Последнее оружие

– Сейчас у президента полно электоральных хлопот, а Тайандье мертв. Теперь вся информация исходит от меня. Насколько мне известно, щедрое французское государство уже предоставило вам компенсацию за возможные неприятности.
К ним неуверенно подошла госпожа Фуркад, держа в руках поднос Натан посадил котенка между сахарницей и кофейником и провел рукой по столу, освобождая ей место.
  
– Что на вас нашло, Лав?
– Я проделал тысячи километров, прыгал из горящего самолета, нарывался на торговцев оружием, копов, киллеров, шпионов, двое моих сотрудников погибли. Какая, вы полагаете, компенсация должна быть выплачена за такие неприятности?
– Эстель, – бросил он, – оставь нас.
Не заставив повторять дважды, она выскользнула из комнаты.
– Что вы хотите знать, Лав?
– Все, что знаете вы.
– К сожалению, я знаю слишком мало.
– Морен убежден, что существует связь между смертью Николь Баллан и исчезновением Аннабель Доманж.
– Морен – это вояка с ограниченным умом. Он не откажется от этой версии, которая ни на чем не основана.
– Кто эти похищенные женщины?
– Террористки.
– Какова была их цель?
– Ввергнуть мир в хаос.
Натан, ничего не говоря, пристально смотрел ему в глаза. Иногда это лучший способ разговорить людей.
– Мы обнаружили это случайно.
Фуркад разлил кофе по чашкам – знак, что он намерен продолжать разговор.
– Три месяца назад в Управление национальной безопасности обратился Уоррен Андерсон, руководитель фирмы «Монтесанто», занимающейся продовольствием. Все началось за несколько недель до этого. Его жена наняла частного детектива, чтобы за ним следить, потому что подозревала в неверности.
– Как звали любовницу?
– Сириана Карлайл.
– Служащая «Монтесанто»?
– Причем довольно высокого уровня. Детектив обнаружил, что она работает против интересов фирмы и продает информацию некоему чиновнику ООН: Поскольку внутри служебных помещений Организации Объединенных Наций любая съемка запрещена, с кем она там имеет дело, было неизвестно. После этого сигнала агенты УНБ стали следить за подходами к зданию. Было доказано, что другие молодые женщины, занимающие ключевые посты в многонациональных корпорациях или в американской администрации, регулярно являлись в штаб-квартиру ООН, при том что их контакты отследить не смогли. После расследования Управление национальной безопасности пришло к выводу, что целью организации было дестабилизировать США Более того, оказались затронуты рычаги экономической и политической власти и в других странах. Франция тоже не стала исключением. УНБ учредило антикризисный комитет, не информировав об этом власть, которая оказалась заражена вплоть до верхов. Секретные службы всех стран, от ЦРУ до ФСБ, включая Службу внешней разведки Великобритании и Центральное управление внешней безопасности, тоже были привлечены. Террористическая сеть оказалась вездесущей. Причем это была сеть совершенно нового типа, оружием которой стали очарование гейш и интеллект камикадзе с внешностью топ-моделей. Их операция получила кодовое название «Доллз бант», одновременно намек на «Бит бэнг», «Большой взрыв», первооснову мира, и «Ганг бэнг», который высвобождает сексуальную энергию женщины среди множества мужчин.
– И вы ответили операцией «Неожиданный удар».
– Специальный комитет, основанный УНБ, начал операцию по разрушению сети в планетарном масштабе, которая должна была стать стремительной, невидимой, тайной.
– К чему такая скрытность?
– Эти молодые женщины соблазняли мужчин, находящихся на вершине власти, причем, как правило, женатых. Лля эффективности и чтобы избежать скандала, могущего иметь разрушительные последствия, похищения осуществлялись в строжайшей тайне, без их ведома. Во всяком случае, так было в первое время. Когда дело дошло до объяснений, некоторых оказалось весьма трудно убедить, что их любовницы являлись террористками.
– Это объясняет, почему президенты США и LXVI так торопили расследование.
– Они не подозревали, что секретные службы похитили Галан Райлер и Аннабель Доманж в их собственных интересах.
– Но теперь они знают?
– Да.
– Как происходили похищения?
– Способ сохраняется антикризисным комитетом в глубочайшей тайне. Планировалось сделать так, будто эти девушки никогда не существовали.
– Где базируется комитет?
– Об этом я не имею представления.
В голове Натана возникало все больше и больше вопросов.
– Скольких молодых женщин это коснулось?
– Двухсот сорока семи.
Натан выуживал из Фуркада поразительные откровения, не давая тому передохнуть, чтобы не создать у собеседника ощущения, что тот сказал слишком много.
– Они все были захвачены?
– Если кто-то и остался, то, учитывая их характеристики, установить их местонахождение нетрудно.
– Я полагаю, что Слоан Риччи исчезла вскоре после допроса Тайандье.
– Это так.
– Что сделали с этими девушками?
– По всей вероятности, они заключены в тюрьме «Гуантанамо».
– Мне довелось встретиться с двумя из этих женщин. Мне отнюдь не показалось, что они готовят хаос, напротив, они работали во благо просвещенной глобализации.
– Этим они только ускорили бы торможение, а затем и взрыв механизма. Это породило бы хаос и анархию. Поскольку за анархией всегда следует диктатура, их деятельность в конечном итоге подготовила бы почву для тирана который уже дожидается своей очереди, чтобы спасти человечество.
– Где их готовили? Вообще откуда они? Кто ими руководит?
– Это нам предстоит выяснить, но дело уже вне вашей компетенции.
– Кто убил Сильви и Тайандье?
– Это несчастный случай.
– Секретные службы убили их, как пытались убить и меня в Африке.
– Если в вас стреляли, так это потому, что вы им мешали.
– Напротив, они воспользовались мной, чтобы найти Эзиан Зави и Сюзан Фокс.
– У шпионов нет морали.
– Опять неправильно. Они действуют во имя некоей морали.
– Послушайте, куда ни посмотри, это слишком серьезное дело. Эти люди не шутят. С одной стороны, мир мобилизует все силы, стремясь остаться цивилизованным, с другой – террористы нового поколения пытаются его дестабилизировать. То, что происходит сейчас, касается самых высоких эшелонов власти, так что послушайте добрый совет: забирайте свою кошечку и поезжайте отдохнуть.
Фуркад встал и направился к выходу со своим посетителем.
– Я рассказал это, чтобы убедить вас, что дело уже не в нашей компетенции.
Натан покинул квартиру через дверь.
  
134
 
Он почувствовал чье-то присутствие. Перед ним стояла девочка, неподвижная и напряженная, как кукла, у которой сели батарейки. Натан лежал на диване, на эту ночь (вернее, на остаток ночи) служившем ему постелью. Из кухни доносились запахи кофе и поджаренного хлеба Девочка исчезла в том направлении, откуда плыли ароматы, и вернулась с матерью, на которой был теплый пеньюар. Представление друг другу было сделано по-французски специально для Хлои, которая уселась рядом с Натаном на диван с пультом в руке. На телеэкране резвились какие-то странные желтые в черную крапинку существа с длинными хвостами.
– Моя машина цела? – спросила Мари.
– Цела и невредима.
– Ты узнал то, что хотел?
– Мне посоветовали расслабиться и пойти погулять.
Одной из причин, по которой он ввязался в это расследование, уже не существовало. Похоже, девятисот тридцати тысяч долларов гонорара, которые он собирался отдать Шеннен, он не увидит. Оставалась единственная мотивация: продолжать ради Сильви, которая отдала этому делу больше, чем было в человеческих силах. Проблема состояла в том, что теперь он остался один и не располагал средствами.
  
– Мне надо позвонить по международному.
– Давай, это будет мой скромный вклад в дело спасения мира.
Он попытался дозвониться до агента Джеймса Музеса, но попал на автоответчик. В Вашингтоне была полночь. Натан решил позвонить капитану Санако. В Токио 4 часа дня. Ему ответил капитан Озан: