( Не ) курортный роман (СИ)
К массажу руками добавил поцелуи и легкие укусы. С наслаждением прислушался к участившемуся дыханию и тихим стонам. Дима и сам не замечал, как подставлялся под приятную ласку, льнул к его рукам и губам.
Спустившись вниз Тёма прикусил одну ягодицу, нежно зацеловал её, потом вторую. Аккуратно развел их в стороны и скользнул между ними языком. Димка всполошился, громко застонал, нервно начал дергать простыни, но не пытался уйти от смутившей ласки. Понравилось. Это очень хорошо. Тёма продолжил дразнить сжавшиеся мышцы входа, мягко толкался в него языком, будто просился впустить, подразнил мошонку, и спустившись ещё ниже лизнул налившийся член. Димка был сильно возбужден и это было очень хорошо. Так будет проще, легче и менее дискомфортно.
Он перевернул очумевшего от ласки Диму на спину, зацеловал лицо, скулы, шею. Заставил выгнуться, прикусив один сосок, потом второй. Поцелуями спустился вниз по подрагивающему животу. Прикоснулся губами к налившемуся стволу, лизнул напряженную головку и мягко насадился на член. Одновременно с этим начал свою тихую атаку на сжавшиеся мышцы ануса. Старался максимально отвлекать Димку, но остаться незамеченным тут было невозможно. Когда скользкий от смазки палец чуть погрузился внутрь, его сильно сжали тугие мышцы, и Димка шумно, нервно задышал.
Продолжая отвлекать его от непривычного вторжения, Тёма вновь активно принялся ласкать член. Дразнил языком, скользил губами, проталкивал как можно глубже, массируя его глоткой.
Дима потерялся в ощущениях. То отвлекался от крышесносной ласки на постепенно проникающий в него палец, то старался расслабиться и снова переключался на чувствование горячей глубины рта Тёмы.
Когда мышцы перестали слишком сильно сжимать палец, Тёма аккуратно ввел второй. Не спеша, как и при первом вторжении, разрабатывал тугие мышцы. Сам был на взводе, спина взмокла, а член ныл от напряжения и отсутствия внимания к нему. Но сегодня всего себя он отдавал только Диме. Его удовольствие и комфорт были на первом месте. И ликуя от радости он чувствовал, как его тело поддаётся.
Выбрав подходящий момент, он решился. Димка был уже на пределе. И нужно было успеть войти, пока его не унесло в оргазм. Прижав его своим телом, растолкал ноги, погладил по щеке, опять заметив испуг в глазах. Но ему нельзя было пасовать и отступать. В эту минуту характер должен проявить именно он, Тёма.
Смазав еще раз Димку внутри, и свой член, приставил головку ко входу, впился в пересохшие губы поцелуем и плавно толкнулся. Дима дёрнулся под ним, замычал, натужно засопел, даже слегка прикусил за губу.
— Господи, как ты меня не убил в ту ночь? — пожаловался он, разорвав поцелуй и впившись зубами в свои губы.
— Так больно? Потерпи немного. Скоро станет легче.
— Больно, но терпимо. Просто… Чувствую, что тело паникует и не могу расслабиться.
Тёма скользнул рукой между ними, прихватил начавший опадать член, подразнил головку, прошелся пальцами по стволу. Помогло. Сбитое с толку тело Димы чуть начало расслабляться от удовольствия и впустило его дальше.
Войдя до упора, остановился, зацеловал лицо, снова впился поцелуем в губы. Дима ответил на него. Уже не так паникуя и меньше нервничая. Видимо пришло осознание, что самое пугающее уже позади.
Целуя и лаская языком его губы, Тёма начал аккуратно двигаться, давая время телу Димы полностью подстроиться под него. А заодно, меняя угол, в поисках заветной, чувствительной точки, которая сорвёт его с тормозов. Отвлекающий маневр эффективно действовал, и Дима все больше расслаблялся. Все чаще покачивался ему навстречу и уже без сопротивления впускал глубже. Неожиданно он охнул, вцепился в плечи Тёмы и широко распахнул глаза.
— Что это? — выдохнул хрипло.
— Твоя «кнопка старта». — Тёма тихо рассмеялся и снова толкнулся в него, не позволив что-то ответить.
Видеть, как заходится удовольствием любимый человек под ним — было неимоверно приятно. Он забыл о своих ощущениях и просто наслаждался тем, как реагирует Дима, как стонет, грызет губы, потерявшись в удовольствии и выгибается навстречу.
— Чёрт… чёрт… чёрт… — взвыл он, впившись короткими ногтями в плечи Тёмы, и содрогнулся всем тело, сладко застонав.
Тёма бы и дальше любовался им, но его так сильно несколько раз сжали, что и он провалился в оргазм следом за Димой.
Глава 84
* * *Остаток дня они провалялись в постели, с удовольствием «спрятавшись» от всего внешнего мира. Тёма внимательно наблюдал за Димой после их «эксперимента». И радовался тому, что он был расслаблен и счастлив. И все опасения, что ему не понравится и это может вызвать между ними какое-то напряжение — отступили окончательно. Он с улыбкой уже предвкушал, что в следующий раз они начнут в шутку торговаться «кто кого» и будут соблазнять друг друга, чтобы «отвоевать» ведущую в тот момент роль. Впрочем, Тёма был не против поддаваться и уступать любимому Димке.
Когда утром включили телефоны, начался самый настоящий дурдом. Не замолкая посыпались сообщения о пропущенных вызовах, сначала от Юли, потом от родителей Димы. Он даже не успел просмотреть, что там, как телефон начал разрываться от входящих звонков.
Тёма сразу понял — произошло что-то нехорошее. И их день уединения ото всех — теперь им аукнется. В душе начало зарождаться нехорошее предчувствие.
Ответив на звонок, Дима долго молчал и с каждой минутой все больше мрачнел.
— Мама не ори! Я всё понял. Сейчас приеду. — сбросив звонок, ещё долго смотрел на трубку, сильно хмурясь. Тёма ничего не спрашивал. Молча ждал. — Юля в больнице. Что-то с ребёнком. Все на ушах. Пытались вчера мне дозвониться.
— Димка… — Тёма порывисто его обнял. — Всё будет хорошо. Поехали в больницу.
Тот молча кивнул, возражать не стал. Быстро одевшись, они пулей вылетели из квартиры. Тёма искренне надеялся, что в больнице они услышат хорошие новости, и Димка облегченно выдохнет. А еще надеялся, что он не будет себя загрызать за выключенный вчера телефон. Сплел их пальцы вместе, пока Димка маневрировал в пробке, сжал, в знак поддержки.
— Ты не мог знать, что так будет. Не кори себя. — ответ Дима только молча кивнул головой.
В больнице ситуация усугубилась. Димина мама налетела на него коршуном, зло глянула на Тёму, его отец вообще скривился и отошёл подальше. Впрочем, как и сестра, которая успела смерить его презрительным взглядом.
— Сын, ты вообще соображаешь, что делаешь? У тебя ребёнок будет! А ты телефоны отключаешь, пока предаёшься там у себя… — мать Димы скривилась, с отвращением глянула на Тёму. — разврату и всяким извращениям. — резюмировала она, убедившись, что её слышат все присутствующие.
— Мама, прекрати! — рявкнул Дима так, что вздрогнули все, даже его отец. — Юля где?
Молчаливый кивок матери указал на палату. И как только за ним закрылась дверь, несколько пар злых глаз уставились на Тёму.
— Мы были о тебе лучшего мнения и думали, что ты не станешь портить жизнь своему другу. — «зашипела змеей» мама Димы, сверля Тёму злым взглядом.
Он мог ответить, и довольно жестко. Но сейчас, когда возможно за той дверью борется за жизнь ребёнок Димы — было не место и не время подобным разборкам. Он молча отошёл к окну, отвернувшись от всех. Но кожей чувствовал прожигающие спину взгляды, и тихое шипение за спиной тоже явно адресовалось ему.
Выйдя через полчаса из палаты, Дима сразу всё понял. Мрачный светлячок у окна, злое семейство, косящееся на него. Снова всё усложнилось. Но сейчас все его мысли занимал только ребёнок. Юля заливалась слезами, хотя и не истерила. Может её напичкали какими-то успокаивающими. Врачи отказались отпускать её домой, опасаясь выкидыша. И она очень просила побыть вместе с ней какое-то время.
Подойдя к Тёме, он аккуратно погладил его по напряженной спине. Но тот все равно вздрогнул от неожиданности.
— Светлячок, я еще побуду тут какое-то время с Юлей. Может ты поедешь домой? Не хочу, чтобы тебя тут заедали мои родители, пока я буду в палате сидеть.