристрастным и сосредоточенном на экране. В практически кромешной темноте суровые черты лица казались ещё холоднее и жестче. Пальцы с шероховатыми подушечками медленно поползли вверх, сдвигая подол платья выше. Шумно втянула носом воздух, ощущая, как предательски начинают дрожать конечности. Вцепилась ногтями в подлокотники и невидящим взглядом уставилась в экран. Настойчивая ладонь миновала кромку чулок, попутно обведя узор, и остановилась на оголённом участке кожи, ребром задевая самое сокровенное местечко, мучающегося от болезненной пульсации. Нетерпеливо двинула бёдрами вперёд, бессовестно напрашиваясь на ласку. Более очевидных намёков не понадобилось. Средним пальцем Эрик сдвинул в сторону полупрозрачные стринги, пробежался вдоль складочек, заставляя до боли закусить нижнюю губу, и резко нырнул внутрь.
— Ааам, — жалобный стон сорвался с губ за секунду до того, как Раф неожиданно притянул моё лицо к себе, затыкая рот настолько глубоким поцелуем, что я начала задыхаться.
Вдобавок ко всему этому, он легонько сжал ладонью моё горло. Достаточно для того, чтобы поступал кислород, но и хватает для того, чтобы начала кружиться голова. Между тем, пальцы Эрика внутри меня продолжали хозяйничать и выдавливать все соки, в прямом смысле, я ощутила, как по внутренней стороне бёдер потекла липкая смазка. Протянула ладонь вперёд и схватилась за внушительный твёрдый бугор в джинсах Рафа, словно за спасательный круг.
Очень не кстати, на затворках разума промелькнула мысль: ' А точно ли мы в зале находимся одни?', но она была успешно выбита, пробирающим до мурашек, звуком расстегиваемой молнии, после чего в моей вспотевшей ладошке оказался горячий бархатный на ощупь и увитый крупными венами ствол. Несмело пробежалась по нему пальчиками и, как в награду, мне в губы прилетел сдавленный хрип Рафа. Движения ладони между ног стали грубее и жестче. Вцепилась в бедро Эрика, ощущая под натянутой тканью не менее внушающее, чем у второго парня, готовое к бою, оружие. Мамочки, так же не бывает, я просто сойду с ума. Брюнет продолжал терзать мои губы, ловя и слизывая каждый судорожный вздох и всхлип. Блондин несколько раз нажал на какую-то чувствительную точку на задней стенке, и из меня неприлично обильно что-то потекло. Я даже не успела испугаться, потому что уже в следующий миг глаза закатились, а тело скрутило мощнейшей судорогой, настолько, что если бы Раф меня не схватил за талию, то я бы нехило приложилась затылком о спинку кресла. Я даже не в состоянии была кричать, что-то бессвязно хрипела, качаясь на волнах отступающего оргазма и чувствуя между ног обилие влаги. Я жива? Точно?
  
— О-х*-еть, — пораженно выдохнул Эрик, покидая моё лоно и оставляя чувство пустоты. — Я и не знал, что ты так умеешь.
— Да она сама, кажется, не знала, — Раф усмехнулся в мою макушку, осторожно опуская моё обмякшее тело. — В кино больше не ходим…
  
14. Тяжелые будни
 
Следующая неделя выдалась тяжелой, причём у всех нас. Куча занятий, практических заданий, плюс работа, в итоге, с ребятами мы пересекались только в промежутках между парами. Сердце билось каждый раз всё сильнее в моменты, когда они ловили меня за углом, утаскивали под лестницу, зажимали в укромных уголках. И всё стало таким правильным, нужным, целым, в какой-то момент поймала себя на мысли, что уже не воспринимаю и не представляю нас троих по отдельности.
— Можно поздравить? — Оля хитро прищурилась, стоило мне за минуту до звонка влететь в аудиторию. Растрёпанная, с красными щеками и до невозможности счастливая я рухнула на свободное место рядом с девушкой.
— Эм, — немного стушевалась, опасливо оглядываясь по сторонам. — О чём ты?
— Ну, вы помирились с Рафом и Эриком? — фух, кажется, пронесло.
— Да, всё хорошо, — натянуто улыбнулась, ощущая мандраж в конечностях.
— Кстати, Саша появился, — Оля кивнула куда-то в сторону, скривив лицо. — Где его носило две недели?
— Мне всё равно, — сжала губы, принципиально не глядя в сторону бывшего. Настроение неумолимо поползло вниз.
На работе и вовсе стало совсем грустно. Будний день, посетителей практически нет, скука смертная, в глаза хоть спички вставляй. Чтобы не отключиться прямо за барной стойкой, пришлось деградировать, бессмысленно втыкая в короткие видео на телефоне.
— Можно мне самый вкусный кофе от самой красивой кисы? — взмахнула ресницами и уткнулась взглядом в нереальной красоты букет сиреневых гортензий. — Хотя, из ваших рук я готов пить что угодно…
— Вам Американо, Эспрессо? Или, может быть, Раф? — счастливая улыбка, словно по щелчку пальцев, озарила моё сонное лицо.
— Да хоть три в одном, — брюнет окинул меня взглядом, полным обожания, быстро перегнулся через барную стойку и оставил на моих губах короткий, но такой горячий поцелуй, что всё тело будто опалило огнём.
— Сейчас сделаю, — забрала букет и включила кофемашину, чтобы хоть немного отвлечься от мыслей, которые вихрем понесли мой настрой не в то русло. Работать — это последнее, чего бы мне сейчас хотелось.
— До скольки работаешь сегодня? — парень откинулся на спинку высокого стула и лениво потянулся, будто огромный домашний кот.
— Как обычно, до одиннадцати, — тяжело вздохнула и поставила перед Рафом кружку с дымящимся напитком. — А ты?
— У меня до девяти занятия с малышней, а потом заезд, — потёр ладонью уставшее лицо и задумчиво принялся ковырять ложкой пенку.
— Заезд? В такой гололёд? Тебе жить надоело? — под ложечкой неприятно засосало, уперлась руками в бока и грозно уставилась на парня, словно мама собралась отчитывать нерадивого малыша.
— Ути-пути, — парень прыснул от смеха, обнажая ровный ряд зубов и демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. — Ты волнуешься? Как это мило!
Мозг невольно начал прорисовывать картинки, как машину Рафа юзом тащит по льду, как заносит на повороте, как разлетаются в разные стороны колёса… Да, блин, конечно, я волнуюсь!
— Не парься, я сто раз так делал!
Так себе убедил, конечно. После фразы «не парься», париться я начала с особым усердием, особенно, когда двери кафе закрылись за Рафом, а рядом со мной материализовалась наша администратор Ксюша. И нихрена у неё юбочка не из плюша, и совсем не русая коса. Юбочка из кожи, колготочки в сеточку и огненно-рыжее каре.
— А это кто? — как бы между делом сунула свой нос, куда не надо, заинтересованным взглядом провожая парня.
— Это мой, — «друг, друг, скажи друг», — настойчиво подкидывал нужный вариант мозг. — Парень! — выпалил язык, упорно игнорируя подсказки. — Это мой парень, — продублировала для убедительности, наблюдая за тем, как ползёт вверх её левая тонкая бровь.