Сломанная стрела

В центре трёхстороннего помоста – широкая лужа, перекрывающая железнодорожные пути. Путь, ведущий к проходу и лесу за ним. Пол камеры промок от дождя.
Колёсная люлька исчезла. Бомба исчезла.
При виде голого пола у меня все сжимается.
Я оставляю Рин на балконе и спускаюсь по ступенькам на пол зала. Конечно же, Сорю не терял времени даром и выкатил бомбу в грузовик. Бомба уже на пути в Фукуоку.
  
Рин стоит, опираясь руками на перила. Я медленно поворачиваюсь. Вот вход в проход. Решётка, ведущая в ливневую канализацию. Под балконом находится более традиционная дверь. Тяжёлое дерево, большие металлические петли. Она открывается внутрь, в комнату. Она скрыта тенью балкона.
Мой первый инстинкт — позвонить Штейну. Я тянусь к телефону, открываю главный экран.
Раздаётся голос Конго, эхом отражаясь от стен. Он обращается ко мне по-английски: «Где Штейн?»
Мой большой палец застывает на кнопке быстрого набора.
Генерал стоит на балконе с Рином и двумя своими телохранителями. Капитан и сержант держат табельные пистолеты наготове. Они направляют их на Рина. Айкидо эффективно для самообороны, но не под прикрытием двух вооруженных мужчин.
Мой большой палец тянется к кнопке блокировки экрана. Телефон гаснет.
«Она в Токио, генерал».
Тяжёлая дверь распахивается. Входит Ямасита Мас, как всегда щеголеватый. За ним стоят якудза, вооружённые...
Стерлинги и катаны.
«Хотел бы я тебе верить, Брид», — Конго спускается по лестнице. Его телохранители подталкивают Рина за ним. «Положи оружие на землю, или мы убьем Такигаву Рина».
Остаётся только тянуть время. Я сгибаю колени и ставлю «Стерлинг» на мокрый каменный пол.
Якудза выходят вперед и забирают у меня оружие.
Обыщите меня и найдите SIG за поясом. Забрав мой телефон и всё моё оружие, они отступают, оставляя место Генералу и его оябуну. Конго и его телохранители подходят. Сержант держит Рин, приставив оружие к её спине. Широко раскрыв глаза, она смотрит на меня, словно ищет ответы. Жаль, что у меня их нет.
Конго протягивает руку. Якудза даёт Генералу мой телефон, и тот смотрит на экран безопасности. «Разблокируй», — говорит он.
Я ничего не говорю.
Капитан бьёт меня кулаком по лицу, и я шатаюсь. Удар не слишком силён. Он делает шаг в сторону и вонзает мне левый кулак в живот. Он выбивает у меня ноги из-под ног, и я падаю на мокрый пол. Я перекатываюсь на бок. Прежде чем я успеваю встать на ноги, он бьёт меня ногой в рёбра. Я чувствую, как расходятся межрёберные мышцы.
Конго что-то говорит Ямасите Масу. Оябун хрюкает и машет двоим своим людям. С моего места на полу я узнаю двух мускулистых якудза из вестибюля офисного здания оябуна в Отэмачи. Мощные плечи, мощные глыбы мышц. Один из них — ходячая гора с оторванным мизинцем.
SERE — Тренировка выживания, сопротивления и уклонения
— учит тебя, что здоровый мужчина или женщина могут выдерживать удары по туловищу бесконечно. Поэтому необходимы другие методы пыток. Сегодня вечером это кажется особенно трудным, потому что Сорю начал процесс несколько дней назад острым носком своего ботинка.
Мужчины по очереди держат меня, пока один из них использует меня для отработки ударов руками и ногами. Я принимаю один удар за раз, убеждая себя, что выдержу ещё один. Они бьют меня полчаса, пока нетерпение Конго не берёт верх.
Конго отмахивается от мужчин. Я остаюсь на земле, использую это время, чтобы собраться с силами. Я говорю себе это. Правда в том, что я не думаю, что смогу подняться.
«Брид, ты расскажешь мне то, что я хочу знать». Генерал смотрит на меня сверху вниз. «Полагаю, ты общался со Штейном. Тебе понравилось наблюдать за смертью твоего друга?»
С моего места на полу я смотрю на Конго. Должно быть, на моём лице читается удивление. Генерал усмехается. «Думаешь, я не знал о проходе? Это моя крепость, Брид. Якудза, может, и не очень хорошо её знают, но я знаю каждый дюйм. В ту минуту, как якудза поднял тревогу, я уже догадывался, куда ты пойдёшь. Ты шпионил за нами. Должно быть, ты связался со Штейном. А теперь скажи мне, где она».
Я отвожу взгляд и стискиваю зубы.
Раунд второй.
Капитан и двое якудза нападают на меня ещё пятнадцать минут. На этот раз здоровяк использует меня для тренировки по поднятию тяжестей. Он поднимает меня с пола и швыряет по комнате, бросая на камни в самых разных положениях. Он изобретателен. Я стараюсь контролировать падения, чтобы ничего не сломать.
«Это моя судьба», — говорит Конго. «Землетрясение подняло эту бомбу со дна залива. Последовавшее цунами выбросило её к моим ногам. Я — даймё Араши. Невежественные рыбаки показали мне это, и я знал, что делать».
Якудза с хрипом поднимает меня. Подбрасывает в воздух, словно силач, бросающий бревно на Горских играх. Я переворачиваюсь в полёте и тяжело падаю на бок. Боль такая сильная, что я почти теряю сознание.
«Хватит», — нетерпение Конго спасает меня. «Брид, мы попробуем что-нибудь другое. Ты расскажешь мне то, что я хочу знать, или Такигава Рин будет страдать так, как ты ещё не видел страданий других».
Где Штейн?
«Иди к черту».
Сержант бьёт Рин по лицу. От силы удара она падает на пол. Кровь стучит в ушах.
Конго выкрикивает команды капитану и сержанту. Капитан бросает сержанту свой комплект стяжек. Сержант ловит их и достаёт из кармана ещё один. Он тащит Рин на эшафот. Стяжками он привязывает её запястья к нижней балке – трубе диаметром десять сантиметров. Балка прикреплена к вертикальной стойке с обеих сторон. Она стоит на коленях, широко расставив руки.
«Не трать свою храбрость на боль Такигавы Рин, Брид. Где Штейн?»
«Не говори ему ничего, Брид», — говорит Рин.
Конго фыркает. Поворачивается к Ямасите и говорит что-то по-японски.
Ямасита рычит на якудзу. Один из мужчин берёт катану и выхватывает её из ножен. Ножны похожи на ножны Нико. Отшлифованное, нелакированное дерево. Светлого цвета, три фута длиной. Якудза передаёт ножны сержанту.
Сержант убирает пистолет в кобуру и встает позади Рина.
Обращается к Генералу за руководством.
Генерал отдаёт распоряжения на гортанном японском. Сержант орудует ножнами, словно тростью, и со всей силы ударяет Рин по спине, прижимая её к балке. От удара у неё перехватывает дыхание.
«Где Штейн?» — лицо Конго бесстрастно. «Никому из нас это не нравится, Брид. Мне нужна военная разведка, и ты её предоставишь».
Как только я дам Конго то, что он хочет, он убьет нас.
Сержант методично избивает Рина ножнами.
Каждый удар приходится ей на спину или плечи. Она стонет,
съеживаясь на эшафоте. Конго подходит к ней, наклоняет лицо к её лицу.
«Ты знаешь, где Штейн?» — спрашивает Конго. «Что она знает? Что она делает?»
Рин отворачивается от Конго.
Удары звучат так, будто сержант выбивает ковер.
Каждый раз, когда ножны приземляются на спину Рин, её рубашка развевается, хлеща по коже. По мере того, как избиение продолжается, ткань становится влажной от крови. Удары повредили кожу на спине.
Рин висит на запястьях. Её бьют, прижимая к полу. Рубашка промокла. Удары звучат влажно. С каждым ударом летят капли. Дерево ножен темнеет и становится скользким.
«Не будь идиотом, Брид. Она уже никогда не будет прежней.
Где Штейн?
Я вскакиваю на ноги. Бросаюсь на сержанта. Что-то тяжёлое ударяет меня по голове. Мгновение боли, а затем темнота.
Когда я прихожу в себя, моё лицо лежит на мокром полу. Я смотрю на пару армейских ботинок. Резкий голос лаёт по-японски. Это Конго. Меня переворачивают. Капитан смотрит на меня сверху вниз, держа пистолет в правой руке. Должно быть, он ударил меня стволом.
  
Кровь заливает мне глаза. Двое якудза хватают меня за руки и рывком усаживают. Здоровяку приходится держать меня за воротник, чтобы я не упал.
«Тебе повезло, Брид», — Конго упирает кулаки в бока.
«Мы думали, ты умер».
Рин неподвижна. Интересно, потеряла ли она сознание? Я смотрю на генерала Конго, заставляю себя сфокусировать взгляд. Головная боль, затуманенное зрение – все признаки сотрясения мозга.