Девяносто семь процентов (СИ)

Важнее было другое. Хочу ли я встретиться со своей альфой. Хочу ли узнать его. Увидеть. Познакомиться. Говорить ли ему о том, кто я. И кем прихожусь ему. Хочу ли я по-настоящему с ним сблизиться, ведь я совершенно не знаю его. Может он – просто сноб. Такая себе альфа – на всю голову альфа. Может ему омега действительно совершенно не нужна, и он сбежал с Беты так же как и я? Тогда появление у него собственной омеги перед глазами станет что-то типа фактора раздражения. Ни учиться толком, ни собраться с мыслями, ни развлечься.
Я провел пальцами по волосам. Отросли. Хоть я обычно достаточно коротко стригся. Никогда не питал страсти к длинным локонам. Это слишком по-омежьи. А мне меньше всего хотелось выглядеть как омега. Достанет того, что рано или поздно наступит момент, когда…
Об этом я буду думать, когда этот момент наступит. И вообще, проблемы надо решать по мере их поступления.
Крис смеялся. Искренне и задорно, как не смеялся уже очень и очень давно.
- Черт, а ты прав, карми. Думаю, профессор выбрал малыша своим одари.
- Одари? – взгляд Тома был несколько озадаченным.
- О, прости… одари – опекаемый. Близкий по духу, близкий сердцу. Пожалуй, синонима понятию в универсальном и не будет. Наиболее близкие по значению… мм… - альфа зажмурился и потер кончиками пальцев виски, пытаясь подобрать правильные слова. – Что-то среднее между близким другом и любимым. Но не любимый. Одари… те, кого ты готов защищать и оберегать всю свою жизнь. Но никогда не свяжешь Союзом.
- То есть сначала я для тебя был одари? – Том закусил губу, глядя на дарка. – И сколько же одари у тебя было ДО меня? – показалось, или в голосе промелькнула нотка ревности.
- Ты был и остаешься для меня единственным, - с обезоруживающей улыбкой развел руками Хэмсворт.
Глава 4
Хэйвен Ларк, Академия Объединенного Звездного Флота
Мне нравится учиться. Я окунаюсь в атмосферу учебы, как некоторые, фигурально выражаясь, окунаются в любовь. Да, и такие фразы я тоже вычитал. Пафосно донельзя, но зато очень метко.
Я был четвертым в небольшой казарменной комнатке, рассчитанной на четверых абитуриентов. Остальные трое – старше меня минимум на год. У каждой расы и в каждой системе свои правила выпуска потенциальных кадетов. И свой возраст согласия. Хорошо что о моих данных будут осведомлены только преподаватели. Собственно, о статусе тоже. И хорошо, что без моего согласия никто не имеет права разглашать какие бы то ни было сведения обо мне. Иногда бетанская щепетильность очень кстати.
Ни один из моих соседей не был бетанцем. Я вообще не стал уточнять откуда они, дабы пресечь расспросы о себе. Лучше на первых порах показаться странным нелюдимым типом, чем отбиваться от жаждущих общения.
Увы, совсем избежать внимания мне не удалось. На их фоне я выглядел «Мистером Вселенная», даже несмотря на тот факт, что был ниже всех троих. Ниже, но не мельче. Один был тощ, другой выглядел как куб регистратора, третий был совершенно обычным, но выдающийся нос… хорошо, свернутый выдающийся нос, свидетельствовал о том, что парень не дурак подраться.
Все, что я уяснил для себя из непродолжительного – суточного – знакомства с этим прекрасным трио: веди себя в рамочках и не отсвечивай. И будет тебе счастье. Для меня счастьем было уже то, что я был в стенах Академии. И я готов сделать все, чтобы меня отсюда не могли извлечь ближайшие лет шесть.
Я люблю учиться. Но первый урок мне не понравился. Когда ты знаешь, что тебе предстоит провести несколько лет в компании пока что чужих людей, ты сделаешь все, чтобы тебе было как минимум комфортно в их обществе. Трое, разделявшие со мной жизненное пространство, судя по всему, плевать хотели на этот принцип. Я бы даже сказал, что они меряются причинными местами. Друг перед другом. Чтобы выяснить, кто круче и подавить интеллектом.
Меня все это касалось мало. Я просто не замечал их попыток задеть меня. Но вот утром… Утром их нервозность попросту зашкалила, потому что иначе их поведения я объяснить не могу. Задирать всех и каждого, вызывающе вести себя по отношению к другим поступающим и, что еще более странно, к преподавателям? Притом именно тогда, когда я рядом с ними.
  
В зал для тестирования нас пустили довольно скоро. Духи великого космоса, что это был за зал! Купол его терялся высоко вверху. Ряды для кадетов концентрическими кругами расходились вверх и в стороны, а в самом сердце зала располагался полукруглый стол для лектора, с панелью управления. Именно туда, к столу, стекались данные с каждого кадетского пульта. От такого дух захватило не только у меня.
Некоторое время я стоял, наблюдая, как заполняются ряды. Меньше всего мне хотелось оказаться рядом хотя бы с одним из троих моих соседей. Я не боялся их. Просто само их присутствие меня неимоверно напрягало. И, думаю, это было взаимно. Дождавшись момента, когда вокруг одного места все соседние оказались заняты, и ловко рухнул в полимерное кресло, опередив какую-то девчонку.
Сейчас – каждый сам за себя. А думать о командах будем позже. Если повезет.
Зал заполнился спустя половину стандартного часа. Последними в него вошли пятеро мужчин. Высокие, подтянутые, в форме командного состава Академии. Забавно, но одним из них был Трау.
Слаженный шелест одежды и грохот каблуков. Будущие курсанты поднялись на ноги, отдавая честь преподавателям. Приемная комиссия. Те, кто будет следить за корректностью тестирования, хоть прецедентов никогда не было.
- Прошу присаживаться, - четверо из пятерых преподавателей расселись по кругу, каждый напротив одного из секторов, и только один остался стоять по центру. – Монтгомери Хиллс. Полковник Объединенного космического флота. Декан факультета пилотирования глубокого космоса. Глава приемной комиссии означенного факультета. Мои коллеги – главы кафедр факультета. Майор Сальгари. Майор Шепот. Майор Трау. Майор Макнамара. Вы все – неординарные умы, в противном случае, ваше предварительное тестирование не позволило бы вам находиться в этом зале. И все же, на моем факультете будут учиться лучшие из лучших. Только ваши личные качества докажут, насколько вы достойны стать частью Флота. У вас есть три стандартных часа, чтобы решить все задания, а также выполнить практическое задание по пилотированию судов малых форм на тренажере. Желаю удачи, дамы и господа.
Все сели. А еще через пять минут декан запустил симулятор, и экзамен начался.
С теорией я справился быстро. Очень быстро. Я не задумывался подолгу над расчетами. Конечно, я не могу в секунды извлечь квадратный корень из десятизначного числа. Для подобных расчетов существуют компьютеры. Но я сумел вычислить, обосновать и вывести все, что предложил мне мой вариант экзаменационного теста.
Практическим тестом оказалось пилотирование истребителя А-класса флота Старой Земли. А-класс означал, что от меня ожидают пилотирование на уровне аса. И никак иначе.
На изучение вводной для последнего задания отводилось четверть стандартного часа вне зачета, то есть как только я запустил вводные – мое личное время было приостановлено.
Условия – боевые. Задача – уничтожить базу на планетоиде в астероидном кольце. Флот противника – пять линкоров класса «Кулак», восемь фрегатов класса «Дерзающий». На каждом судне – по десять звеньев легких истребителей А и Б классов.
Я знал эту задачу. Она в точности воспроизводила одно из сражений за объединение Солнечной системы. Тогда проиграл флот Марса. Старая Земля – победила, несмотря на тактическое превосходство флота противника. Хотя… это равносильно тому, что Бета и спутники развязали бы убийственный конфликт. Но не мне судить дела давно прошедших лет, тем более, что к обитателям Солнечной системы я, как и любой другой дарк, отношусь весьма отдаленно.
Ладненько…
Под мое руководство отводилось звено истребителей, и я был лидером этого звена. За оставшееся время мне нужно было всего-то спланировать действие звена, запрограммировать действие каждого из пяти истребителей и самому провести собственный бой. Уничтожить базу. Или хотя бы попытаться по-своему переиграть это сражение.