Имя нам Легион. Том 1 (СИ)

— Ты ещё кто? — нахмурился тот, который сидел ближе. Его брат был целиком поглощён кальяном и не обращал на нас внимания. — Как тебя охрана пропустила?
— Они не возражали. — Я сложил меч в обруч и повесил его на руку как браслет. — Сложно сказать что-то против, когда ты мёртв.
С удовольствием заметил на его лице страх. Он дёрнулся к ящику в столе и схватился за ручку, но тут по пальцам прилетело тяжёлым ботинком. Схватил его и швырнул в брата, сбив обоих на пол. Несколько контрольных пинков, и они сжались в позе эмбрионов, жалобно поскуливая.
— Быстро сели обратно, руки за спину. Дёрнетесь — и лишитесь яиц. — Хм, не очень-то они и испугались. Пришлось добавить несколько мотивирующих ударов.
Верёвка и наручники лежали здесь же. Я вообще не сомневался, что найду их в офисе, и теперь применил против хозяев. Поставив братьев рядом, я сел на стол, сбросив на пол всякий хлам.
— Меня зовут Покровский Игорь Михайлович, моих родителей, соответственно, Михаил и Светлана. Помните их, мрази?
— Впервые слышу! Ты кто вообще такой? Чего тебе нужно? Денег? У нас нет!
— Ребят, у меня нет настроения на долгие беседы. Или начинаем говорить конструктивно, или я перехожу к пыткам. Ну что? — Я тяжело вздохнул и достал скотч, заклеивая их рты. — Понятно, значит, по-плохому.
Хорошо, что играла музыка, клейкая лента вообще не глушила полные агонии крики. И лишь через полчаса я остановился и ласково спросил:
— Ну как, вспомнили? Кто хочет поговорить перед вторым раундом?
Закивали сразу оба, и, как только я убрал окровавленную изнутри ленту, сразу запели как соловьи, давясь собственным кашлем.
— Помню-помню! Четырёхкомнатная квартира в центре! — выкрикнул один из них.
— Мы твоих родителей не убивали! Это всё доктор! Он их траванул на очередном приёме! Мы всего лишь организовали отсутствие расследования, быстрые похороны и переоформление собственности по завещанию! Они хотели забрать тебя из клиники и отказывались продавать жильё.
Ох, как же мне захотелось им врезать. Забить до полусмерти и, не останавливаясь, дальше. Расквасить орлиные носы, заставить сожрать собственные яйца… Спокойнее, разъярённый солдат — мёртвый солдат.
— Волосы красите? — спросил я, заметив черные кончики. — Чтобы вызывать больше доверия? Мда, понятно. Как с доктором познакомились?
— Нас представили! Он приглянулся какому-то аристократу, тот оплатил его обучение и придумал схему с клиникой. Нам через общих знакомых предложили стать надёжными людьми для решения проблем…
Всё как обычно. Я освободил им по одной руке и пододвинул блокноты с ручками. Найти их среди груды пустых бутылок и табачных упаковок оказалось настоящим испытанием.
— Здесь пишешь чистосердечное признание, а ты имена всех, с кем вы работали, а так же подельников. Не только доктора и графа, но и всех, кто вам помогал. Полицейские, доктора — всю поганую нечисть. — Заметив отсутствие энтузиазма, я спросил ласковым тоном: — Или мне снова заклеить вам рты?
Сработало. Закапав бумагу кровью, братья быстро заполнили нескольких страниц. Глянув на список жертв, я заскрипел зубами.
Нанятый Витьком детектив не знал и про десятую честь. Эта схема существовала годами и приносила графу Бабарину обильные кровавые плоды, и абсолютно всем было плевать!
Список мразей тоже получился объёмным. Полиция, врачи скорой, патологоанатом, несколько юристов и один, мать его, судья.
— Признание — это, конечно, хорошо, но маловато будет. Где вы храните документы? — Братья ушли в отрицалово, пришлось снова заклеить им рты. Через пятнадцать минут адской агонии я повторил вопрос, добавив: — Можете не отпираться. Вы наверняка должны были подстраховаться и собрать компромат на случай, если от вас захотят избавиться.
— В тайнике всё лежит! — Один из них не выдержал и заплакал. — На бачке в туалете кнопка! В задней части! Нажми три раза подряд!
Мне сначала показалось, что он издевается. Отпинал обоих к означенной двери и с лёгким удивлением понял — не врали. Задняя стенка бесшумно отъехала в сторону, открывая сейф. Он открывался по биометрии, причём парной, и как удачно, что у меня имелись сразу оба брата!
 
Между вырыванием глаз и добровольным открытием они ожидаемо выбрали вариант помягче. Усадив их обратно и надёжно связав, я быстро изучил аккуратно сложенные папки.
Да, то что нужно. Сложил компромат в рюкзак и посмотрел на две большие спортивные сумки. В одной куча ампул с прозрачной жидкостью без обозначений, в другом наличные разных государств, преимущественно, конечно, наши имперские рубли.
Ещё я нашёл несколько неплохих пистолетов, гранаты с патронами и паспорта на разные имена.
— Эвакуационная сумка? Странно, вот вроде умные, а такую глупость совершили.
— Какую глупость⁈ — Они со страхом смотрели, как я набирал шприц. — Не надо! Это мощный наркотик!
— Я знаю, не совсем же идиот. Ваткой протирать не буду, извини. Смысла нет. — Засадив по тройной дозе каждому, я сел напротив и наблюдал за их конвульсиями. — Что же до ошибки… Вы, мать вашу, убили моих родителей!
С пугающим наслаждением я следил за их страданиями и медленной смертью. Когда братья перестали дышать, я не поленился и сходил за бензином. Расплескал по комнатам и коридору, зажёг спичку и бросил себе спину. Уходил не оглядываясь, и лишь отсветы разгорающегося пожара напоминали о сделанном. И я не собирался останавливаться.
 Глава 12 
Ещё два дня ожидания, наблюдений и подготовки. Смерть риэлторов не побудила доктора изменить своё расписание, но он нервничал и немного паниковал.
Полиция быстро списала произошедшее на разборки банд и привычно похоронила дело, чем совсем не успокоила мужчину.
Единственное, о чём я жалел, — не купил прослушку в Легионе и судил обо всем, наблюдая через камеру телефона. Хорошо, что последняя флагманская модель обладала пятидесятикратным зумом, причём весьма качественным, идеальная находка для шпиона.
Лицо у доктора было уставшим, взгляд рассеянным и слегка потерянным, идеальная мишень. Когда он скрылся за дверью дома любовницы, я начал действовать.
В сгущающихся сумерках никто не заметил, как я подошёл к заранее запримеченной машине. Мужики любезно сообщили, что её хозяин зимует в тёплых странах и вернётся весной. Ну, точнее, они сокрушались, что пропал отличный собутыльник и тогда пытались найти ему замену.
Я достал яркую жёлтую ленту и наклеил на борта, затем нанёс черные квадратики в шахматном порядке и поставил на крышу светящийся плафон.
Большего в темноте и не требовалось. Взломав дверь, я сел внутрь и стал ждать. За пять минут до предполагаемого выхода доктора от любовницы завёл двигатель и медленно поехал в нужную сторону.
Доктор вышел как по часам. Под грузом проблем он сильно задержался в утешающих объятиях и теперь спешил домой к ужину. Это породило ненужную спешку. В последний раз поцеловав красивую женщину, он запрыгнул в мою машину, не сверившись ни с моделью, ни с номером из приложения, и я вообще молчу про фотографию водителя.
— Поспешите, — бросил он и откинулся на спину, устало прикрыв глаза. Герой-любовник выложился на полную. — Десять процентов чаевых.
— Доставлю в лучшем виде, вы и не заметите. Пристегнитесь, пожалуйста, полиция сегодня лютует со штрафами. Говорят, у них месячный план горит. — Болтовнёй я усыплял его внимание.
Когда слышишь то, что было тысячи раз, мозг просто отключает восприятие в целях экономии энергии. Так называемая избирательная слепота.
— Да, точно, скоро же декабрь, — рассеянно согласился он, быстро погрузившись в дремоту. Никакой бдительности, даже не заметил, как я вытащил его телефон и выбросил у ближайшего дерева.
Я спокойно покинул квартал особняков, где селились обеспеченные простолюдины, недостаточно богатые для жизни в районах аристократов, и направился к заброшенной промышленной зоне.
Она принадлежала каким-то баронам, проигравшим родовую войну. Победителям оказался ни к чему свечной завод, и они уволили весь персонал, для вида оставив дедушку-сторожа в отдельной будке.