50 вариантов яичницы или Спорим, дракон? (СИ)

Видимо, все ее сомнения отобразились на лице, поскольку герцог холодно заявил, подчеркивая каждое "моё":
– Прибудут мои гости на мою землю. И мои подчиненные, особенно приближенные к гостям, должны выглядеть в их глазах достойно. Чтобы не опозорить меня.
А-а, ну если только так. Получается, рабочую униформу ей выдали? Чтобы не оскорбляла знатные взгляды своей дешевой одеждой?
  
Так это "соцпакет" от работодателя... вернее, спородателя или все равно нужна отдельная благодарность Его Светлейшеству? Видимо, сомнения опять промелькнули на ее лице.
– Иди уже прочь, – рыкнул дракон, отворачиваясь сам и теряя к ней интерес.
Одежда оказалась идеально по размеру, но... верхнее платье черное! Со сдержанной вышивкой серебряной нитью, особенно ее много было в районе декольте. Еще и сам вырез – ну слишком низкий, по мнению Люды.
Она подтянула край горловины наверх пару раз, но поняла, что бесполезно. Пришлось так спускаться из своей каморки на чердаке на кухню, где заканчивали подготовку к обеду.
Однако на полутемной служебной лестнице девушку поджидал еще один сюрприз.
– Черный цвет тебе не подходит, – неожиданно раздалось в сумраке, и Люда, дернувшись, чуть не проделала остаток пути по ступеням кубарем.
Благо, что ее крепко подхватили за локоть.
– Ты даже ходить не умеешь правильно. Куда тебе на дрохгар, немочь?
И вроде мелодичный голос раздается, но... такой противный!
– Благодарю, господин лерой, – выдернув локоть из чужого захвата, Люда отодвинулась, осторожно нащупывая ногой ступеньку. – И за помощь, и за ваши переживания обо мне и моем будущем. Это та-ак ценно...
"Вообще-то, нет".
– Но вы, наверное, заблудились? Это лестница для простых смертных... для прислуги. Что ваше высокородство здесь...
Договорить ей не дали.
Воздух стремительно колыхнулся, бледное лицо нелюдя нависло прямо перед глазами девушки. Пришлось еще больше вжаться в хлипкие перила, чтобы отодвинуться хоть сколько-то.
– У тебя слишком острый язык. Для людишек это плохое качество. Может плохо закончиться. Для тебя, – едва слышно, но ощутимо яростно выдыхали ей в лицо по рубленой фразе. – Можешь. Его. Лишиться.
Люда чуть было не зажмурилась.
Рядом втянули воздух.
– Или лишиться еще чего-нибудь... не менее важного.
Чего интересно? Что еще есть у нее, бродяжки без имени, прошлого, семьи, документов... а у попаданки без своего родного мира и даже собственного тела? Разве что только жизнь? Только чья она теперь?
– Но пока я у вас в долгу, разве...
– Поэтому ты такая дерзкая? Думаешь, что тебе все сойдет с рук? – сипло процедил так близко нависающий от нее мужчина, что Люда даже слышала тонкий аромат его парфюма. – Считаешь, что я буду терпеть твои выходки из-за каких-то сто монет?
Вообще-то, не каких-то, а золотых монет! Тем более сто стаков, а это все-таки драконья валюта и, соответственно, в империи она самая ценная по сравнению даже с другими золотыми монетами.
Но попаданка сказала то, что ушастый нелюдь, вероятно, от нее ожидал, чтобы отстал уже:
– П-простите, я больше так не буду.
– Так ты играла со мной?!
Он что, еще больше завелся?
Черт, а он может просто пойти дальше и, желательно, молча?
Что еще ему нужно?
– Нет, я... кхм, не думала... Не знала. Но теперь, когда у меня есть Уложения, я все изучу... и больше не повторю таких ошибок...
Он мог выбрать другой день для разборок?
Сегодня такой важный обед, она и без того с утра на нервах! И хотя им ради торжества выделили новых работников – еще пару-тройку детишек – от них не столько помощь была, сколько лишняя морока. Их же всему учить нужно было!
Подождав чего-то, может, еще каких-то извинений от нее, но не дождавшись, айн отступил. Наконец-то.
Люда осторожно шагнула на ступеньку ниже. Тишина. И еще одну.
– Постарайся не свернуть себе шею до того, как отработаешь у меня долг, – прилетело ей в спину из сумрака.
"Да что б тебя!". Как тут опять не навернуться?
Но на кухню девушка добралась живой, невредимой, заведенной.
Подавальщицы, увидев ее в новом платье, восторженно заохали. Но это не отвлекло Люду от спешной ревизии ситуации. Обед не ждет! Айны айнами, но обед должен быть подан вовремя!
***
Да, как она и думала, сегодня драконов было больше. К несчастью.
К счастью, новеньким оказался довольно серьезный, очень сдержанный, пожилой дракон, если можно так о нем сказать.
Волосы у новенького были то ли от рождения такими светлыми, на грани седины, то ли от жизни непростой, но серебристые ниточки седины в них можно было заметить. А так и не скажешь, что мужчина в возрасте: крепок, статен, бесподобно красив, как и все прочие драконы.
Какая осанка! Насколько плавные, текучие движения! Какие потоки уверенности в себе и своих силах, щедро расплескиваемые в пространстве. Ну и парочка персон, таких же разнаряженных, в свите. Эти были помоложе, понаглее, если судить по их блудливым... то есть кривым ухмылкам и по горящих задором желтоватым, как у котов, глазам.
Значит, они – "желтые" драконы?
Вчерашние гости, медноволосые, – наверное, "красные"? – тоже были.
А "свой" герцог наконец-то приоделся! Он был действительно в черном камзоле! И такой красивый! В смысле, камзол у него очень красивый, покрыт сложной вышивкой и блестящими кое-где камнями, да и сам герцог тоже ничего. Девушки-подавальщицы так раскраснелись лицами, когда их увидели.
То есть не герцога с его камзолом, а вообще драконов.
Люда, когда первый раз вышла в зал, тоже ошалела. Как же стало... многодраконово? Как стены вообще выдерживают такую концентрацию чешуйчатого тестостерона? Такую жгучую мужскую харизму, ощущаемую почти физически, помноженную на... да сколько их здесь?!
Хватит ли заготовленных блюд на эту толпу прожорливых созданий? Хватит ли сил выдержать сегодняшнее мероприятие?
Уже можно начинать паниковать? Или уже поздно?
Подавальщицы косяками носились в зал и обратно, накрывая составленные столы. Но Люде предстоит самой презентовать очередные яичные блюда! Как же волнительно!
Она так нервничала, что когда ее позвали в зал, чуть не вышла в рабочем фартуке. Всплеснувшая руками Ангрита едва успела сдернуть его с нарядного платья человечки.
Но деваться некуда. И Люда предстала перед такими разными нелюдьми. Пред их давящими взглядами.
– Это твоя затея, человечка? – повел рукой тот самый пожилой дракон.
Наверное, он был достаточно уважаемым среди сородичей, коль сегодня даже "красные" вели себя скромнее.
И да, они в таверне расстарались. Как театр начинается с вешалки, так и ресторан... даже если он всего лишь таверна, должен начинаться с оформления. Скатерти на столах были просто льняными, неокрашенными, зато салфетки в ближайшей деревне успели за ночь нашить бледно-желтые. Ярко-желтой ткани не нашлось, слишком дорогая.
Но прикидываться рестораном тоже не стали – здесь, в срубе таверны, исконно деревенский стиль. Поэтому хоть и расставили цветы на столе – но полевые и в обычных глиняных горшках. И посуда была обычная, слишком грубая для аристократов, но так не дворец им здесь. Хотели бы изысков – пусть собирались бы во дворце герцога.
Зато на этих простых глиняных тарелках, металлических блюдах, раздаточных досках чего только не было! И почти все желтое, а также бежевое, оранжевое, коричневое, белое всех оттенков. Конечно, были и другие краски на столе, особенно зелень. Много мяса, как любят драконы: и запеченная с яркими апельсинами утка, и курица с медовой глазурью, и даже свинина в горчично-сладком покрытии. Басма с разварившимися, нежными, как пух, кусками коричневого мяса и желтыми клубнями картофеля. Рассыпчатый желтый плов с куркумой – в поставках от герцога нашелся рис! То есть "жемчужная крупа". Мясные рулеты из светлого, бежевого на срезе мяса птицы. Запеченные с начинкой желтые перцы.