Последнее оружие
Он узнал ее не сразу.
Фотография невольно привлекла его взгляд в холле четырнадцатого борделя; она была прикреплена кнопками к стене в числе еще двадцати. Она стояла, обнаженная, на постели на четвереньках и пустым взглядом смотрела в объектив. У нее были круги под глазами и осунувшееся лицо. Длинные волосы струились вдоль рук до ногтей вцепившихся в простыни. Карла страшно похудела.
– Хочу вот эту, – сказал Натан.
Он сунул пачку зеленых купюр под нос хозяйке, которая походила на украинскую толкательницу ядра.
– Антонелла сейчас занята. У меня есть другая, которая очень на нее похожа. Джина.
Натан вытащил еще одну пачку в тысячу долларов:
– Я хочу Антонеллу сейчас и в товарном виде. Отправьте к чертовой матери ублюдка, который ее трахает, и пусть она подмоется.
– Сейчас все устрою, – согласилась хозяйка, покидая свой пост, предварительно припрятав две тысячи долларов.
Натан почувствовал, как колотится сердце. Карла была совсем рядом. На втором этаже. Он покинул ее на скамейке в церкви, а сейчас увидит вновь в номере борделя. И это все по его вине. Он бросил ее на милость Коченка, а потом просто забыл.
Сводня спустилась в сопровождении полуодетого клиента Карлы. Красномордый, в форме немецкого солдата, раздосадованная улыбка. Наверное, ей пришлось выплатить неустойку. Может быть, предложить в следующий раз воспользоваться услугами бесплатно. Ну и на том спасибо.
– Можете подняться через пять минут, она как раз успеет навести красоту. Хотите пока что-нибудь выпить?
– Коку.
– Сейчас принесу.
Натан присоединился к троим натовским солдатам, которые болтали о футболе и которым, казалось, было совершенно наплевать на то, что девушки, которых они трахали, занимались этим не по своей воле, что их насиловали, мучили и пичкали наркотиками. Едва он успел сделать первый глоток, как толкательница ядра подала ему знак, что можно подниматься.
– Номер пятнадцать, – сказала она.
Натан глубоко вздохнул, чтобы усмирить неистово бьющееся сердце. На первом этаже он заметил вооруженного человека. На поясе болталось портативное переговорное устройство. Он разговаривал со вторым мужчиной, который находился наверху. Натан пошел вверх по лестнице, покрытой красной дорожкой. В коридор выходило множество дверей. Дорогу перегородила толстая женщина.
– Месье, вы в пятнадцатый? – спросила она.
Натан послал ей обольстительную улыбку, кивнул и последовал за слонихой, которая открыла перед ним дверь.
– До скорого.
Натан бросил взгляд на второго охранника, здоровяка в темных очках в глубине коридора, который тупо перекатывал во рту резинку. Затем вошел в комнату, типичную для заведений подобного рода. Кровать, раковина, биде. Проститутка, которую он искал, неуверенной походкой направилась к нему. На ней была только комбинация. Натану не удавалось справиться с дыханием, ладони сделались влажными, в крови закипал адреналин.
– Американец?
– Частично.
Не обратив внимания на его ответ, она засунула два пальца за пояс Натана и присела на корточки. Он взял ее за слабые руки и приподнял.
– Карла.
Она уставилась на него. Ее огромные карие глаза казались пустыми окнами, затянутыми пеленой. Сосуды были красными от алкоголя, зрачки расширены от кокаина.
Она увлекала его на постель. Ее ноги дрожали. Казалось, сидеть ей было легче. Комбинация соскользнула к ногам. Она вытянулась на спине. По бокам выступили ребра. На внутренней стороне рук виднелись кровоподтеки. На ступнях алели ожоги от сигарет. Натан понял, почему ей трудно было стоять на ногах.
– Почему не раздеваешься?
Она говорила монотонно. Видимо, находилась под действием большой дозы наркотиков, которые ей вкололи, чтобы она сделалась покорной. Клиент был королем, особенно за две тысячи долларов. Она была в его власти, готовая выполнять любые его капризы, любые прихоти, повиноваться его пальцу и его пенису. Значит, этим нужно было воспользоваться.
– Кто эта женщина в коридоре?
– Что?
– Ну, толстуха, это помощница хозяйки?
– Эта толстуха в коридоре?
– Как она с тобой?
– Тяжелая…
– Что?
– Рада, я ее облизываю… Она хорошо платит… Хочешь ее трахнуть?
– Ты можешь идти?
– Нет, но я могу трахаться…
– Для этого найдем более приятное местечко.
Он помог ей выбраться в коридор и почти потащил в сторону лестницы. Надзиратель залаял на всех языках и положил руку на дрожащее плечо Карлы.
Подбежала Рада:
– Что вы делаете? Антонелла, ты с ума сошла?
– В этой вонючей лачуге я трахаться не могу, – пожаловался Натан. – Прямо как в тюрьме. Я отведу ее в гостиницу, а потом верну вам.
– Персонал не имеет права покидать заведение, – сказала Рада.
– Так как же быть?
– Спокойно! – предупредил надзиратель.
– У вас нет более приятной комнаты? Я заплачу.
Он вынул еще одну тысячедолларовую пачку. За один только визит он потратил сумму, выплаченную за Карлу. Рада уставилась на купюры:
– Здесь не гостиница.
– А если к вам?
– Что?
– Вы далеко живете?
– Рядом.
– Туда можно?
– Это как…
– Вы можете за нами наблюдать. И даже к нам присоединиться.
Взгляд Рады метался от пачки долларов к груди Карлы.
– Ты будешь послушной, Антонелла? – спросила она.
– В таком состоянии она вряд ли уйдет далеко.
– Вы чем-то недовольны?
Натан понял, что сказал слишком много.
– Это потрясающая девушка, иначе я не стал бы так изворачиваться, чтобы ее трахнуть.
– Ну что, Антонелла?
Карла подняла голову. Впервые за долгое время спрашивали ее мнение. Клиент стискивал ее руку. Надзиратель сдавливал плечо. Рада показалась наиболее приемлемым решением. Она бросилась ей на грудь.
– Идите за мной, – сказала толстуха, беря несчастную девушку под свою защиту.
Под недоуменными взглядами двух надзирателей они спустились по лестнице. Карла с трудом передвигалась босиком. Толкательница ядра обменялась с Радой парой слов. Ловко засунула пачку купюр между грудей и улыбнулась Натану заискивающей улыбкой. Начиная с определенной суммы все становились сговорчивыми.
Садящееся за холмы солнце осветило лицо Карлы, и она прикрыла глаза. А Натан посмотрел в сторону кафе «Лейк». Он опаздывал на сорок пять минут. Он решил спасти Карлу, подвергнув риску ай-ка. Поддерживая свою протеже, Рада вошла в красивый четырехэтажный дом. Она жила на первом этаже. Карла рухнула на пол перед дверью квартиры. Натан на руках донес ее до кровати. Толстуха стала раздеваться, от нее едва ли не шел пар. На свет появились свисающие складки жира, а Натан, с отвращением глядя на этот стриптиз, прикидывал, куда лучше ударить. Над носом, между глаз. Там, где меньше всего жира. Толстуха грузно осела на пол. Он дотащил ее до туалета, посадил на унитаз и запер дверь. В шкафу была одежда только самого большого размера. Он обернул Карлу в короткое пальто с капюшоном, надел на нее просторные тапки и вновь поднял на руки.
– Почему мы все время куда-то идем? – пробормотала она.
Весила она килограммов сорок, не больше. Завернутая в пальто, как в кусок простого сукна, свернувшись клубком у его груди, с ногами, болтающимися в слишком свободных тапках, и головой, утонувшей в капюшоне, она позволила дотащить себя до кафе «Лейк». Натан стал искать своих сообщников, которые дожидались его уже больше часа В глубине битком набитого кафе поднялась рука. Алек.
– Вы что, с ума сошли, Лейн?! – гневно воскликнул Фут.
– Я тут нашел кое-кого из знакомых.
– Кого?
– Не важно.
– Так вы воспользовались мной для своих личных дел!
– Папа, хватит, – остановила его Рейн.
Она поднялась, уступая место Натану, и откинула полу пальто.
– Ей нужна медицинская помощь.
– Карла сильная.
– Это ваша жена?
– Чуть было не стала.
– Итак, сколько ай-ка вы нашли в заведениях, которые посетили? – спросил Фут.
– Семьдесят семь.