Последнее оружие
– Исчезновение квалифицируется как сверхъестественное. Дело замяли, поскольку жертва – любовница кремлевского босса.
– Как это произошло?
– Девица испарилась из примерочной кабинки шикарного магазина в Москве. На глазах у продавщиц.
– Как ее звали?
– Ивана Невская.
– Значит, мы кое-чем располагаем.
– И чем же?
– У всех жертв в имени есть слог «ан».
63
Капитан Юкико Санако приготовил им на токийском вокзале отменную встречу. Припомнил и побег задержанной, и нападение на силы правопорядка, и трехдневное отсутствие, и сокрытие информации. Наручники надели прямо на сходе с поезда. И по дороге в участок Санако не проронил ни слова. Сильви безуспешно пыталась оправдать их с Натаном поведение. Они оказались в камерах и проторчали там до тех пор, пока капитан не решил положить конец своему злопамятству.
– Вы теряете время, – сказал Натан, оказавшись в его кабинете.
– Ваши действия неприемлемы и требуют примерного наказания.
– Вы ошиблись целью.
– Вы устроили побег главной свидетельнице, которая к тому же подозревается в соучастии.
– Лин Ли никакая не свидетельница и того меньше соучастница.
– Вы не дали мне возможности допросить ее, чтобы составить на этот счет собственное мнение.
– Она бы ничего не сказала.
– Это вы так думаете.
– Она не доверяет никому, особенно полиции. Ваша демонстрация силы только подтвердила ее опасения.
– Демонстрация силы? Напоминаю вам, что вы ранили двоих моих людей.
– Двоих? – удивился Натан.
– Отпираетесь?
– Шестерых, а не двоих. Двоих перед больницей и четверых в проулке.
– Я никого туда не посылал.
– На нас там набросились четверо полицейских.
– Что вы мне тут за сказки рассказываете?
– Раз вы об этом ничего не знаете, делаю вывод, что имел дело с ряжеными, которые хотели заполучить Лин Ли.
– Ряжеными?
– Полицейские машины у них были настоящие. Побег Лин Ли заставил невидимок показаться.
– У нас ничего такого не отмечено.
– Найдете на видеопленке.
– Так и быть, вас я отпущу, но девицу оставлю.
– Ее надо поместить в надежное место.
– Тут она ничем не рискует.
– Если те, кто на нее охотится, способны выдать себя за полицейских, они уже давно обложили эти стены. Они нас сейчас даже видят и слышат.
Санако поднял взгляд к застекленной перегородке своего кабинета.
– Только без паранойи, ладно?
– Предпочитаю сам позаботиться о ее безопасности.
– Не вам это решать. Мы по-прежнему ничего о ней не знаем, кроме имени, возможно, фальшивого.
– Она кочевница.
– Что вы предлагаете?
– Раз вы готовы слушать, то перед нами два следа. Первый – Токийский банк. Надо выяснить, у кого есть возможность открыть дверь аварийного выхода.
– А второй?
– «Мицубиси». Название этой компании что-то уж слишком часто мелькает в деле.
– Токийский банк и «Мицубиси» – всего-навсего?
– Те, кто скрывается за этими похищениями, могущественны.
– «Мицубиси» и Токийский банк – одно и то же. Одна промышленно-финансовая группа.
Мир становился все теснее.
64
Натан вышел на станции «Юракушо» и зашагал к «Мицубиси Содзи-билдинг», возвышавшемуся над мостом Нихонбаси. Там наверху находилась одна из штаб-квартир «Мицубиси корпорейшн» – крупнейшей японской коммерческой организации, образованной для внутреннего финансирования многоотраслевой группы, состоящей из пятисот с лишним компаний, представленных в восьмидесяти странах. Сорок восемь тысяч человек во всех секторах промышленности. Натан навел справки об этом дзайбацу, [17]как собирают информацию о подозреваемом, прежде чем приступить к допросу.
Основанная в 1850 году Ятаро Ивасаки, компания с эмблемой из трех ромбов была сначала морским транспортным предприятием, но по воле своего основателя стала одной из самых мощных промышленно-финансовых групп в Японии. В конце XIX века компания, осуществлявшая половину японских морских перевозок, занялась освоением новых сфер деятельности и создала три подразделения: банк «Мицубиси», который, как ему сказал Санако, в 1996 году слился с Токийским банком, чтобы стать первым банком Японии, «Мицубиси корпорейшн» для финансирования группы и «Мицубиси хэви индастриз», объединяющей промышленные предприятия группы, самые известные из которых – «Мицубиси моторе» и «Никон». Каждый из них владеет множеством филиалов и субподрядных организаций. В конце Второй мировой войны Соединенные Штаты хотели уничтожить дзайбацу, сыгравшие активную роль в конфликте: так, например, «Мицубиси» произвела среди прочего истребители «Зеро». Страной тогда управлял генерал Мак-Артур, и глобализация еще не значилась в повестке дня. В 1946 году было объявлено о ликвидации группы. Различным компаниям звездного скопления «Мицубиси» было предписано разорвать с ним всякую финансовую связь и избавиться от эмблемы с тремя ромбами. Но с годами монстр возродился. Президенты отрезанных от пуповины компаний регулярно встречались, чтобы раздавать субсидии политическим партиям и жаловать три ромба заслуживавшим того филиалам. Перегруппировки, сближения, слияния, приобретения постепенно восстановили дзайбацу, сделав его одной из пяти крупнейших мировых транснациональных компаний. Американцы, бывшие последовательно то врагами, то оккупантами, то конкурентами, стали отныне партнерами.
Натан поднял голову, чтобы охватить целиком этот генеральный штаб мировой экономики. Казалось, что небоскреб отпечатался в стальном небе. Отпечатался ли он также в судьбе Суйани Камацу? У Натана была назначена встреча с Такаши Анко, номером два в отделе маркетинга.
Вестибюль больше походил на выставочный зал, прославляющий компанию и ее основателя. На огромном какемоно были каллиграфически выписаны три принципа «Мицубиси», завещанных Коятой Ивасаки, четвертым президентом компании: « Шоки Хоко, Шоджи Коме, Рицугио Боэки» – кредо, которое можно свести к рекламному слогану большинства транснациональных монстров: «Способствовать улучшению мира».
Натан прошел через раму металлоискателя и поднялся на пятьдесят шестой этаж, где размещалась служба маркетинга. Прямо под дирекцией. Шесть встречающих посетителей сотрудниц, каждая с телефонным наушником, выполняли роль заслона. Натан направился к самой молодой и улыбчивой. Попросил известить о своем приходе Такаши Анко и воспользовался ожиданием, чтобы задать несколько вопросов. Та оказалась просто неиссякаема, расхваливая Суйани – всегда такую вежливую, милую, простую. «Настоящее сокровище и даже самого босса не боялась».
Такаши Анко появился между разъехавшимися створками стеклянной двери. Альпаковый костюм антрацитного оттенка, маленькие очечки с невидимой оправой, туфли «Вестой», часы «Ролекс», модная прическа. Он был вдвое старше Суйани и буквально источал запах денег. Отвесив поклон, не нанесший урона его костюмчику, и обронив неискреннее «Хадзимемасите», он повел Натана в кабинет. От вида на сады императорского дворца захватывало дух. Оправившись от шока, можно было оценить и размеры помещения – примерно сотня квадратных метров. Две другие, не стеклянные, стены были густо увешаны картинами с подписями Того Сейдзи, Густава Климта, Отто Дикса, Маке.
– Мы в кабинете Суйани Камацу, – сказал Анко, удобно устроившись в ее кресле.
– Почему?
– В ее отсутствие я занимаюсь делами здесь.
__ у Суйани Камацу были средства, чтобы позволить себе такие картины?
– Это собственность босса. Кроме вон той, с неряшливой женщиной, которая принадлежит лично ей. Босс подарил. У него не самый лучший вкус.
Он кивнул на чертовски эротичную «Роковую женщину» Климта – полуобнаженная грудь, полузакрытые глаза, приоткрытые губы.
– Госпожа Камацу любит живопись?
– Не надо быть великим детективом, чтобы догадаться об этом. Она предпочитала, чтобы ей платили натурой. Я хочу сказать – картинами.