Последнее оружие
Натан заменил вопросы утверждениями. Сюзан оставалось лишь подтвердить или опровергнуть их. Это облегчало откровения.
– Если оно выражается в положительных результатах, то ничего дурного в любовной связи с главой государства нет, – добавил он.
– Боюсь, кроме вас, никто так не думает.
– Вы говорили о работе ваших сподвижниц. А в чем конкретно состояла ваша?
– Привлекать инвестиции в Южную Африку.
– И вам это удалось?
– «Барклай-банк» вложил тридцать три миллиарда рандов [32]в банк «Absa», чтобы стать его главным акционером. Это самая крупная иностранная инвестиция в Южной Африке. То же самое с «Дженерал моторс»…
– Кто вы?
– В каком смысле?
– Какое место вы занимаете во всем этом? Как вам удается притягивать к себе головокружительные инвестиции и всемогущих похитителей?
– У меня есть дипломы.
– Этого недостаточно.
– Связи.
– Вы любовница какого-то банкира.
Молчание.
– Крупнейшего в Англии.
Молчание.
– Который и пальцем не шевельнул, чтобы вас выручить.
– Вы не имеете права так говорить. Со мной было невозможно связаться.
Она ответила на его вопросы.
– А теперь отдыхайте.
– Вы ведь останетесь со мной?
– Я вас постерегу. Спите спокойно.
Он придвинул к двери комод и поставил стакан на дверную ручку. Огромные окна были наглухо вмурованы в стены и не открывались. Так что тут имелся только один выход. Он освободил от посуды поднос из посеребренного металла и слегка выгнул его с помощью колена.
– Что вы делаете? – спросила она.
– Принимаю кое-какие меры предосторожности.
Она легла, наполовину успокоившись, и попыталась насладиться настоящей постелью. Вскоре ее изуродованное лицо расслабилось и веки закрылись.
122
У кровати кто-то маячил. Однако стакан по-прежнему стоял на дверной ручке. И комод не сдвинулся с места ни на дюйм. Вокруг его горла обвился металлический жгут. Уже задыхаясь, он все же нашел в себе силы, чтобы выбросить вверх ноги и схватить ими, как ножницами, шею душившего его убийцы. Тот полетел вперед и, коснувшись пола, был добит пяткой. Но не успел Натан встать, как двое других схватили его за руки, а еще один выпустил ему в живот три пули. После чего они направились в ванную. Первый вышиб дверь лбом и уткнулся лицом в биде. Второй, отброшенный назад, застрял в камине, с подставкой для дров в зубах. А третий едва успел заметить кочергу, рассекшую воздух над его черепом, а потом и сам череп. Натан избавился от металлического тросика на горле и от посеребренного подноса, послужившего ему бронежилетом. Несмотря на защиту, живот кровоточил – пули прогнули металл, и тот впился в мышцы. Сюзан сидела в пустой ванне. Он завладел еще заряженным «зигзауэром», отодвинул комод, отпер дверь и потащил молодую женщину за собой. Перед гостиницей стояли два внедорожника «лендровер дефендер». По типу за рулем каждого. Натан неслышно пробрался между двумя машинами, открыл дверцы, всадил две пули в ноги первого водителя, оглушил второго боковым ударом ноги. Доверил пистолет Сюзан, усадил ее в первую машину, сам сел за руль, оттолкнув водителя, и взял курс на Арушу.
123
– Что я делала в ванне? – спросила Сюзан.
– Я вас перенес туда, пока вы спали. Для пущей безопасности.
– Стоило снимать апартаменты.
Натан объехал ухаб и сосредоточился на грунтовой дороге. От аэродрома в Аруше их отделяло сто восемьдесят километров. Он почувствовал руку Сюзан на своем плече.
– Спасибо, что спасли мне жизнь, Натан.
Рядом с ним требовал пить убийца с окровавленными ногами. Все, что он смог вытянуть из этого типа, было его имя – Вэл. Они проезжали через масайские деревни. Ряды хижин из утрамбованной земли за изгородями из дерева и соломы, прямые и отстраненные силуэты в пурпурных туниках. По словам Сюзан, территория масаев значительно уменьшилась с установлением границ и заповедных зон, где охота запрещена. Главным занятием тут стали туризм, скотоводство и земледелие, выгоды от которых доставались землевладельцам и туроператорам. Краеугольным камнем системы была земля: земледелие приносило в сорок раз больше доходов, чем туризм, и в триста раз больше, чем скотоводство. С помощью Сюзан и при ее связях в Найроби масаи таким образом становились собственниками, что позволяло им взять судьбу в свои руки.
– Конечно, избавившись от репутации дикарей, они будут уже не так экзотичны, – сыронизировала она.
– Плохо для туризма.
– Масаи очень мило выглядят на отпускных фотографиях, но не это дает им средства к существованию. Знаете, как они говорят? «Не пускайся в дорогу без спутника, который очистит тебе глаза от пыли». Романтическое представление, будто масаи гармонично сосуществуют с саванной, далеко от действительности. Дикие животные истребляют запасы травы и воды, приносят болезни, увеличивают стоимость продукции, нападают на людей. Масаи огораживают и распахивают саванну, преграждают доступ к водопоям, выжигают заросли. И фауна от всего этого быстро хиреет.
– Так лучше?
– Надо установить равновесие между сохранением биологического разнообразия и экономическим подъемом населения. Но выбор за самими людьми.
Миновав крутые откосы Рифта, они приближались к Мто-Ва-Мбу. Встречный танзаниец указал им дорогу к медпункту. По узкому, окаймленному высокой травой проселку они подъехали к деревянной постройке с красным крестом. Натан попросил Сюзан присмотреть за пленником и вошел внутрь. Вернулся с пакетиком и бутылкой воды, на которую Вэл бросил алчный взгляд. Они взяли направление на озеро Маньяра, миновали несколько хижин и остановились в уединенном месте, в тени баобаба. Натан посадил убийцу под деревом и сунул ему в руку бутылку.
– Вот, примите это, – сказал он, протянув горсть таблеток.
– Что это?
– Отравить меня хотите?
– Либо я начну вас лечить прямо тут, либо вам ампутируют ноги в Дар-эс-Саламе.
Убийца проглотил лекарства и жадно припал к бутылке. Натан разорвал его штаны и осмотрел обе раны. Пули попали в бедра. Он прижег их спиртом, зашил по живому наложил жгут. Вэл потерял сознание. Оплеуха вернула его к действительности.
– Проклятье, кто вас только на санитара учил!
– Кто вы?
– Минутку, дайте хоть в себя прийти.
– Если вы способны молоть всякий вздор, то и на мой вопрос можете ответить.
– Какой?
– Как вас зовут?
– Вэл Килмер.
– На кого работаете?
– На Джерри Брукхаймера.
Сюзан прервала Натана, когда он собрался задать следующий вопрос.
– Он над вами издевается, – сказала она. – Вэл Килмер – американский актер, а Брукхаймер – кинопродюсер.
– Да ну? Он и вправду не знал? – прыснул убийца.
– Начнем снова, – невозмутимо сказал Натан. – Как вас зовут?
– Наверное, вы плохо поняли. Думаете, если обойдетесь со мной по-хорошему, то я тут же распущу язык и мы подружимся? Зря стараетесь.
– Боитесь говорить?
– Я умею молчать. Меня учили.
– Кто?
– Э,да ты хитрец. Чуть меня не провел.
– Я не хитрец, просто любезен.
– Ну да, как же.
– То есть это ты любезен?
– Да уж не ты, во всяком случае.
Зачем вы пытались похитить Сюзан Фокс?
Вал расслабился. Видимо, боль в ногах утихала. Натан достал из машины коробочку с лекарствами. Пора было менять тактику. Редко достигаешь хороших результатов при вежливом допросе.
– Что вы собираетесь делать? – забеспокоилась Сюзан.
– Продолжить.
– Спасибо, что обошлись без насилия.
– Его это не убедило.
– Мы узнали, что он был всего лишь исполнителем.
– Он думает, что закон на его стороне.
– Другие воспользовались бы его ранами, чтобы заставить говорить. А вы его лечили. Вы меня поразили, Натан.
– Однако судьба ваших подруг, да и ваша собственная, зависит от того, что может нам сообщить этот тип.