Дневники Весны (СИ)

Белла продолжала заниматься восстановительной терапией, теперь она могла самостоятельно передвигаться, но Зот пока ей запретил становиться на пуанты, говоря что ее больная нога не настолько окрепла. Но Альтман была рада, ведь теперь в ее жизни все было хорошо. Любимый парень помогает во всем, лучшая подруга делает все для нее, а отец…. Отец продолжает быть ее рыцарем, которого она кажется, будет боготворить остаток жизни.
А что до пары Исаев — Романина, то пресса продолжает бесноваться. И вот это утро не стало исключением, очередная желтая газетка выпустила газету под ярким заголовком «Серьезные проблемы в самой красивой паре страны». Согласитесь, уже само название звучит более, чем глупо и высокопарно. Но кому-то эта заметка пришлась по душе.
Сегодня у первого курса было занятие по вокалу с Халиным. Веста сидела в компании с Алисой и Беллой. Карамель держала в руках свежий выпуск желтой газеты. Хотя, как держала в руках, бедная девушка чуть бы не повалялась на полу от хохота. Она смеялась минуты три с заголовка.
— Какие бездарные писаки! — восторгалась девушка, вытирая слезинки в уголках глаз. — Да уж, аффторши пишущие слеш по «Сверхъестественному» будут куда талантливее, чем эти унылые журналисты.
— Это уже пятая или седьмая статья за неделю под таким заголовком — пробурчала Веста, закрывая рот ладошкой, молодая особа сладко зевнула.
— А все из-за чего — всплеснула руками Карамель. — Просто станцевали на ужине, и тут понеслась извращенная фантазия в рай.
— Но танец и вправду был горяч — кивнула головой Белла. — Моя школа, что еще сказать.
— А, вы обе умеете утешить! — улыбаясь, ответила Веста, потягиваясь сидя на скамье.
— Годы практики — подмигнула ей Альтман и забрала из рук подруги газеты, скомкала ее и кинула в угол.
В кабинет вальяжно вошел небритый Халин и окинул студентов взглядом. Он так делал всегда, но последние три занятия он искал лишь Эмму. Сказать честно, мужчина был огорчен ее исчезновением, но видимо она была куда слабее, чем он думал. Он просто ее сломал, и это стало для нее сильным ударом, а не толчком к развитию, увы.
— Захлопываем рты, садимся ровно — скомандовал мужчина, встав подачи рояля, и поставил руку на крышку. — Быстрее волоките свои пятые точки. Сейчас вы похожи на старых больных черепах, а не будущих звезд.
— Впервые за год увидел в нас будущих звезд — ухмыльнулась Карамель, глядя на профессора.
— Мисс Карамелева, я ведь прав? — мужчина ткнул в нее пальцем. — Да и не важно, есть это даже не так. Перестаньте выхватывать удобные вам фразы из моей речи. Прославится из вас всего пару человек, другие будут петь за копейки на свадьбах и юбилеях, так что закатайте губу мисс.
Девушка ухмыльнулась, но предпочла не вмешиваться в словесную передрягу в Халиным, ей все-таки ему еще сдавать экзамен в конце года.
— К слову о вас. Ваши ряды поредели. Один человек уже понял, что не сможет справиться с той тяжестью предстоящей работы и предпочел трусливо сбежать. Что же дорогие мои, эти двери открыты и для вашего побега. Бегите, пока я вас не сломал полностью, иначе потом будете позорно уползать, а это еще хуже, чем бег — профессор отошел от рояля и обошел его, встал теперь перед ним. — А имя первого беглеца…
В этот момент дверь отворилась и в кабинет вошла Эмма наперевес с гитарой, которую она держала в правой руке, девушка не стала долго мяться у входа и тут же прошла к профессору и встала перед ним.
— Я не убежала, профессор — сказала Эмма. — Я хочу спеть.
— Ты не можешь — ухмыльнулся Халин, глядя на нее, он желал увидеть, в ее глазах хоть какой-то вызов, но она была спокойна, как удав после приема пищи.
— Дайте мне шанс, я хочу попробовать.
— Что же, хочешь, позорься — он развел руками и сел за рояль.
Девушка повернулась к студентам, которые начали хихикать от слов девушки. Одна Веста чувствовала напряжение, она не хотела, чтобы ее подруга вновь испытала чувство сковывающее ее изнутри, Романина чуть поддалась вперед, но почувствовала, что кто-то ее удерживает от этого шага. Это была Алиса.
 
Эмма повесила гитару, выдохнула и ударила по струнам, мелодия разлилась по аудитории. Некоторые продолжили ехидно хихикать в ожидании провала девушки. Но кажется, ей самой было далеко плевать на то, что сейчас творится в этой комнате.
И вот Эмма запела. Ее голос не дрожал и не срывался, он лился прекрасным звуком и переливался. Она пела настолько легко, что сразу и нельзя было поверить в то, что этот прекрасный вокал выдает такая хрупкая и пугливая девушка, как Ланькова. К конце первого припева, все молчали и смотрели на девушку с открытыми ртами, ее голос покорил всех, Веста даже не сдерживала эмоции, она рыдала и улыбалась. Это чувство нельзя передать в словах, это словно изнутри тебя распирает от счастья и гордости, и ты хочешь поделиться со всем миром с этим.
Халин был поражен в хорошем смысле этого слова, сейчас впервые не прячась за деревом он мог наблюдать за тем, как эта девушка поет, не боясь быть услышанной и униженной. Интересно, это все-таки его терапия сработала или это нечто иное? И во последний удар по струнам, и ее голос затих. Но аудитория молчала, Эмма открыла глаза и посмотрела на всех, конечно же, она ждала вердикта своей публики.
— Браво! — первая подскочила на ноги Веста и начала активно хлопать в ладошки, через секунду уже вся аудитория вскочила и начала хлопать девушке. на губах Ланьковой красовалась довольная улыбка.
Романина рванулась с места и бросилась на шею своей подруги. Девушка обезумила от счастья и радости.
— Эмма! — провизжала девушка. — Ты это сделала!! Я знала, что ты сможешь!! Знала!!
— Все благодаря тебе и твоей нечеловеческоё упертости! — радостно отозвалась Ланькова и посмотрела на Халина. — Профессор ваша уничтожительная речь мне тоже помогла. Все-таки вы не сломали меня, а выпрямили. Будете заниматься со мной дальше?
Мужчина встал из-за рояля и изобразил недовольное выражение лица.
— Для начала ты сорвала мою лекцию Ланькова- строго сказал мужчины, а затем добавил. — Что же, попробую в тебе отыскать частичку таланты, думаешь смогу найти?
— Уверенна, профессора! — отозвалась молодая особа, лучезарно улыбаясь.
День прошел, как-то незаметно для всех, главным образом потому, что занятия сегодня проходили для первого курса в особом режиме. И это к слову всех устроило. Студенты сидели в кафетерии и бодро обменивались информацией.
Алиса, Марк и Белла сидели в центре зала, пили разнообразные напитки и весело общались, обсуждая планы на предстоящее время. Чуть подальше от них сидели Веста и Белла, подруги держали в руках по кружке ароматного фруктового чая. Наконец-то, Романина ощущала внутри себя успокоение и счастье.
— Ты выглядишь уставшей — сказала Ланькова, глядя на свою подругу. — Что опять забыла, что по ночам нужно спать? Небось, пока меня не было, все время занималась.
— Кстати не угадала — улыбаясь, ответила девушка и сделала глоток чая. — Я спала, как сурок, но каждое утро после пробуждения ощущала себя разбитой. Видимо сон не мой конек.
— Ты все еще переживаешь из-за публикаций про себя и Сеню? — обнимая кружку руками, поинтересовалась молодая особа, внимательно следя за реакцией своей подруги.
— Нет. Глупо переживать из-за каждого слова людей, пусть думают, что хотят про этот липовый роман — отмахнулась Веста и зевнула, ее вновь клонило в сон.
— Кстати, пока была дома прочла про вас одну статью. Хочешь узнать, как вашу пару прозвал официальный фан-клуб Исаева? — Ланькова начала улыбаться во все 32 зубы, она была вся в предвкушении.
— Эти идиоты и вправду дают парочкам имена? — делая еще один глоток чая, поинтересовалась усталая Романина.
— Этих людей называют шипперами, но это не так важно. И так вашу пару с Исаевым фанаты прозвали Вениками- хихикая, протянула Эмма.
— Веники? — выпалила девушка. — А где логика в названии? Я, что похода на веник?
— Нет, Ви ты не поняла. Веники- это уменьшительно ласкательное ваше имя, а так вас называют Веня, первые две буквы твоего имени и последние буквы его. Вот так-то.