( Не ) курортный роман (СИ)
Тёма не мог не смеяться, когда с него нетерпеливо сдирали оставшуюся одежду, когда его тело покрывали быстрыми поцелуями, и когда его резко перевернули на живот. Но смех моментально сменился протяжным стоном, когда ноги растолкали и твердый член Димы скользнул между его ягодиц.
Каким-то невероятным образом сегодня Диме удавалось быть одновременно сильным, требовательным, напористым и… ласковым. Этот крышесносный коктейль опьянял. И Тёма с особым трепетом в душе отдавался сейчас любимому человеку.
Дима не оставил на его теле ни одного не зацелованного места. Стоны и вздохи светлячка сводили с ума. И совершенно срывало с тормозов то, как Тёмка извивался под ним, как выстанывал его имя, как тёрся о его член ложбинкой между ягодиц, как судорожно всхлипывал, когда скользкие, прохладные пальцы кружили около пульсирующего входа.
— Давай… Ну же! Не мучай меня. Пожалуйста… — Тёма всхлипнул, когда член Димы снова скользнул по пульсирующему анусу, но не проник, а прошелся дальше, по мошонке.
Дима уже и сам больше не мог дразнить ни себя, ни светлячка. Прижав его к кровати всем весом своего тела, вновь скользнул между его ног. Свёл руки Тёмки над головой, переплёл их пальцы вместе и толкнулся в любимое тело. Синхронный протяжный стон обоих пробрал до мурашек на коже.
— Тёмка… — судорожно выдохнул Дима, прикусив его за шею. — Мой… Не отдам никому.
Толкнулся еще раз, выбив воздух их легких светлячка. Тёму тряхнуло всем телом от прокатившейся волны удовольствия. Он вцепился зубами в простыню и утробно застонал.
— Димка… Я долго не выдержу. — прохныкал, стараясь не двигаться, чтобы возбуждение хоть немного улеглось.
— Слава богу… — с облегчением выдохнул тот, — я тоже. Хрен с ним. Лучше повторим потом. Не могу больше себя сдерживать. — и снова двинул бедрами до упора, потом ещё раз, прикусив его за загривок и сильнее сжав под собой.
У Тёмы потемнело в глазах, так сильно его пронимал сейчас каждый толчок любимого Димки. Хотелось одновременно и продлить удовольствие, и уже свалиться в него с головой.
— Люблю… — жарко выдохнули ему на ухо, и это послужило последней каплей.
Громко застонав и сильно сжав Диму внутри себя, Тёма колыхнулся от пробежавшей по телу волны оргазма. Услышал, как следом за ним в эйфорию сорвался и Димка, и тут же задохнулся от следующей волны удовольствия. Выгнулся в спине, прижался плотнее к Диме, завёл руку за спину и прихватил за ягодицу. Хотел сказать, что любит, что с ума сходит от счастья чувствовать его в себе. Но не мог, успевал только иногда вдохнуть кислород.
Схлынувший оргазм выжал «под ноль» обоих. Тёма мог только счастливо улыбаться. Ни один мускул в теле больше его не слушался. Даже глаза не мог открыть. Лишь с наслаждением слушал, как часто и надрывно дышит распластавшийся на нём Дима.
— Мой… — промурлыкал, продолжая счастливо улыбаться Тёма, когда смог хоть немного отдышаться.
— Только твой… — прозвучало вместе с поцелуем в шею.
Нахлынувшее ощущение счастья вызвало слезы в глазах. И Дима будто почувствовал что-то, перевернул его на спину, поднял лицо за подбородок
— Светлячок? Что такое?
— Прости… Я просто счастлив. — попытался отвести взгляд, стесняясь стоявших в них слёз.
— Не надо. Никогда не прячь от меня своих эмоции. — Дима улыбнулся, чмокнул его в нос. — Даже, если ты разревёшься, как девчонка, для меня ты все равно останешься тем светлячком, который мужественно боролся за нас. Даже со мной. Ты даже не осознаешь насколько ты сильный духом и по-житейски мудрый в отношениях. Я поумнел благодаря тебе. И свой выбор сделал.
В этот раз Тёма не сомневался абсолютно. Ни в чем. Он шестым чувством чувствовал и просто знал, что Дима действительно сделал свой выбор. Окончательный. На первом месте у него теперь Тёма и их отношения. Всё остальное — отодвинул на второй план.
Глава 107
* * *Тёма не любил темноту. Но повязка на глазах не позволяла что-либо рассмотреть.
— Димка, куда ты меня тащишь? Что за тайны?
— Вот же любопытное создание. — Дима неожиданно шлепнул его по заднице. — Не задавай вопросы, на которые не получишь ответ. Терпи и жди. Так будет интереснее.
— Я, конечно, люблю сюрпризы, но ты сейчас меня как-то пугаешь. Может ты маньяк какой-то, а я всё эти месяцы и не догадывался. — шутливо заворчал себе под нос Тёма, но больше не пытался разведать, что происходит.
— Разве что сексуальный и очень озабоченный. — муркнули ему на ухо.
После их примирения прошло уже несколько месяцев. Да, периодически возникали сложности. То Юля опять пыталась истерить, то родители Димы наседали на него. Но больше он не позволял никому влезать в их жизнь. И в соответствии с занятой позицией и принятым решением, на первое место всегда ставил их отношения с Тёмой.
Юле пришлось смириться с тем, что, если она хотела срочно получить помощь от Димы, с ним теперь приезжал и Тёма. Первое время смотрела на него волком, игнорировала и не разговаривала с ним. Но потом как-то начала привыкать. Когда она неожиданно предложила выпить втроем чай и поговорить, удивился и Дима, и Тёма. Дима даже напрягся — не надумала ли Юля что-то подлое?
— Успокойся! — фыркнула она в его адрес. — За кого ты меня принимаешь? Не собираюсь я твоему Тёме как-то вредить. Так что выходи из режима «цербера» и пошли пить чай.
Чаепитие прошло на удивление мирно. И заслуга в этом была именно Юли.
— Я тут просто подумала… — начала аккуратно она, глянув на Диму. — Ты всё равно меня не любишь и не будешь со мной. Меня, конечно, сначала очень задевало, что ты предпочел мне мужчину. — перевела взгляд на Тёму. — Но сейчас я поняла, что тоже не хотела бы жить с тем, кого не люблю. А любви у нас никогда и не было. — Юля шумно выдохнула и остановила Диму, который хотел что-то сказать. — Подожди, я не договорила. Я знаю, что такое, когда родители собачатся друг с другом постоянно. Лично прошла через этот ад. И не хочу, чтобы мой ребенок это тоже проходил. Поэтому, решила, что лучше пусть у нас будет дипломатический мир, чем постоянная война. Мне, конечно, будет трудно принять тебя, Тёма, как факт. Но я постараюсь. Чтобы наш с Димой ребенок не видел, как мы с ним ругаемся и не думал, что мама и папа — друг друга ненавидят.
Дима и Тёма переглянулись. Оба были не просто удивлены, а ошарашены неожиданной разумностью Юли.
— Я правда пока не понимаю, как на ребенка повлияет то, что папа живет с мужчиной. Но, наверное, нам как-то нужно будет это ему объяснить.
С того дня отношения с Юлей стали намного спокойнее. А вот с родителями Димы так просто всё решить не удалось. Они по-прежнему игнорировали Тёму. Но Дима был непреклонен — «или мы вместе, или я не приезжаю». Исключение сделал только в день рождение матери. Но просто приехал, поздравил, сказал, что без Тёмы он не может остаться и уехал. Да, было тяжело. Даже почувствовал себя виноватым перед ней. Но тут же вспомнил, что она не испытывает чувство вины за то, что выживала Тёму из его жизни. И, по сути, вредила Диме, не думая о его чувствах, отрицая, что ему больно.
Мама Тёмы очень удивилась. Она ведь знала Диму много лет только как друга ее сына. Но была рада, видя какие счастливые и влюбленные глаза у её Тёмки.
— Будьте счастливы. — практически благословила она обоих, потрепав их по волосам. — Это раньше на подобные отношения я смотрела, как на что-то ненормальное. А сейчас поняла, что намного важнее иметь возможность быть вместе с любимым человеком. Все остальное — вторично. Внуков мне, конечно, не дождаться. Но что ж поделать…
Дима и Тёма переглянулись, неожиданно просияв.
— На самом деле, у Димы скоро родится ребёнок. Так сложилось до наших с ним отношений. — огорошил Тёма свою маму. — И Дима будет рад, если у его ребёнка будет ещё одна бабушка.
— Очень буду рад. — согласно закивал Дима. — И буду Вам очень благодарен за это.
Тёма с улыбкой вспомнил тот разговор со своей мамой, но тут же вернулся в реальность. Его усадили в машину и куда-то везли.